Мама посмотрела на него, давая понять, что не верит его утверждению о том, что все было в порядке. — Все хорошо, Клэйтон? Думаю, что об этом еще рано говорить. — Вот сука! Казалось, словно она специально хотела, чтобы с Клэем что-то было не так. Миссис Рид налила себе чашку кофе и села за кухонный стол, скрестив ноги.
Смотря на Клэя спокойными ледяными глазами, она отпила свой напиток. Я чувствовала себя букашкой под увеличительным стеклом, которую разбирали по кусочкам. Я старалась не извиваться под ее стальным взглядом. — Я не знаю, насколько мы здесь останемся. Мы остановились в Хоят, в Рокбридже. Твой отец оказывает помощь в одном деле в Шарлоттсвилле. Из-за большой значимости дела ему уделяется очень много государственного внимания. Я решила приехать в гости и убедиться, что с тобой все хорошо, — сказала она снисходительно.
Губы Клэя свернулись в усмешке. — Уверяю тебя, мама, что я прекрасно справляюсь без тебя. Не хотела бы ты удалиться или еще чего-нибудь? — Горечь в его голосе заставила меня чувствовать грусть. Я вижу, как сильно он хочет, чтобы эти люди любили его по-настоящему. И вижу так же ясно, что его родители совершенно не в силах полюбить его так, как ему это было нужно. Или полюбить вообще.
Неудивительно, что сейчас он прижался ко мне, как обычно делал. Бедный, потерянный мальчик, находящийся рядом со мной, никогда не знал безусловную любовь и поддержку. Он был воспитан самыми холодными людьми, которых я когда-либо встречала. Его мать не ответила на его вопиющий удар. — Ну, думаю, будет лучше, если мы останемся ненадолго. Более того, дело твоего отца может занять недели. Возможно, месяцы. — Ее слова казались почти угрожающими. Она смотрела на сына без каких-либо эмоций в голосе или лице.
Месяцы? По тому, как Клэй начал дрожать, я поняла, что это будет чертовски плохо для него. Эти люди пробуждали нечто темное в нем, и их присутствие может означать катастрофу для его и без того нестандартного психического здоровья. Клэй издал сдавленный звук в глубине своего горла. Я с удивлением посмотрела на него. Он выдернул свою руку из моей и убежал с кухни. Клэй оставил меня одну в логове львов. Я слышала, как миссис Рид точит свои ногти, пока я стою здесь, как вкопанная.
Наконец, я заставила свои ноги начать двигаться, после чего я сразу же повернулась, чтобы последовать за своим парнем. — Мэгги, — позвала миссис Рид, останавливая меня. Я обернулась лицом к ней, стараясь не быть запуганной все еще холодной, но это этого не менее красивой, мамой Клэя.
— Почему бы тебе не присесть. Я хочу немного поболтать с тобой. — Она не спрашивала меня, она указывала мне. Указывала на место рядом с ней. Я снова посмотрела на мистера Рида, но он не обращал никакого внимание на то, что происходило за пределами экрана его компьютера.
Миссис Рид наблюдала за мной, пока я медленно приближалась к стулу и садилась. Положив руки на колени, я вежливо посмотрела на нее. — Как долго ты встречаешься с моим сыном? — спросила она меня, потягивая свое кофе. Я прочистила горло, чувствуя себя немного странно. Я не хотела делиться чем-либо с ней.
— Почти три месяца, мэм. — Я заерзала на своем месте под ее непоколебимым взглядом. — И то, что происходит между вами двумя, серьезно? — спросила она небрежно. Почему она спрашивала об этом? Какое ей дело? Это было жутко. — Я думаю, что да, — неохотно ответила я.
Миссис Рид наклонилась вперед, пытаясь выглядеть так, будто мы две девочки, делящиеся секретами. От этого по моей коже побежали мурашки. — И ты в курсе всех...проблем Клэйтона? — сказала она так, словно у него была какая-то заразная болезнь. Ее губы скривились, и я могла видеть, как противно ей осознавать психическое здоровье своего сына.
— Я в курсе всех его качеств, хороших и плохих, миссис Рид. Клэй был очень честен насчет своих проблем с психическим здоровьем, — сказала я, вызывающе держа свой подбородок. Я увидела вспышку разочарования, как если бы она хотела быть тем, кто расскажет мне об этом. Возможно, что именно этой информацией она хотела вбить клин между мной и Клэем. Но почему?
— Мой сын очень больной мальчик. Он был на саморазрушающем пути очень долгое время. Он ранил тех, кто был рядом с ним, испытывая недостаток внимания во всем, кроме своих собственных чувств. Его доктор во Флориде очень обеспокоен тем, что возможен рецидив. Они позвали нас, чтобы мы уговорили его на реадмиссию[27] для длительного лечения в стационаре. Он представляет опасность для себя и окружающих. — Ее глаза вспыхнули на меня. Она наблюдала за тем, как я перевариваю ее слова.
Они хотят поместить его обратно в больницу? Они не могут так поступить с ним! Единственное, в чем Клэй нуждался, так это в любви и поддержке, а не в отправке в учреждение без возможности какого-либо выхода оттуда. Уже тогда я осознала, что ненавижу эту женщину и ее полное игнорирование Клэя и всего того, что действительно было для него лучше.
— Я не замечала, чтобы он был опасен для себя и других миссис Рид, — лгала я без особых усилий. Я не могла сказать ей, как переживала за Клэя и как часто думала, что ему нужна более интенсивная помощь, чем та, которую способна дать ему я. Но ей не нужно знать об этом. Она не заслуживает знать правду. Ведь она - женщина, которая бросила своего сына потому, что его проблемы стали неудобством в ее жизни.
Миссис Рид внимательно наблюдала за мной, и, я клянусь, она видела всю мою ложь насквозь. — Ну, это хорошо, — сказала она своим фальшивым, сладко-сиропным голосом. — Но, чтобы убедиться в этом, отец Клэя и я останемся здесь ненадолго. У нас серьезные опасения относительно него. Поэтому, если ты заметишь что-нибудь беспокойное и странное в Клэе, пожалуйста, дай мне знать, чтобы мы смогли оказать ему помощь, в которой он так отчаянно нуждается.
Я хотела заткнуть ей рот. Нет, она просто хотела закрыть Клэя подальше, как страшный семейный секрет. Я видела правду, и она знала об этом. — Не обижайтесь, миссис Рид, но я чувствую себя неуютно, обсуждая Клэя за его спиной. Мы с ним очень открыты и честны друг с другом. — Я начала подниматься. Я не могла больше сидеть здесь с этой женщиной.
Глаза миссис Рид стали холодными. — Честность - это замечательно. Но ты уверена, что он был полностью честен с тобой? — спросила она, давая понять, что не ожидает от меня ответа. Она хотела, чтобы ее слова ползали в моей голове, как паразит, питаясь моими сомнениями относительно него, сомнениями относительно нас. Она была очень злым и манипулирующим человеком.
Поговорим о попытке саботировать счастье Клэя? Эта женщина может наврать обо всем, что было хорошего в ее сыне, и это было ясно до боли. Не говоря больше ни слова, я повернулась спиной к ужасным родителям Клэя и ушла.
