ты думаешь, эти провалы в памяти — они надолго?
— Думаю, ты скоро начнёшь вспоминать такие мелочи. А тёплая одежда у тебя есть. Смотри, — он быстро встал с кровати и подошёл к шкафу. Открыл его.
— О, какая прелесть! — воскликнула Таня и поспешила к Буршану. Её внимание привлекло платье нежного зеленоватого оттенка с длинными рукавами из плотной ткани, а так же несколько накидок, отороченных мехом и украшенных дорогими камнями. — Какая приятная ткань на ощупь… А мех! Он восхитительный! — и она погладила оторочку у накидки. — Как я могла забыть, что у меня есть такие восхитительные вещи!
— Яга сказала, что от тех переживаний, что ты перенесла за последнее время, это возможно. Главное, что ты помнишь меня, Эрду, харуш…
— Ой! Харуш! Как неудобно перед Фиозой… Я ведь обещала помочь ей, заменить на кухне, а сама…
— Не переживай, голубка моя! Ты ведь не по доброй воле не выполнила своё обещание. Давай одеваться, и пойдём в харуш. Фиоза будет рада тебя увидеть. К тому же сегодня ей надо ехать к Яге.
— Да, да, я помню. Яга должна ей ногу посмотреть… Буршан, только давай сначала в баню сходим.
— Как скажешь, милая, — князь обнял Таню. — Какое платье ты хочешь надеть?
— Вот это! — показала она на зелёное платье. — Как давно оно у меня?
Таня сняла платье с вешалки и приложила к себе.
— По фасону похоже на то, что я купила на праздник Пяти костров.
— Совершенно верно. Я взял твоё праздничное платье и отнёс к портнихе. Она повторила фасон, только ткань я попросил взять более плотную, потому что скоро наступят холода. С цветом я угадал?
— Да, я люблю зеленоватые тона… Но когда ты успел? — удивилась Таня.
— Пока ты была без сознания, я попросил Эрду посидеть с тобой, а сам поехал к Маруте. Она сшила его, пока я с её сыном метал дротики. Она очень скорая на руку.
— С её сыном?
— Да. В Зелёной Дали, в отличие от Голубой, рождаются не только девочки, но и мальчики. Ну, что, пошли?
Таня кивнула. Надела платье. Буршан подал ей накидку из такой же ткани. Накидка доходила Тане до середины бедра. Пушистый воротник завязывался на кожаный ремешок под самым горлом, прорези для рук были оторочены мехом и украшены крупными камнями.
— Сапожки… Вместо туфель сапожки возьми, и чулки не забудь, — подал ей вещи Буршан.
После бани они заглянули домой. Эрда хлопотала около печи.
— Госпожа, ты уже встала!? — обрадовалась девушка, а потом добавила расстроенным голосом. — Ой, а я ещё завтрак не принесла…
— И хорошо. Мы с Таней зашли сказать тебе, что сходим в харуш и там позавтракаем. Пусть Фиоза порадуется, что с Таней уже всё в порядке. Пока нас не будет, поменяй постель. Потом иди в харуш. Поешь там и позаботься о дневной еде для нас.
— Да, господин, — присела в лёгком поклоне Эрда.
Часть 8 глава 3
— Я смотрю, у тебя руки замёрзли? — идя по улице, Буршан держал Танину ладошку в своей руке, но она никак не согревалась.
— Сама удивляюсь… Вроде, не так холодно на улице, а руки, как ледышки…
— А самой тебе не холодно?
— Нет. Накидка тёплая. Ну и погода у нас в Голубой дали! — улыбнулась она, глядя на то, как Буршан поцелуями и дыханием согревает ей руки. — Ещё два дня назад было так тепло, что мы с тобой купались ночью, а сейчас ветер холодный и пасмурно.
— До настоящих холодов ещё далеко. Я думаю, завтра или послезавтра опять будет солнечно, но уже не так тепло. Ходить можно будет без накидки, а вот купаться — это уже вряд ли.
Они подошли к харушу. Поднялись по лестнице и вошли в столовую. Посетителей было всего двое, но они заставили вздрогнуть молодого князя. За столом, у окна сидели Карушат и Радана. Карушат держал девушку за руку и что-то ворковал ей на ухо. Буршан направился к ним. Таню неожиданно охватило чувство тревоги, и она поспешила за своим мужчиной.
— Как это понимать, отец!?
— Во-первых, здравствуй, сын. — Карушат встал из-за стола. — А, во-вторых, что означает твой вопрос?
— Он означает только одно — что за нежности я тут наблюдаю?
— А в чём дело? — подала голос Радана. — Или ты думаешь, что только ты имеешь право на счастье, а твой отец нет?
— Это ты счастье? — Буршан чуть не задохнулся от гнева. — Ты же знаешь, отец, что она виновата…
— Ни в чём она не виновата! — повысив голос, перебил сына Карушат. — Её оговорили, а ты, не разобравшись, осудил её!
— Но, отец…
— Я слышать ничего не хочу! — стукнул тот кулаком по столу.
Пока отец и сын в гневе поедали друг друга глазами, Таня перехватила взгляд Раданы. Она смотрела на мужчин с плохо скрываемым торжеством.
«А девушка умеет вносить раздор между родными людьми! Уж не специально ли она всё это задумала, что бы поссорить отца и сына? Вот интриганка». — Подумала Таня. Она взяла за руку Буршана и улыбнулась его отцу:
— Карушат, я прошу прощения за несдержанность Буршана. Мы не будем вам мешать. Приятного аппетита.
Она насильно оттащила Буршана от стола, хотя тот и пытался вырваться. Когда он повернулся к ней, лицо его пылало:
— Ты много не знаешь!..
— Спокойно, спокойно, милый, — Таня положила ему руку на грудь и поцеловала в щёку. Потом потёрлась щекой о его щёку. Коснулась губами его уха. — Я прошу тебя, возьми себя в руки… пожалуйста… очень прошу…
Он вдруг успокоился и от её слов, и от её взгляда, и от её прикосновения. В который раз он удивился тому, как эта женщина влияет на него. Неужели любовь способна так изменить человека? Если раньше с любой другой женщиной он был властным и непреклонным, то рядом с Таней он становился нежным и терпеливым. Вот только два дня назад не сдержался…
— Ты, действительно, многого не знаешь, — тихим голосом сказал он, когда они садились за дальний столик.
— Сейчас мы поедим, и ты всё мне расскажешь. Поверь, гнев не лучший советчик в разговоре. Отношения надо выяснять спокойно, а то в горячке можно переступить черту, через которую не будет дороги обратно.
Буршан удивился её словам:
— Ты не только красива, но ещё и умна. Опасное сочетание для женщины. — Он погладил её руку.
— Если женщина коварна, то да, но тебе не стоит беспокоиться. Ведь ты же знаешь, милый, что эта черта в моём характере отсутствует.
В это время в столовый зал вышла Мирита. Увидев Таню, она поспешила
