раненого шефа, внимательно прислушиваясь к его разговору с фон Круге.
– Собирайся в дорогу, Семен! Завтра утром выезжаем на совещание в Борисов. Предупреди Германа, чтобы никаких проблем у нас с Майбахом не было!
– Господин майор, а когда вы займетесь трудоустройством Шумастера? Его вчера в комендатуру вызывали и интересовались, на каком это основании он возит какого-то там майора на своем шикарном автомобиле, на таких машинах положено ездить одним только генералам!
– Слушай, Семен, не старайся меня вывести из себя, этими своими глупыми напоминаниями. Я хорошо помню о шатком положении Германа, но только с первого сентября начнет функционировать моя организация. Только тогда он станет моим персональным водителем согласно штатному расписанию. И последнее, Семен, как там продвигается ремонт нашего особняка. Всего пару дней не видел Димы Осипова, а кажется, что уже год прошел!
– Да там, все в абсолютном порядке, господин майор! Ваш Дима категорически отказался брать на стройку пленных красноармейцев. В городе он нашел какую-то строительную артель, рабочие которой работают сутками напролет. Здание уже в лесах, разрушенные стены разобраны, строительный мусор убран. Сейчас из пригорода ждут кирпич и другие ремонтно-строительные материалы. Завтра, в крайнем случае, послезавтра, рабочие начнут восстановление и перестройку внутренних помещений и разрушенных внешних стен. Так что бригадир рабочих говорит, что перестройка особняка будет завершена где-то к первому сентября, числа двадцать шестого – двадцать седьмого августа.
– Приятно слушать такие слова, Семен! Вот, что значит хорошо подобранные люди, которые отлично знают свое дело и умеют хорошо работать!
– Да, сам себя не похвалишь, никто тебя не похвалит! А что вы, господин майор, собираетесь делать с этим сельским придурком, у которого лошадь ночью сожрали.
– Семен, не смей так плохо говорить об Игоре Ефграфовиче, он хороший и добрый человек, неплохо разбирается в своей профессии! Этот сельский доктор спас мою жизнь, он совершенно случайно на меня наткнулся и, рискуя своею жизнью, меня, раненого немецкого офицера, привез в Минск! Я не знал, а тебя в тот момент не было дома, вот я ему и посоветовал лошадь оставить во внутреннем дворике нашего дома. Если бы ты был дома, то тогда тебе пришлось бы спать в телеге, охранять его кобылу! На, да, ладно, хватит вспоминать о плохом! Семен, ты не мог бы меня оставить, что-то я устал, мне захотелось поспать!
На следующее утро Васька самостоятельно, без чужой помощи, с пятого этажа спустился на первый этаж, дошел до машины и сел на заднее сиденье. Когда он откинулся на спинку сиденья Майбаха DS7, то в тот момент его сердце страшно колотилось, оно так и грозило выскочить из его груди! Оно так часто билось, что парень с трудом дышал, а слой пота покрыл все его тело. В этот момент Игорь Ефграфович белым платком вытирал пот с Васькиного лица, а свою правую руку положил ему на левую грудину. В какой-то момент Василию даже показалось, что эта докторская руку держит его сердце, не позволяя ему превышать установившуюся частоту биения.
– Дыши ровно и полной грудью! Не спеши делать вдохи и выдохи, как бы тебе этого не хотелось бы! Помни, что ты не задохнешься, воздуха тебе хватит! Еще минута, ты выровняешь дыхание, биение сердца придет в норму!
Удивительное дело, Васька прислушивался к успокаивающему голосу доктора Рожнова, а вместе с этим голосом выравнивалось его дыхание, биение сердца. Ему становилось лучше. Полностью восстановились зрение и слух. Он сразу же увидел сильно обеспокоенное лицо Семена Нечипоренко, который через раскрытую дверцу автомобиля заглядывал в салон.
– Семен, все в порядке! Я нормально дышу, значит жив! Мы можем отправляться в дорогу! Теперь я знаю, я уверен в том, что доеду до Борисова и смогу там поработать. Не в полную силу, разумеется, но смогу фон Круге подготовить к совещанию! Так что мы можем трогаться в дорогу!
Тем временем Игорь Ефграфович снял свою руку с груди Василия, откинулся на спинку сидения и закрыл глаза. Всем своим видом демонстрируя, что будет отдыхать, пока они будут в дороге. Но Васька хорошо чувствовал, что доктор пока еще не покинул его сознания. Он занимался там конкретным делом, подобно бобру в лесном ручье строил запруду из хвороста, обмазывая ветви илом, поднятым со дна. Так и Рожнов, этот человек, казалось бы, сейчас спал или дремал, удобно откинувшись на спинку заднего сиденья Майбаха, а на деле занимался очень серьезным делом. Сейчас он в Ваське восстанавливал его дар, магические способности. Помимо того, что Василий уже умел, слышать чужие мысли, разбираться в настрое другого человек и определять говорит ли ему тот или иной человек правду или попросту лжет, он пытался передать Василию искусство пирокинеза, телекинеза и телепортацию.
Одновременно Игорь Ефграфович продолжал возиться с раной Василия. Он не мог, был не в силах сделать так, чтобы она полностью закрылась, зарубцевалась. Такое мог сделать только настоящий маг, а не простой и никому неизвестный сельский доктор психиатр, хотя можно было сказать и такое, что Игорь Ефграфович настоящий маг волшебник. Если магию можно было бы оценивать баллами, то Рожнов уже давно был выше уровня среднего мага, но он пока еще не достиг высшей ступени, магистра. Но в чародействе, как чародей целитель, или как чародей учитель, Игорь Ефграфович был уже сейчас недосягаем.
Где-то в районе десяти часов утра Майбах DS7 с пассажирами въезжал в Старо-Борисов. По дороге его несколько раз останавливали патрули фельджандармерии и СС, но дело ограничивалось проверкой документов и парой – тройкой вопросов к пассажирам автомобиля. Правда, на все вопросы отвечал вахмистр вспомогательных войск Семен Нечипоренко, причем, каждый раз он отвечал на немецком языке, без какого-либо акцента. Васька в эти разговоры не вмешивался, так как в основном был поглощен тем, что Рожнов творил с его раной, а также теми новыми знаниями в области магии, которые доктор постепенно вливал в его сознание. Но при въезде в Старо-Борисов их остановил пост фельджандармерии, которым командовал штабс-фельдфебель Кнутке. Улыбаясь, Карл Кнутке, приложив правую руку к брови, щелкнул каблуками сапог и радостно отрапортовал:
– Господин майор, рад вас видеть живым и здоровым! Сегодня вы прекрасно выглядите! Гауптштурмфюрер СС Вольфганг Дерек передает вам свой личный привет и искренне сожалеет о том, что из-за множества дел не может вас встретить. Он хотел бы лично передать вам информацию о том, что минское отделение СД РСХА не возражает в отношении вашего двухсуточного пребывания в Старо-Борисове. В этой связи вам и вашим людям забронировано размещение в одном из пансионатов,
