Олеговичу, что он захотел поскорее от этого избавиться.
Даша была дома, когда послышался звук открывающейся двери.
– О, господин бомж пожаловал, – с ехидцей произнесла она.
Петр медленно скинул в прихожей свой «модный» пиджак, потом прошел в гостиную и присел на диван. Он хотел было напомнить Дарье, что просил ее когда-то, когда жил здесь никому не ведомый, ему не хамить, но почему-то не стал этого делать. Вместо этого он потупил взгляд и продолжал молчать.
Даша тоже молчала, но вместе с тем ей становилось смешно от складывающейся мизансцены.
По идее, генеральный директор компании Петр Олегович Клеонов должен был властным движением руки указывать ей как жить и что делать, а она, все по той же идее, должна была подчиняться его воле.
Но в итоге он ничего такого не указывал и даже не знал, как начать с ней разговор, а она издевалась над его нерешительностью и, похоже, сама вскорости собиралась указать ему на дверь.
Паузу неожиданно разрешили слова Перта:
– Даша, я думаю, нам следует обсудить наши дела, – сказал он и поднял на нее взгляд.
– Ну что ж, если надо – значит, надо, – насколько могла выверено сказала она.
– Хорошо, тогда начинай, – предложил он.
– Я? – обалдела Дарья.
– Ну да, доложи обстановку в отделе, – не особо уверенно предложил он.
– А, вон оно что, – догадалась Даша. – Обстановка в отделе. Ну что же? Народ негодует. Во-первых, безнаказанностью власть имущих, а во-вторых, неравноправием. Что еще? Да, вот, похоже, и все.
– Ясно, – сказал Петр. – Значит, относительно наших дел ничего.
– А у нас с вами есть какие-то дела? – вызывающе спросила Дарья.
– Я полагаю, что есть, – ответил Петр Олегович. – Раз история моего заказа не окончена, значит, мы все еще в деле.
– А! Так это, выходит, конспирация такая, – выдохнула Дарья. – Выходит, я по этой причине почитаюсь за букашку, не достойную вашего внимания.
– Возможно, я переборщил с этой самой конспирацией, – сконфуженно сказал он. – Но цели унизить тебя у меня точно не было.
– Не было, но стало, – под нос сама себе сказала она.
– Если я тебя чем-то обидел, извини, – искренне сказал Петр. – Впредь я учту свою ошибку.
– Впредь… – многозначительно протянула Даша. – А я не хочу никакого впредь. Я не должна тебе ровным счетом ничего. Так что, извини…
– Это твое окончательное решение? – изумленно спросил Петр.
– Да, – импульсивно ответила она.
– Ну хорошо, – вставая с дивана, сказал он. – Вот твои ключи от квартиры. Очень жаль…
– Положи их на тумбочку, – сказала Даша, не желая, чтобы он близко к ней подходил.
Ошарашенный Клеонов зашагал по направлению к выходу, а Даша достала из ящика стола Санькину бумажку и сказала ему вдогонку:
– Вот, это последнее, что я могу для тебя сделать.
Клеонов обернулся, взял протянутую ему бумажку и спросил:
– И что это?
– Это электронные реквизиты Сергея Огнева, их добыл Санек.
– Он ко всему еще и хакер? – удивился Петр.
– Так точно, – по-солдатски подтянуто ответила она. – И если у вас ко мне больше нет вопросов, то я не смею вас долее задерживать…
Петр растерянно продолжил свое триумфальное шествие на выход, а Даша напоследок бросила ему в спину:
– И от своего ответственного задания меня тоже уволь, я не хочу тебя видеть.
Петр вышел, ничего не сказав ей в ответ, а Даша, как только за ним закрылась дверь забилась в настоящей белужьей истерике. И с этим ничего нельзя было поделать.
Петр в полном недоумении вышел из Дарьиного подъезда и отправился на квартиру Алексея, чтобы предметно переговорить с Олегом Олеговичем, но, честно говоря, давалось ему это нелегко. Он шел, только потому что должен был, а на самом деле ему бы сейчас хотелось завалиться в какую-нибудь забегаловку и напиться там по самое не хочу.
То, что ему было так плохо, он категорически не мог для себя объяснить.
Получить такой ошеломительный отпор он совсем не рассчитывал, когда заставил себя пойти в общем-то к Дарье на поклон.
И то, что она буквально вытрет о него ноги, для него было непостижимой загадкой.
В итоге он решил отложить разбор полетов до лучших времен, а сейчас просто сделать доброе дело, и все.
– Олег Олегович, дружище, привет! – пытаясь выглядеть всем довольным, сказал он, переступая порог Алешкиной квартиры.
– Привет, – радостно встретил его Бубнов.
– Ну, вот я, весь твой, – на автомате сказал Петр.
– Двусмысленно, однако, – сказал Олег Олегович и улыбнулся, – ты меня пугаешь…
– Да нет, все в порядке, – отозвался Петр. – Давай к делу.
Они уселись за стол, и Петр начал излагать суть своего предложения по спасению Олега.
– Ты сказал, что тебе занял в долг твой приятель Сашка Рудаков. А в договоре вы указали, что весь твой бизнес перейдет к нему, если ты с ним не рассчитаешься. Еще ты сказал, что друг он надежный и будет готов тебе помочь.
– Надежный, очень даже, – напрягшись и вслушиваясь в каждое слово, сказал Олег Олегович. – Только я не пойму, при чем здесь это.
– Смотри, – продолжил Петр. – Ты рассчитался с ним путем оформления простой расписки. То есть, скрыв ее, никто не докажет, что ты до сих пор ему не должен. А раз так, то весь твой бизнес должен перейти к нему, понимаешь?
– Так-так-так, – озадачился Олег Олегович. – Значит, он отбирает все мои активы у Завибова, а потом предает их обратно ко мне? Я правильно понял?
– Совершенно верно, – ответил Петр. – Ну, а если не отдаст, то тебе ни все ли равно у кого останется твой бизнес, у Звибова или у друга Сашки?
– Нет-нет, Сашка правильный мужик, он такого не допустит, – уверил его Бубнов.
– Тебе еще надо договор найти, ты говорил, он у тебя на даче в сейфе лежит.
– Это вообще не проблема, считай, он у меня в кармане, – ответил Олег.
– Ну вот. Саму процедуру, правда, еще надо будет официально переоформить, – уточнил Петр, – но тут мы с Женькой тебе поможем, даже не сомневайся.
– Так я сегодня же этим и займусь, – не помня себя от счастья, сказал Олег. – Как это я удачно с Лехой твоим пить-то бросил.
– Все у тебя получится, – заверил его Петр. – И я за тебя очень рад.
– А ты здорово петришь в этих делах. Откуда у тебя такая хватка? – немного подумав, спросил Олег.
– О, если б ты знал, какие только схемы нам с Женькой не приходилось разрабатывать, – вспоминая былые подвиги, сказал Петр. – Все твои вопросы у тебя сразу бы отпали.
– Ясно, – сказал Олег Олегович. – У меня и сейчас слов нет.
– Ну вот, – сказал напоследок Петр. –
