Кейт проглотила комок, вставший в горле. Она не могла читать быстрее.
«Я написал это не для того, чтобы убедить вас в ее невиновности, потому что уверен, вы способны сделать свое собственное заключение на этот счет. Я пишу это для того, чтобы проинформировать вас, что я решил связать с ней свою жизнь».
Кейт ахнула. Слезы лились из ее глаз, капая на страницы и размазывая чернила. Она смахнула их и продолжила чтение.
«Вы понимаете? Секрет, который я открываю здесь, состоит совсем не в том, что я издатель скандальных историй, хотя, вероятно, это тоже удивит многих из вас. Секрет на самом деле прост — я люблю Кейт, безумно люблю. И моя единственная надежда заключается в том, что она согласится стать моей женой».
Кейт подняла на Лили заплаканные глаза. Она едва могла говорить. Да что там говорить, комок в горле мешал не только говорить, но и дышать.
— Где он? — рыдая, выговорила Кейт. Лили понимающе улыбнулась.
— Я думаю, в своем доме на Риджент-стрит. Он живет там, пока ремонтируют сгоревший.
— Я должна идти, — заявила Кейт. — Немедленно! Я…
— Не объясняйте. — Лили уже развернула коляску. И с предельной скоростью они направились к выходу из парка.
Глава 45
Подхватив юбки, Кейт взбежала по ступеням дома Джеймса на Риджент-стрит. Ее каблучки отстукивали дробь по мраморным ступеням. Она постучала и замерла в ожидании, нервно поправляя перчатку и глядя на дверь так, словно она могла открыться от ее взгляда. Спустя пару минут тяжелая дверь отворилась, и в дверном проеме появилась внушительная фигура Лока.
Как только старый дворецкий увидел Кейт, его морщинистое лицо расплылось в улыбке.
— Ваша светлость?
Кейт пришлось отдышаться, прежде чем она смогла выговорить:
— Скажите, Лок, Джеймс дома? — Она вытянула голову, стараясь заглянуть в холл, скрытый за спиной дворецкого.
— К сожалению, его нет, — растерянно произнес Лок.
Сердце Кейт упало. Она вглядывалась в лицо Лока.
— А где он?
— Его сиятельство на заседании парламента. Только что началась новая сессия.
Приподнявшись на цыпочки, Кейт чмокнула оторопевшего дворецкого в щеку. Он покраснел и произнес в замешательстве:
— Ваша светлость, зачем, я…
— Вы даже не представляете, как я вам благодарна, Лок. — Она резко развернулась и сбежала вниз по ступеням к коляске, где ее поджидала Лили.
— Ну? — спросила Лили. Ее глаза стали огромными как блюдца. — Его нет?
— Он на сессии в палате лордов.
Вздохнув, Лили покачала головой.
— Как вам это нравится? Неудобнее не придумаешь. Но не волнуйтесь, дорогая. Я отвезу вас назад к леди Кэтрин, а сюда мы вернемся попозже, когда он…
— Никаких попозже, — воскликнула Кейт. — И слушать вас не желаю!
Лили резко отпрянула. Наверное, ее бы меньше потрясло, если бы Кейт ударила ее.
— Что, простите? Я думаю…
— Мне плевать на то, что вы думаете. Я сказала, что не желаю вас слушать.
Лили смотрела на Кейт, не веря своим глазам.
— Что происходит, Кейт? Что вы задумали? — спросила она, невольно подняв руку и обмахиваясь ладонью наподобии веера.
С загадочной улыбкой на лице, Кейт подобрала юбки, поднялась в коляску и уселась рядом с Лили.
— Везите меня прямо в парламент. Сейчас же! — сказала она, кивнув на лошадей.
Лили ахнула.
— Пар… пар… парламент? — заикаясь, проговорила она.
— Да и сейчас же. Пожалуйста, — добавила Кейт, дабы смягчить резкость своего тона.
Лили покачала головой.
— Кейт, опомнитесь, мы не можем…
— Не можем или не должны? — спросила Кейт, приподнимая бровь.
— И то и другое.
Кейт повернулась к Лили и встретила ее взгляд.
— Несмотря на все мое уважение к вам, леди Колтон, несколько недель назад я пришла к решению, что намерена жить. И попробуйте мне сказать, что сейчас не время для осуществления этого намерения, — решительно заключила Кейт.
Лили осторожно приподняла на нее глаза.
— Но, Кейт, вы представляете, какой скандал разразится, если вы прервете заседание парламента?
Кейт запрокинула голову и рассмеялась. Сейчас, когда она приняла решение, на нее снизошло странное спокойствие. Спокойствие в сочетании с предвкушением счастья.
— Я ни на кого непохожая, самая скандальная невеста во всем благочестивом Лондоне. Чего мне бояться? Вы действительно думаете, что я могу беспокоиться по поводу нового скандала? Неужели вы и правда так думаете, Лили?
Лили открыла рот, собираясь ответить, но в следующую секунду закрыла его.
— Если вы так считаете… — Она дернула поводья. Лошади побежали быстрее. Кейт прижала к голове капор и покачивалась в такт движениям коляски.
О чем она думает? Она ущипнула себя за руку. Неужели она способна совершить это? Ворваться в парламент, прервать заседание и найти Джеймса? По спине пробежал холодок нетерпения. Кейт постаралась успокоиться, вытянула руки и положила их на колени. Да, слава богу. Она может сделать это и сделает. Кураж. Кураж. Кураж. Жить. Жить. Жить.
Через несколько минут коляска остановилась перед Вестминстерским дворцом. Кейт, запрокинув голову, смотрела на величественное готическое строение.
— Вы не передумали? — поинтересовалась Лили.
— Ни в коем случае.
Кейт расправила плечи. Недели, может быть, дни она жила в ожидании смертного приговора. Да, она учинит новый скандал. Сказав человеку, которого любит, что ни секунды больше не может жить без него, и ничто не может остановить ее от намерения ворваться в палату лордов. Черт подери, да она ворвалась бы в ванную принца-регента, если потребовалось бы. Хотя вряд ли ей понравилось бы то, что она могла увидеть.
Кейт подобрала юбки и спрыгнула на землю. Повернувшись, подмигнула Лили.
— Если меня арестуют, я надеюсь, вы сообщите мистеру Абернети?
— Не волнуйтесь, сделаю это сразу же, — заверила Лили и поджала губы, боясь рассмеяться. — Удачи! Ну, идите, идите! — Она кивком головы указала на здание. — Да, еще одно.
— Что? — спросила Кейт.
— Если увидите Девона, не говорите ему, что я здесь, — сказала Лили, подмигивая Кейт.
Покачав головой на нерешительность подруги, Кейт повернулась к величественному зданию парламента. Она поглубже вздохнула, втянув холодный воздух в легкие. Сохраняя решимость, она направилась к южной стороне здания, где размещалась палата лордов, и остановилась перед высокими массивными дверями зеленого цвета. Караульный огромного роста стоял у входа.
— Вы по какому вопросу? — высокомерно спросил он.
