Читаем без скачивания В сетях обмана и любви - Вивьен Воган

Рука об руку они пошли к сараю, где Рубел оседлал ее кобылу и подсадил Молли в седло. Когда его руки обхватили ее талию, его глаза расширились, и на лице Рубела появилась усмешка:

– Ты не только надела шляпку!

Она покраснела. Он скользнул взглядом по ее телу. Молли, кроме шляпки, надела юбку для верховой езды и корсаж.

– Что ты еще успела переодеть? – поинтересовался Рубел.

– Подожди, увидишь в свое время!

Проезжая верхом мимо банка Эппл-Спринз, Рубел пробормотал:

– Ну, проклятий этого человека мне не избежать!

Молли повернулась и увидела коренастого мужчину в рабочей одежде лесоруба, он шагал по мостовой. Человек приветственно поднял руку, когда они проезжали мимо. Рубел поздоровался.

– Кто это?

– Виктор Хеслет, – Рубел видел, как лесоруб вошел в банк. – Я скажу, что у него намного больше нахальства, чем у все тех, кого я знавал раньше. Правда, я не очень многих преступников знал.

Темп, в котором они ехали по дороге, был таким же беспорядочным, как и биение их сердец: то они мчались галопом, то скакали рысью, то переходили на шаг, всегда ощущая при этом друг друга и думая о том, что ждет их впереди. Как много времени уже прошло с тех пор, когда они свободно наслаждались ласками! Их снедало отчаянное желание, и ежедневное! Они каждый день мечтали вернуться в лес и вновь пережить удовольствие несдерживаемой взаимной страсти.

Рубел попытался завести беседу.

– Что скажешь, если я отправлюсь в Орендж в этот понедельник?

Сердце Молли подпрыгнуло.

– В понедельник? Почему так скоро?

– Скорее уеду, скорее вернусь, – он посмотрел на нее, удерживая ее беспокойный взгляд. – Я вернусь к тебе, любимая.

Она поборола страх, по крайней мере, попыталась это сделать, но ее сердце продолжало отчаянно биться. Она сосредоточила внимание на красной полосе дороги, будучи не в состоянии вымолвить ни слова. Да и что тут скажешь? Она не могла умолять его остаться, работа важна для Рубела. Она не могла и просить его взять ее с собой, это было бы неприлично.

– Тогда почему ты не уехал сегодня? Ты бы вернулся еще быстрей.

– Я жду телеграмму, – сказал он. – От «Л и М».

Я не могу уехать, не убедившись, что у меня на руках все необходимые доказательства для возбуждения дела против Хеслета.

– Ты полагаешь, телеграмма придет в понедельник?

– Надеюсь… очень надеюсь.

– Значит, что-то не так?

– Трудно сказать, – он подмигнул ей. – Мы это узнаем чуть позже.

У Молли на душе стало теплее, она поняла: днем отъезда он выбрал понедельник, чтобы побыть наедине с ней еще раз, прежде чем уедет. Джубел был, без сомнения, самым заботливым мужчиной, которого она когда-либо знала. Ее мужчиной!

Сердце Молли пело. Но была одна вещь, которую они никогда не обсуждали.

– Джубел, ты, действительно, будешь счастлив жить в Эппл-Спринз?

– С тобой? Мы не будем жить в Эппл-Спринз, Молли, любимая! Мы будем жить в раю.

Она вздохнула.

– Не беспокойся обо мне. В то время, как я буду в Орендже, я обращусь с просьбой в «Л и М» поручить мне работу по уточнению карт для прокладки железнодорожного полотна.

– Как было бы здорово!

– Так как я проделал огромную работу по разоблачению мошенника, к моей просьбе, думаю, отнесутся с вниманием, – он пожал плечами. – Если бы я не выполнил задание, все было бы наоборот, я бы попал в немилость, и меня заслали бы в какое-нибудь дальнее и глухое местечко.

– Надеюсь, ты останешься в Эппл-Спринз, – она посмотрела пристально на него. – Но если даже нет… я имею в виду, если ты должен будешь уехать по работе куда-то еще, я поеду с тобой.

– Молли?..

– Действительно, не имеет значения, где я буду жить, если ты будешь рядом.

Попридержав Койота, Рубел потянулся и перехватил ее поводья, чтобы остановить лошадь. Наклонившись, он поцеловал ее долгим, страстным глубоким поцелуем. Он любил Молли, желал ее и нуждался в ней.

– Молли, Молли, я люблю тебя больше, чем когда-либо раньше представлял себе возможным кого-либо любить.

Она погладила его по щеке.

– Я тоже.

Он снова стал целовать ее, ей не хватало воздуха, она почувствовала слабость в теле. Молли со смехом отпрянула назад. Его горячий взгляд обжег ее до глубины души.

– Поедем-ка скорее, – предложил Рубел.

Но когда они прибыли на место, то не узнали его. Молли посмотрела направо, налево…

– Мы не туда попали, – с сомнением произнесла она. – Это не может быть моей землей.

Но невдалеке Молли заметила небольшой холм, где стояла деревянная хижина, построенная ее прапрадедом – хижина, которую Клитус хотел разрушить, чтобы построить величественный новый дом.

– Может быть, и нет, – заметил Рубел, – я не помню эту хижину.

– Она была скрыта лесом… раньше…

Слезы брызнули из глаз Молли. Она старалась внимательно вглядеться, но пни расплывались у нее перед глазами.

Рубел спешился, обошел лошадь, взял вожжи Молли в одну руку и потянулся другой за ней самой. Она соскользнула с седла в его объятия и осталась стоять, прижавшись к нему и спрятав у него на груди свое лицо, не желая поверить в случившееся, настолько неожиданной и горькой была беда. Рубел прижимал Молли к себе и чувствовал, как она вздрагивает.

Наконец она отстранилась и вызывающе осмотрела землю, на которой раньше рос прекрасный лес. Теперь здесь ничего не было, кроме серой грязи и пней, – нескольких сотен, возможно, тысячи, они торчали по обе стороны от хижины и далеко за ней. Она не сомневалась – до самых границ ее владений.

– Подчистую!

– Да, – это все, что Рубел позволил себе сказать, чтобы не дать волю гневу.

– Хеслет?

– Возможно. Я не знаю другого вора в округе Эппл-Спринз.

Молли взбешенно смотрела на опустошение, которое не мог бы натворить самый страшный ураган. Она вспомнила истории о полях военных сражений. На этом поле погибли деревья, но, слава Богу, не было человеческих жертв.

О нет, были! Теперь Тревис не сможет пойти в школу, и другие дети тоже. Охваченная отчаянием, Молли перебегала от одного пня к другому. Рубел схватил ее за плечи.

– Ты только причиняешь себе боль, любимая, не надо…

Все было вырублено до фута от земли: красный дуб, белый дуб, кипарис, сосны… – все! Молли потянула Рубела прочь.

– Я хочу уйти.

– Будь осторожней, – попросил Рубел, идя с нею рядом и крепко обнимая ее одной рукой за плечи.

– Может, это сделал Клиф Перкер?

– Нет, даю голову на отсечение. Я навещал его вчера в конторе, хотел сказать, чтоб не забыл подшить бумаги и подобрать бригаду. Он думал начать вырубку утром в понедельник.

Молли повернулась к нему, глаза блестели от слез.

– Что же мне теперь делать?