ГЛАВА 19
Дела шли все хуже и хуже. Приезд родителей Клэя, вызвал эффект накрывающей волны, который охватил всех. Я все еще была наказана, поэтому не могла проводить время с Клэем после школы. И вот тогда-то он и начал пропадать. Он уходил сразу после звонка, часто даже не дожидаясь меня после уроков, как он это обычно делал.
Как правило, мы пытались проводить вместе хотя бы несколько минут, прежде чем я возвращалась домой в полную изоляцию. Но он уходил от меня почти каждый день. Я не знала, куда он ходил или что делал. Не иметь возможности присматривать за ним, особенно когда все стало так плохо для него, было невыносимо. И мне было обидно. Действительно обидно. Я знала, что он закрывается от меня. Скрывает что-то от меня. И когда я спрашивала о его поведении, он становился злым и обороняющимся, отказываясь разговаривать со мной.
Настроение Клэя менялось как сумасшедшее. Я спрашивала его, более чем один раз, принимал ли он все еще свои лекарства, но он просто игнорировал меня, будто я вообще ничего не говорила. Это было почти, как если бы он нарочно самоуничтожался. Как будто он давал родителям причину, чтобы запереть его.
Это то, чего он хотел? Потому что он, уверенный как черт, вел себя именно так.
Когда одним утром Клэй показался у моего шкафчика, через неделю после приезда его родителей, я заметила свежий порез на его запястье. — Что это такое? — зашипела я, хватая его за руку и поднимая его рукав. Клэй вырвал свою руку и прижался лбом к моему шкафчику над моей головой, склонившись к моему лицу.
— Ничего. Оставь это, — сказал он вполголоса. Взгляд в его глазах напугал меня. Он не дразнил. Он действительно говорил мне отвалить. — Нет. — Я оттолкнула его, не давая закрыть меня. — Я расскажу Лисе и Руби, если ты продолжишь всю эту игру, — пригрозила я, прижимая книгу по английскому крепче к своей груди.
Лицо Клэя покраснело, и он отшатнулся, словно я влепила ему пощечину. Он ударил металл шкафчика рядом с моей головой, заставляя меня вздрогнуть. — Не угрожай мне, Мэгги. Глупо с твоей стороны делать это. — Он снова ударил шкафчик и умчался в бешенстве, оставляя меня потрясенной и сбитой с толку.
Его настроение и поведение становились все более и более неустойчивыми. Я чувствовала как контроль, который раньше был у меня над ситуацией, исчезал каждый день. Складывалось ощущение, словно он восстанавливал назад стену, по одному злому кирпичу за раз.
И я не могла найти способ прорваться через эту стену. Ни под ней, ни над ней. Он был на одной стороне, и я твердо стояла на другой. Вскоре Клэй начал покидать школу все раньше и раньше. А ведь поначалу было так, что он оставался до конца дня.
И это было только начало. Я спросила его об уходе из школы, и Клэй снова послал мне этот злой взгляд, сказав, чтобы я перестала вести себя так, словно я его мать. Его слова были как нож в мой желудок. Я была не в состоянии остановить слезы, которые образовывались в моих глазах. В последнее время он был таким кратким и немногословным со мной. Я чувствовала, как мы отдаляемся все дальше и дальше друг от друга.
Я ненавидела плакать, но это было все, что я делала в последнее время. Я была одной большой кучей страдания. И у этого страдания было имя - Клэйтон Рид.
Я серьезно рассматривала поход к Руби и Лисе. Я хотела сказать им, что происходит с Клэем. Я отчаянно нуждалась в чьей-то помощи. Но что действительно они могли сделать? Лиса ясно дала понять, что все карты у его родителей. Так что я наблюдала, как он все дальше отдаляется от меня, и я была не в силах остановить это. Мои слова больше ничего не значили для него. Тот факт, что он делал мне больно каждый день, не имел значения.
Я теряла его. И это ужасало меня.
После полного игнорирования в течение нескольких дней, я, в конце концов, потеряла его во время обеда. Я кричала на Клэя и затем, к моему крайнему унижению, начала рыдать. Рэйчел и Дэниел застыли, полностью парализованные моими внезапно сумасшедшими эмоциями. Это была не Мэгги Мэй Янг, к которой они привыкли.
Клэй начал злиться, но когда я заплакала, случилось так, словно щелкнули выключателем света. Клэй смягчился, видя, как сильно он обидел меня. Он обнял меня и говорил, что любит, извиняясь за свое отношение. Я растворилась в его руках так, как делала всегда, отчаянно нуждаясь в том, чтобы вещи были такими как раньше.
Но они не были такими. Никоим образом. Клэй был безумен все время, и у меня не было никаких мыслей о том, как помочь ему. В конце концов, Клэй перестал приходить на обед, покидая школу в середине дня. Я не знала, куда он ходил. Он никогда не говорил. Он только говорил мне не беспокоиться так сильно. Но, конечно же, я беспокоилась. Это все, что я теперь делала. Беспокоилась. И плакала. Потом снова беспокоилась.
Я бросила вызов наказанию моих родителей после нескольких дней этого жалкого существования. Я решила отправиться в дом Клэя после школы. Мое сердце упало, когда я увидела машину его родителей на дорожке. Мои ладони начали потеть, когда я направилась к входной двери.
Я постучала и ждала. Снова постучала. Наконец Клэй открыл дверь. Он выглядел как черт. Под его глазами были темные круги, его кожа была бледной, а одежда помятой, словно он спал в ней.
Хуже всего было то, что он выглядел менее взволнованным, при виде меня. — Что ты здесь делаешь? — выплюнул он, оглядываясь через плечо. Я попыталась заглянуть за него, чтобы посмотреть, что его так пугает, но он преградил мне путь.
— Я беспокоилась о тебе. Хотела убедиться, что ты в порядке, — сказала я мягко. Я попыталась потянуться и коснуться его, но он отодвинулся от меня.
— Ну, я просто чертов денди[28]. Сейчас ты можешь уйти. — Он попытался закрыть дверь перед моим лицом, но я поставила свою ногу, чтобы остановить его. — Клэй. Перестань отталкивать меня! Как ты можешь так со мной обращаться после всего, через что мы прошли? — умоляла я, чувствуя эти надоедливые слезы, снова скатывающиеся по моему лицу.
Я увидела мгновенную трещину в его холодном фасаде. Его глаза смягчились, и я подумала, что может быть, мне удалось достучаться до него. Но он обратно воздвиг стену, и его лицо застыло. — Я устал от твоей поддержки, — выплюнул он, смотря на меня с презрением. — Перестань беспокоиться обо мне. Мне не нужна твоя жалость или беспокойство.
Я открыла рот, чтобы поспорить с ним. Я не могла позволить ему оттолкнуть меня. Но потом я увидела миссис Рид, идущую по коридору. Она встала позади Клэя и положила руки на его плечи. Он напрягся, словно ожидая удара. — Разве ты не собираешься пригласить свою подругу внутрь, Клэйтон? Это Марсиа, не так ли? — сказала она снисходительно. Она знала мое имя, просто была сучкой.
