Несколько минут он раздумывал над тем, не стоит ли отправиться спать, решил не делать этого и принял стимулятор.
Позже, когда они завтракали, Морвин сказал:
— …Не простую вы мне задали задачку, сэр. Я и раньше имел дело с кошмарными видениями, но ни одно из них не содержало такого эмоционального заряда. Я невероятно устал. В мои намерения совсем не входило терять сознание.
— Прости, что заставил тебя пережить все это. Разве я мог предположить, что это произведет на тебя такое тяжелое впечатление?
— Ну… — Морвин улыбнулся и сделал глоток кофе. — Я рад, что вам понравилось.
— Может, все-таки возьмешь деньги?
— Нет, спасибо. Могу я подняться на верхний уровень после завтрака, чтобы посмотреть на вулкан?
— Конечно. Я составлю тебе компанию. Заканчивай, пойдем прогуляемся.
Они поднялись на верхние уровни и стали разглядывать раскинувшийся перед ними пейзаж. Светило яркое солнце, и из-за этого казалось, что в небе рассыпано золотистое конфетти. Неровная линия горизонта напоминала старую покосившуюся изгородь. Из древнего, почерневшего от многовековой копоти котла вырывались языки оранжевого пламени, оплавленные камни вылетали из жерла, словно снаряды из зенитного орудия. Время от времени Морвин и Малакар чувствовали, как едва заметно содрогается земля. Когда ветер усиливался или менял направление, происходило что-то вроде движения волнующегося на сквозняке занавеса: сквозь кривую линзу испаряющегося воздуха можно было разглядеть небольшие участки почерневшего Атлантического океана, особенно в той части, где он рукавами проливов проникал внутрь континента. Листья толщиной с тело человека оставались зелеными у основания, а их верхушки напоминали черных, как ночь, ворон.
— …Трудно поверить, что весь мир стал таким, — сказал Морвин. — Неужели это произошло при нашей жизни?
— Спроси у ОЛ. Они во всем виноваты.
— …И что больше никто не будет жить здесь, на нашей родной планете.
— Я живу здесь — чтобы они не забывали о своей вине, я для них нечто вроде предупреждения о том, какое будущее их ждет.
— …Существует множество миров, похожих на Землю, какой она была когда-то. Их населяют миллионы ни в чем неповинных людей.
— Чтобы добраться до тех, кто виноват, иногда приходится наносить удар и по невиновным. Таков закон жизни. Закон мести.
— Но ведь если забыть о мести, за несколько поколений виновные смешаются с невиновными. И новое поколение, по крайней мере, не будет виновато в том, что произошло сейчас — тогда другие миры не погибнут.
— Ну, для меня это чересчур философский взгляд на вещи, я не могу его принять, потому что слишком многое пережил.
— Я тоже все это пережил, сэр.
— Да, но…
Малакар не стал продолжать.
Некоторое время они просто смотрели на бушующую стихию, а потом Малакар спросил:
— Специалист по экзотическим болезням, Лармон Пелс, останавливался недавно возле Хонси?
— Да. Здесь он тоже был?
— Некоторое время назад. А что он искал на вашей планете?
— Его интересовала медицинская статистика и человек, которого не было на Хонси.
— Человек?..
— Хайнек или что-то в этом роде. Однако мы тоже ничего о нем не знали… Посмотрите, какая там эффектная вспышка!
«X? — Малакар задумался. — Возможно ли, что этот Хайнек, или как там его, является средоточием самых разнообразных болезней? Я тоже никогда о нем не слыхал, но если он…»
Дейбианская лихорадка впервые была обнаружена не на Дейбе, вспомнил он слова, прочитанные в статье Пелса. Болезнь неизбежно приводит к смерти, за одним известным исключением — господин X. Как передается лихорадка, установить не удалось.
Если Хайнек и есть X, может ли он, сам того не подозревая, быть переносчиком этой страшной болезни? Узнать настоящее имя, упомянутое в статье Пелса, будет совсем не сложно.
Вспышки дейбианской лихорадки на других планетах всегда сопровождались возникновением других экзотических болезней. Никто так и не смог найти объяснения этому загадочному феномену. Однако X пережил множество самых разных болезней — всякий раз врачи объявляли, что он окончательно поправился. Может быть, в его теле заключен некий скрытый информационный код, который через какое-то время вызывает рецидив, и X становится разносчиком всех заболеваний, которыми переболел?
Малакар моментально придумал, как можно использовать X в военных целях. Эта мысль полыхала в его мозгу, словно оранжевые языки пламени, вырывающиеся из пасти разбушевавшегося вулкана.
«К бактериологической войне на том или ином уровне готовы все, — подумал Малакар. — Но эта атака будет произведена случайным образом, ее результаты могут быть отнесены к неизвестным, хотя и естественным причинам. Если такое, вообще, возможно, X — ключ к этому процессу или сам процесс. Я уже слышу погребальные колокола!.. Я нанесу ОЛ куда более чувствительный удар, чем можно было рассчитывать даже в самых дерзких мечтах. Теперь остается выяснить, является ли Хайнек этим таинственным X; и если да, то требуется разыскать его».
Они долго стояли и смотрели на пламя и извергающуюся лаву, на причудливые отсветы, возникающие в небе и на море. Потом Морвин кашлянул.
— Мне бы хотелось немного отдохнуть. Я все еще чувствую некоторую слабость.
— Конечно, конечно, — ответил Малакар, отрываясь от своих размышлений, — а я немного постою здесь. Мне кажется, скоро начнется новое извержение.
— Надеюсь, мое общество вам не досаждает.
— Напротив. У меня заметно улучшилось настроение.
Малакар дождался, пока Морвин не скрылся из виду, а потом усмехнулся.
«Может быть, кошмар, заключенный тобой в сферу, окажется истинной правдой, — подумал он. — Предсказание нашего будущего. Я никогда всерьез не рассчитывал на успех, если только… Как там говорится? В тех строчках, которые я учил в университете?..
Пока не падут головокружительные небеса,А Земля не скорчится в новой конвульсии;И, присоединившись к нам, мирНе сожмется до планисферы.
Если я все правильно понимаю, мне удастся превратить весь ОЛ в планисферу».
— Шинд! Ты понял, что произошло?
— Да. Я слушал.
— Я попрошу Морвина остаться и присмотреть за моей крепостью, а мы в самое ближайшее время отправимся в новое путешествие.
— Как скажете. Куда?
— На Дейбу.
— Мои опасения подтвердились.
Малакар рассмеялся, и туман рассеялся.
Он наблюдал за вращающимися звездами, которые напомнили ему фейерверки из детства. Его рука неожиданно коснулась небольшой сумки с монограммой, прикрепленной к поясу. Он совсем о ней забыл. Услышав легкий стук, Хейдель опустил глаза, и на мгновение звезды перестали для него существовать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
