семьей уезжаешь с самого утра в намеченном направлении и вы живете спокойно, но твое сердце будет не на месте. Второе – поехать с детьми на рынок, без Кристиана и попасться в лапы к герцогу… »
– Чего?! – захлебнулась я воздухом, ощущая, как испуганно колотится мое сердце.
«Он приезжал не просто так. Энкель под воздействием…»
От ее слов почувствовала, как внутри все похолодело.
– Что он задумал? – дрожащими губами спросила я, игнорируя леденящий душу ужас.
«Его мысли прочитать я не успела, уж слишком быстро покинул он ваш дом. Но вот Энкеля… Его установку в голове… Герцог ждет тебя, Вика. Энкель должен выманить тебя и передать ему в лапы. Не кори ребенка, – поспешила добавить Амелиста. – Мальчик сам не понимает, что творит».
– Если я увезу детей? Уедем отсюда на рассвете… Что тогда будет? – спросила дрогнувшим голосом.
Ответ Амелиста дала не сразу, и пока она молчала, я уже успела вся известись.
«Ваша жизнь будет размеренной. Но Энкель уже не будет прежним. Установка в его голове, не даст ему жизни. Мальчик будет мучиться и в конец концов… И я не говорю про то, что герцог так и останется безнаказанным и будет дальше оплетать своей черной паутиной это государство…»
– Что меня ждет, если я попаду к нему в лапы? – нервно сглотнула я.
«На этот вопрос я тебе уже отвечала ранее – все будет хорошо. Все останутся… живы, но дастся тебе победа не самым легким путем. Выбор за тобой. Либо вынести мучения и искоренить зло, не потеряв при этом никого, кто дорог твоему сердцу, либо сбежать и наблюдать со стороны, как чернота расползается все дальше…»
- Ты мне поможешь? – спросила, едва шевеля губами и ощущая неимоверный ужас от принятого решения.
«Именно для этого я здесь, Вика…»
69. Ай да молодец…
Виктория
– Никуда не выходи из дома, хорошо? – Кристиан заглядывал мне в глаза, стоя у входных дверей. – И надо же было этому мальчонке сарай поджечь… – мой супруг нервно взлохматил волосы, выражая беспокойство.
– Езжай, – улыбнулась я, вкладывая все силы, чтобы не выдать своего состояния от предстоящего. – Может… Самиру с собой возьмешь? – спросила, замечая, как бровь Криса взлетела вверх.
– А она хочет? – спросил граф.
– Самира, поедешь с отцом? – крикнула я, зная, что дети находятся в гостиной.
Девочка радостно выбежала в холл, довольно кивая.
– Так может и Энкеля взять тогда? – хмыкнул Кристиан, а я чуть не ляпнула, что он откажется от этой поездки.
– Энкель? Ты хочешь поехать вместе с папой и сестрой? – вновь крикнула я, заранее зная, что ответит ребенок.
– Нет, – выглянул он. – Что-то не хочется.
– Не хочется, – повторила я, пожимая плечом и внушая себе не смотреть так жалобно на супруга, иначе он заподозрит что-то неладное и не уедет. А мне нужно было, чтобы граф покинул особняк, чтобы своим отъездом запустил это чертово колесо, в котором я представляла роль жертвы, а герцог – мучителя и злодея.
Поцеловав своего мужчину, жадно вдыхая его аромат парфюма, я прижала Самиру к себе, целуя ее в макушку. Никак не могла заставить себя разжать руки и выпустить малышку из плена объятий. Мне было страшно от предстоящего, безумно страшно, ведь я не знала, что именно меня там ждало.
– Все хорошо? – шепнул Кристиан, начиная что-то подозревать.
– Да, – кивнула я, лучезарно улыбаясь. – Просто люблю вас!
– И мы тебя любим, – ответил Крис. – Примерно через часа два вернемся. Будьте дома, никуда не выходите.
В горле стоял слезный ком, но я не позволяла эмоциями прорваться наружу. Топила их в себе, не давая возможности показать мои переживания, да и не нужно это. Лишнее…
Подошла к окну, наблюдая, как Кристиан забирается в экипаж. Провожала взглядом удаляющуюся городскую карету, удерживая себя от того, чтобы не кинуться следом за ней.
«Я все делаю правильно… я все делаю правильно… нужно немного потерпеть…» – повторяла себе раз за разом, но успокоение не приходило.
Я не смогла уснуть этой ночью. Волнение зашкаливало. Так и просидела на кровати, наблюдая за спящим Кристианом, запоминая каждую его черточку, каждую морщинку возле глаз. Этот мужчина стал для меня очень дорог, и я надеялась, что граф сможет понять меня. Не станет судить, когда узнает на что я пошла…
Когда первые лучи солнца тронули землю, пробуждая природу от сна, Амелиста подала голос, говоря мне, чтобы я не говорила ничего своему супругу, иначе ход времени изменится и что-то может пойти не так. Единственное, что она изменила из своего напутствия на мои подвиги – Самиру нельзя было брать с собой на рынок. Она не сказала почему, уклончиво объяснила, что совсем скоро придет ее время и в это самое время она должна быть рядом с Кристианом, а не со мной.
Все это было странно, волнительно и очень переживательно, но с другой стороны хоть за Самиру я была спокойна.
Когда Кристиану позвонили по магическому зеркалу и сказали, что один из его приемышей сжег сарай, то мое сердце больно сжалось, а в голове набатом звучала одна и та же мысль – НАЧАЛОСЬ. Ведь я сразу поняла, что поджог просто очередная ступень в коварном плане герцога.
И вот сейчас я смотрела вдаль на пустую дорогу и молилась богам, чтобы они дали мне сил вынести столь сложное испытание.
– Тетя…
Вздрогнула, не ожидая появления Энкеля.
– Да, милый? – повернулась к мальчику, сдерживая рвущиеся наружу слезы, ведь я знала, зачем он ко мне подошел.
– Хочу тех пирожных. Давай съездим? – улыбнулся он, цепляясь за мою ладонь и чуть сжимая ее. – Чего дома сидеть? Прогуляемся…
Горько улыбнулась в ответ, кивая. Не могла ничего сказать. Чувствовала, что стоит произнести хоть слово, как разревусь. Разрыдаюсь на глазах у Энкеля и слуг, а я не могла вызвать подозрения. Не могла…
Не стала ничего и никому говорить. Амелиста сказала, что не нужно этого делать, временные пласты по ее словам очень хрупкая вещь и что-то в них допустимо, а что-то нет. Оповещение о нашем отъезде недопустимо, поэтому я постаралась все сделать как можно менее заметно.
Это странно, но я верила богине. Каждому ее слову. Сильно тревожило как меня найдет Кристиан, но Амелиста
