Тетушка Элизабет понизила голос и склонилась к Каролин:
— Ты что-нибудь слышала о сестре? Как ты думаешь, нам следует сообщить ей о смерти сэра Невилла?
Каролин встревожилась. Она совершенно забыла о том, что кто-то из родственников или друзей может вспомнить о существовании второй дочери, ведь отец так давно вычеркнул ее из своей жизни. Теперь она стала опасаться, что кто-нибудь обмолвится об этом при Джейсоне. Тогда, учитывая ее отличное от Синтии поведение, он догадается, кто есть кто. Нет, он не должен об этом услышать из чужих уст, иначе вся эта ложь станет еще ужаснее, еще отвратительнее.
— Я… нет, я ничего о ней не знаю.
— Мы могли бы попытаться отправить ей письмо в тот отель в Антигуа, — сказала Белла, подумав. — Помнишь, Синтия, я давала тебе адрес несколько месяцев назад, когда ты решила написать ей. Она ответила на твое письмо?
Никакого письма от Синтии она не получала и отчаянно сожалела, что не услышала ее крика о помощи. Возможно, она совсем запуталась в своих делах с Марком Симмонсом и Деннисом Бингемом, и ей больше не к кому было обратиться, кроме своей сестры, которая в это время была слишком далеко от нее.
— Нет, она мне не ответила, — сказала Каролин вслух. Вдруг она поняла, что если Синтия знала в Антигуа ее адрес, то могла броситься к ней за помощью, но не разыскала ее. Или — и от этой мысли ее снова охватил приступ злости — она умышленно направила туда своего мужа в надежде, что, напав на след Каролин, он будет окончательно сбит с толку. А может быть, она надеялась, что Каролин поступит именно так, как она и поступила, притворившись Синтией, и Джейсон прекратит преследование…
За последние недели Каролин получила столько новых сведений о поступках Синтии, что теперь она вовсе не была уверена, что хорошо знает сестру. Так что ничего невозможного в ее предположениях не было. Синтия всегда была более холодным человеком, чем Каролин. Естественно, что и любила она с меньшей страстностью и меньшим огнем, чем сестра. А может быть, эта холодность, отстраненность и железная выдержка и ранее присутствовали в Синтии, только скрывались за ее невинной внешностью.
Теперь, оглядываясь назад, Каролин понимала, как отношение к Синтии сэра Невилла, да и ее собственное, только усугубляло страхи сестры, ее неприспособленность к жизни. Оберегая ее от трудностей, постоянно защищая ее, всегда находясь рядом, выполняя за нее неприятную работу, они не способствовали тому, чтобы она выросла сильной, подготовленной ко всем превратностям судьбы.
Синтия всегда обращалась за помощью к тому, кто готов был прийти ей на помощь. Сегодня утром Каролин сгорала от злости на сестру за то, что она так жестоко обошлась с Джейсоном, но это говорило ее сердце, а не разум. Синтия не была злодейкой, она всего лишь слабая личность, и сделать ее такой помогла и Каролин.
— Синтия, дорогая, ты помнишь доктора Морхауса? — спросила вдруг тетушка Элизабет.
Каролин, вздрогнув, очнулась от своих тяжелых мыслей и повернулась к пожилому человеку, что стоял рядом с тетей. Высокий и худой, с седыми волосами, он был одет в вышедший из моды черный костюм. Он выглядел точно так же, как его запомнила Каролин, только немного постарел. Она искренне ему улыбнулась и протянула руку:
— Конечно, помню. Как я могла забыть человека, который лечил меня от простуды? Как поживаете, доктор Морхаус?
Он взял ее руку в свои ладони и ласково пожал.
— Моя дорогая, вы знаете, как глубоко я сожалею о смерти вашего отца. Это большая потеря для всех нас.
— Я знаю, спасибо, — ответила Каролин.
Он еще несколько минут постоял рядом с ней, а потом отошел и присоединился к сквайру Муру, стоявшему у окна.
Вслед за доктором хлынула настоящая волна посетителей, в течение всего следующего часа Каролин Приветствовала старых знакомых, принимала их соболезнования, с облегчением сознавая, что может вспомнить почти все имена.
От долгого путешествия Каролин очень устала, кроме того, за последние два дня она почти ничего не ела. Напряжение, связанное с приемом визитеров, не покидающее ее волнение по поводу того, что ее имя может быть упомянуто в присутствий Джейсона, совершенно вымотали ее. Она была очень благодарна Джейсону, когда он приблизился к ней и, подав руку, помог подняться с дивана.
— Тебе пора отдохнуть, — требовательно сказал он. — Уверен, что тетушка и кузина извинят тебя.
— Конечно, — согласилась тетя Элизабет, — дорога, вероятно, утомила тебя. Мы будем сами принимать соболезнования, правда, Белла?
— Да, мама, — послушно сказала Белла, хотя улыбка ее была несколько натянутой.
Домоправительница ждала их в холле. Когда Каролин увидела ее, то от души улыбнулась.
— Миссис Аманда! — Она назвала ее именем, которым они с Синтией окрестили ее с детства, когда им трудно было выговорить ее фамилию — Биллингсли.
— Здравствуйте, моя дорогая. — Женщина всплеснула руками и покачала головой. — Мне будет очень его недоставать. Временами с сэром Невиллом было нелегко, но дом без него стал пустым. — Она всхлипнула и извлекла платок из вместительного кармана своего накрахмаленного передника. — Да ладно, хватит об этом. Я отведу вас в вашу комнату, чтобы вы могли отдохнуть.
Вдвоем с Каролин они поднялись по ступенькам и прошли в комнату, которая раньше принадлежала Синтии. Как только миссис Биллингсли оставила ее, Каролин потихоньку проскользнула в соседнюю комнату, которая когда-то принадлежала ей. К ее разочарованию, все изменилось, исчезли все ее личные вещи, картины, безделушки. Мебель тоже была заменена на более тяжелую и мрачную. В глазах Каролин заблестели слезы, и она вернулась в приготовленную ей комнату. Отец до такой степени презирал ее, что выкинул из своей жизни все, что могло хоть как-то напомнить о ней.
Присцилла уже ждала ее.
— А вот и вы, миледи. А я уж испугалась, думала, что зашла не туда.
— Нет. Я просто решила взглянуть на другие комнаты, чтобы посмотреть, многое ли изменилось.
— И как? — спросила Присцилла, помогая Каролин освободиться от платья, кринолина и корсета.
— Боюсь, что изменилось все сильно.
Присцилла ловко вынула у нее из волос шпильки и оставила их лежать свободной волной. Потом она подошла к окну и опустила тяжелую штору.
— Ну вот, теперь вы сможете хорошенько отдохнуть, миледи. Я уже распаковала ваш багаж и вещи его светлости. Никто не будет вас беспокоить.
Каролин приложила немалые усилия, чтобы не выдать своего испуга. Как только Присцилла вышла, Каролин подбежала к шкафу и распахнула дверцы. Вещи Джейсона были аккуратно развешаны рядом с ее платьями. Миссис Биллингсли поместила их в одной комнате, что было вполне естественно, поскольку она считала их мужем и женой. Было бы довольно трудно объяснить домоправительнице, почему они спят в разных комнатах. Кроме того, тетушка Элизабет, Белла и их мужья, да, наверное, несколько друзей семьи, которые не проживали в Хиверуэйте, на время похорон останутся в доме. Так что свободных комнат может и не оказаться.
