Сначала она не могла понять, где она. Но затем, повернув голову с надетым на нее капюшоном, в противоположном углу помещения она увидела Гудрун, и в памяти мгновенно всплыла целая череда ужасных событий прошлой ночи.
Ведь она чудом избежала самого скверного поворота событий с момента своего похищения из Глендонвика. Ее охватило желание вновь оказаться дома, под защитой столь дорогих ее сердцу стен, которые берегли ее в течение стольких лет. Даже навязчивое внимание Эдуарда — это ничто по сравнению с грубыми выпадами Хаакона. Ее злоключения в Англии меркли на фоне всего того, что ей суждено было вынести до сих пор и что в какое-то время казалось столь ужасным.
Как все-таки изменилось ее настроение за такое короткое время. На нее нахлынули воспоминания о блаженном времени на острове Эйнара, согрев ее ум и сердце и вызвав поток теплых слов. Она вспомнила трогательную нежность прикосновений Торгуна. А что он? Обратятся ли вновь его мысли к ней, если он спросит себя, почему она убежала от свадебного ложа его брата?
Было бы самонадеянным с ее стороны думать о том, что он дал себе труд поразмышлять по этому поводу, если вспомнить его поведение на свадьбе.
Она и представить себе не могла, что в его глазах увидит такое презрительное отношение к себе. Неужели это те же самые глаза, которые с таким обожанием смотрели на нее еще совсем недавно? Значит, ему нужно было только ее богатство? Как он мог с таким безразличием отпустить ее в постель Хаакона? Все эти вопросы мучили ее, и она изо всех сил старалась отогнать их от себя, чтобы снова не разрыдаться.
— Теперь это все не имеет значения, — тихо произнесла она вслух, — главное то, что сейчас я в безопасности.
Даже эти негромко произнесенные слова пробудили Гудрун ото сна.
— Уже рассвело! — воскликнула она с тревогой и мгновенно выпрямилась в постели, а затем в каком-то возбуждении и растерянности оглядела помещение.
— Да, и уже довольно давно. Я все прислушивалась, не пришел ли твой слуга с Бронвин, но никого не было. Они скоро появятся?
Гудрун самой была противна вся эта игра, и ее голос ясно выдавал охватившее ее раздражение.
— Я просила тебя не приставать ко мне с этими твоими бесконечными расспросами. Мы скоро встретим ее.
Гудрун была обеспокоена не столько вопросами Бретаны, сколько тем, что она проспала. Очевидно, на ней не могли не сказаться переживания вчерашнего ночного побега. А ведь она хотела подняться пораньше, чтобы устранить все следы пребывания Бретаны в этой хижине до того, как сюда нагрянут их преследователи. И вот, вместо этого она теряет драгоценное время.
Их крошечная хижина как будто специально предназначена для того, чтобы скрывать беглецов, и Гудрун знала, что сюда не замедлит явиться разъяренный Хаакон и его люди, чтобы отомстить за нанесенное ему оскорбление. Вот почему совершенно необходимо увести Бретану из дома и заманить ее подальше в лес. И вот там-то короткий, но смертоносный кинжал Гудрун и сделает свое дьявольское дело.
Проигрывая в уме детали убийства Бретаны, она машинально положила руку на зачехленный нож, свисавший с пояса поверх ее платья. Сам по себе клинок не вызывал подозрений, поскольку многие скандинавские женщины носили подобные ножи, и столь состоятельной и знатной, как Гудрун, привычка носить такой заурядный предмет выглядела довольно странной, однако Бретана, мало что зная о местных, не находила в этом ничего удивительного. Гудрун продолжала водить пальцами по изгибам этого небольшого оружия и вдруг с ужасом увидела, что Бретана с успехом занимается разжиганием огня в угловом очаге.
— Ты что, спятила? — истошно завопила она и бросилась к ней. — Хочешь дождаться здесь Хаакона? О чем ты думаешь, разжигая огонь?
— О том, что мне холодно, — спокойно ответила та. Она шагнула вперед, чтобы помешать Гудрун загасить разгорающееся пламя. — Ты же сама говорила, что у нас есть время, пока он бросится за нами в погоню. И в любом случае, мы не можем уйти без Бронвин. С огнем или без него, но нам надо дождаться твоего слугу, и я не вижу причины замерзать, когда мы ждем.
— Я говорила тебе, что мы встретим ее у фиорда, — резко произнесла обеспокоенная Гудрун.
— Но ведь здесь только одна дорога, — рассудительно заметила Бретана, — так не лучше ли дождаться ее здесь? Это ведь лучше, чем искать ее в лесу.
«Черт бы побрал эту упрямую суку», — со злостью подумала Гудрун.
А ведь и в самом деле, Бретана была по-своему права, ибо исходила из того, что ей говорила Гудрун, хотя при этом она делала две серьезные ошибки: во-первых, что Бронвин и в самом деле придет, и второе, что Гудрун и не думала выманить ее из дома.
Было маловероятно, что краткая задержка здесь сколько-нибудь сильно увеличивает риск того, что Хаакон быстро найдет их в этом доме. Гудрун было хорошо известно то, что он очень медлителен и не очень-то любит ездить верхом. Но все равно, с Бретаной надо разделаться как можно быстрее как по соображениям безопасности, так и потому, что надо быстрее покончить с этим грязным делом.
До этого она никого не убивала. Вообще-то она не сомневалась в своей способности пойти на это, хотя особое удовольствие она при этом вряд ли получит.
— Бретана, нам надо идти. Мы можем встретить Бронвин на пути к фиорду.
— Боюсь, что она не найдет нас там, — резко ответила та. — И как я уже говорила раньше, без Бронвин я никуда не поеду. Может быть, та сама пройдет по тропинке?
Бретана внимательно посмотрела на Гудрун, совсем не уверенная в том, что та следует намеченному ею же самой плану.
Она вдруг подумала, что Гудрун, кажется, совсем не собирается приводить Бронвин. Однако какой смысл ей лгать, если она знает, что без Бронвин ее хозяйка не сделает дальше и шагу? И подобно тому, как ранее она почувствовала себя очень неуютно в этой хижине, теперь ее охватило какое-то беспокойство по поводу поведения самой Гудрун. Это заставило ее насторожиться.
Гудрун не могла не заметить выражение лица своей заложницы. Если Бретана что-то заподозрит, то все пропало. Важно убедить свою сопротивляющуюся спутницу, что по-прежнему действует первоначальный план.
— Конечно, ты права. Бронвин, скорее всего, уже где-то поблизости. Прямо над нами есть скала, откуда очень удобно осмотреть местность вокруг. Я, пожалуй, сделаю это.
Гудрун почувствовала, что Бретана успокаивается.
— Да, — ответила Бретана, подбрасывая в ревущий очаг еще больше топлива. — Хорошо бы разузнать все получше.
Гудрун открыла дверь маленькой, продымленной хижины и плотнее закуталась в свой шерстяной плащ. Конечно, Бронвин нигде и в помине не было, но ей надо на какое-то время уйти из-под внимательного взгляда Бретаны. Следует все обдумать заново. Продумывая новые варианты своего плана, она машинально шагала в направлении того места, о котором только что говорила Бретане. Заодно она посмотрит, нет ли тут следов преследователей…
