Я пробыл всю ночь в темной нише у двери, слушая вопли несчастных. Не знаю, что делали с этими людьми, но, думал, умру, страдая вместе с ними. Всю ночь продолжались крики, вызванные чудовищной болью. Я забился в нишу и заплакал, говоря себе, что не должен бояться, поскольку всего этого не существует. Я представил боль этих людей, но сказал себе, что поставил свое воображение превыше всего, а, как меня учили, это неправильно. Подумав о Мэрили, о том времени, когда мы были вместе, я заставил себя не слушать крики за дверью. Ведь я не знаю, что действительно существует, и, значит, не знаю, были ли реальны те звуки. Рано утром вернулся уже виденный мною командир.
Я осторожно выглянул из своего укрытия. К двери подошел человек с черными волосами. Я знаю, что это был именно он, потому что увидел руку с черными ногтями, передавшую командиру свиток. Человек с черными волосами скрипучим голосом приглушенно сказал командиру, — он назвал его «Наджари», — что нашел их. Так и сказал — «их». Потом он произнес: «Они на восточной границе пустыни и направляются на север». Он приказал командиру немедленно передать его слова посланцу. Наджари ответил: «Совсем скоро, Николас, ты получишь их, а мы назначим свою цену».
Глава 25
Ричард резко повернулся.
— Николас? Ты слышал, как он произнес это имя?
— Да, я уверен, — удивленно моргнул Оуэн. — Он сказал «Николас».
Кэлен ощутила, как на нее навалилось отчаяние, словно она оказалась в паутине холодного, мокрого тумана.
Ричард сделал нетерпеливый жест рукой.
— Продолжай.
— Я не был уверен, что они говорят именно о тебе — о лорде Рале и Матери-Исповеднице, — пока не услышал, как командир произнес «их» с отвратительным удовлетворением в голосе. Их голоса напомнили мне, как улыбался Лучан — так, как я никогда не видел, — будто он собирался съесть меня. Я понял, что теперь смогу найти тебя, и в тот же день ушел из города.
Принесенный порывом ветра, утренний туман сменил моросящий дождь. Кэлен вдруг заметила, что дрожит от холода.
Ричард смотрел на человека, сидящего на земле, человека с отметиной в правом ухе, человека, которого коснулась Кэлен. По земле вокруг Ричарда барабанили капли.
— Этот человек — один из тех, кого послал Николас. Он был вместе с теми, чьи тела ты видел в лагере. Если бы мы не защищали себя, позволили бы себе поставить свою ненависть к насилию выше действительности, мы были бы навсегда потеряны. Так же, как Мэрили.
Оуэн присмотрелся к солдату.
— Как его имя?
— Не знаю, мне все равно, — ответил Ричард. — Он сражался за Имперский Орден, сражался за идею, что любая жизнь, включая и его собственную, не имеет никакой важности, ценности, уникальности. За принцип, когда отдельная жизнь — ничто, и любые жертвы оправданы, потому что ты — ничто… Он сражался за мечту о том, чтобы все были никем и ничем… По учению Ордена, ты не имеешь права любить Мэрили, все одинаковы, и твой долг — жениться на любой. Такой самоотверженной жертвой ты будешь полезен своему товарищу. Несмотря на то, что ты старался не верить всему увиденному тобой, Оуэн, и несмотря на все ваши учения, ты уже знаешь, что ужас, принесенный Орденом, — не в их жестокости, а в их идеях. В их вере, оправдывающей насилие, и в том, что вы приняли их веру… Этот человек не ценил свою жизнь, поэтому меня не волнует, как его зовут. Я дал ему то, к чему он так стремился — небытие.
Ричард оторвал взгляд от Оуэна и увидел, что Кэлен дрожит от холода. Он сходил к повозке, вернулся с ее плащом и бережно укутал жену.
Кэлен поймала его ладонь и на мгновение приложила к своей щеке. Из истории Оуэна они услышали слишком мало хорошего.
— Это значит, что не дар убивал тебя, а яд, — тихо произнесла Кэлен. — Это был яд.
Она успокоилась тем, что они не опоздали с противоядием. Страх еще обжигал холодом ее сердце, но Кэлен уже не боялась так сильно, как когда они тряслись в повозке, а Ричард лежал без сознания.
— Головные боли у меня появились раньше, чем я встретился с Оуэном, — возразил Ричард. — И они по-прежнему меня беспокоят. Магия меча тоже сопротивлялась еще до отравления.
— У нас есть время, чтобы найти решение.
Он откинул назад волосы.
— Боюсь, у нас куда более серьезные проблемы и совсем нет времени. Так что ты, увы, ошибаешься.
— Серьезные проблемы?
Ричард кивнул.
— Ты знаешь, откуда Оуэн? Бандакар? Догадываешься, что значит «Бандакар»?
Кэлен взглянула на сидящего на ящике парня, целиком ушедшего в себя. Она отрицательно покачала головой и посмотрела в серые глаза Ричарда, удивленная скрытой яростью в его голосе.
— Нет. А что это за слово?
— Название на верхне-д'харианском. Оно значит «изгнанные». Помнишь, в книге «Столпы Творения» я читал тебе, как они решили изгнать всех рожденных без искры в Древний мир? Помнишь, я сказал, что никто не знает, какова была их дальнейшая судьба?.. Теперь мы знаем. Теперь весь мир открыт людям Империи Бандакар.
Кэлен сдвинула брови.
— Ты уверен, что они потомки тех людей?
— Взгляни на Оуэна. Он блондин, и похож скорее на д'харианца, чем на жителя Древнего мира. И что важнее, на него не действует магия.
— Но так может быть только с ним.
Ричард наклонился ближе.
— В закрытых областях, вроде той, откуда этот парень, отрезанных от остального мира на тысячи лет, даже один Столп Творения оставит потомство, которое в скором времени принесет следующее поколение… Но такой Столп был не один, все жители не обладали даром. Поэтому их и изгнали в Древний мир. А в Древнем мире, когда они попытались построить новую жизнь, их снова изгнали, уже за горы — в место, которое назвали «Бандакар», «изгнанные».
— Но как люди в Древнем мире узнали о них? Как они смогли их всех собрать и загнать в одно изолированное от мира место, не дав никому из них распространить свое свойство изначальной неодаренности?
— Хороший вопрос, но сейчас не самый важный.
— Оуэн, — позвал Ричард. — Я хочу, чтобы ты оставался там, пока мы единодушно не решим, что делать.
Парень просиял, услышав, что Ричард собирается поступить так, как привык делать сам Оуэн. В отличие от Кэлен, он не заметил, что в голосе Ричарда прозвучал скрытый сарказм.
— Эй, ты! Иди и сядь рядом с ним, смотри, чтобы он дожидался вместе с тобой, — бросил Ричард человеку, которого коснулась Кэлен.
Солдат бросился исполнять приказание.
— Надо поговорить, — позвал Ричард остальных.
Фридрих, Том, Дженнсен, Кара и Кэлен пошли за ним. Ричард подошел к повозке и сложил на груди руки. Все остальные собрались вокруг него. Ричард посмотрел каждому в лицо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
