– Донесение от Мостовской.
Протягиваю Ольге бланк и с интересом смотрю на ее реакцию. Она скользнула ничего не выражающим взглядом по тексту и обратила свой взор на меня.
– Было бы странно, если бы текст, проходящий через офицеров связи, значил что-то явное и очевидное. Раз уж ты мне это показал, то потрудись истолковать сие.
Отпив чаю, перевожу с тарабарского на русский:
– Судя по всему, Мостовская везет сюда нашу румынскую королеву. И судя по мигрени, там какие-то серьезные проблемы, причем что-то такое, во что сама Мостовская не посвящена, иначе я бы получил персональную шифрограмму с более ясным содержанием. А пока как в том еврейском анекдоте про телеграмму: «Волнуйтесь, подробности письмом».
Местоблюстительница Ромеи еще раз посмотрела на бланк.
– А с чего тут видно, что наша с тобой племянница едет в Город?
– Все просто. Если бы Мостовская возвращалась в штатном порядке, то в телеграмме не было бы слова «обратно». Это оговоренный случай.
Ольга задумчиво пригубила чай.
– Знаешь, Мишкин, я до сих пор поражаюсь тому, как твоя Маша терпит эту твою Мостовскую. Я бы не смогла.
Усмехаюсь.
– Задушила бы подушкой?
– Нет. Просто удалила бы с глаз долой куда-то в Тмутаракань. На Камчатку или еще куда.
– Насколько я знаю, Маша хотела отправить ее поднимать авиацию в Желтороссии, но потом итальянская утонченная натура взяла верх.
– Тогда я твоей Мостовской не завидую.
– Я ей тоже не завидую. Как ты понимаешь, за Мостовской при Дворе следят десятки глаз, которые в случае чего немедленно донесут Императрице. Как сказала Маша, «держи друга близко, а врага еще ближе».
– А бывшую любовницу мужа держи на привязи?
– Типа того.
– Ладно, мы отвлеклись. Так что ты скажешь про мигрень?
– Не знаю, Оленька. Судя по докладам разведки и донесениям генерала Дитерихса, румынская армия находится в весьма плачевном состоянии и воевать не готова, однако при всем при этом вся верхушка во главе с доблестным Каролем рвется воевать за Трансильванию. Если мы им не поможем, то венгры их побьют почти гарантированно. У нас же пока нет понимания того, следует ли румынам помогать или же позволить им на первом этапе получить по носу, дабы убавить спесь и уменьшить дурость в их головах. Возможно, завтрашнее прибытие Оли внесет дополнительную ясность в этот вопрос, хотя, откровенно говоря, я в этом сильно сомневаюсь, поскольку у нее нет доступа к стратегической информации, да и особого влияния в Румынии она пока не имеет. Так что я пока не вижу причин пересматривать свой график. Встретишь племянницу сама и в случае чего дашь знать, на обратном пути могу заскочить в Город, если потребуется мое личное присутствие.
Тут в оранжерее вновь нарисовался давешний офицер связи, который, четко козырнув, протянул мне конверт.
– Ваше Всевеличие! Сообщение от радиопоста в Черноморске.
– Благодарю.
Разорвав конверт, извлекаю бланк шифрограммы.
– Что ж, котик, придется тебе дрыхнуть без папочки.
Перекладываю кота на подушку плетеного кресла. Тот недовольно крутит головой, пытаясь понять, что происходит. Чешу его за ухом и обращаюсь к сестре:
– Пора нам на пост, Оленька. Скоро Совбез. Плюс дирижабль с королем Афганистана пролетел над Черноморском и держит курс на Город. Где-то через три часа пришвартуется в аэропорту. Да и московский борт уже приближается.
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. ВОСТОЧНАЯ РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. 7 мая 1919 года
– Говорит «Радио Царьграда». Перед микрофоном Алексей Алексеев…
– …И Ольга Бакланова. Сегодня у нас особый гость – его высокопревосходительство егермейстер Двора Его Всесвятейшества и Величия Государя Императора-Августа Михаила Александровича князь Емец-Арвадский. Добрый день, ваша светлость.
Анатолий кивнул:
– Добрый день, Ольга Владимировна, Алексей Григорьевич. Отдельно я приветствую всех, кто нас сейчас слушает, а также всех, кто посмотрит нашу передачу в кинотеатрах или прочитает стенограмму в газете.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Алексеев с деланным протестом засмеялся:
– Ваша светлость, вы совершеннейшим образом оставите нас с Ольгой Владимировной без работы. Это наша обязанность напомнить всем о том, что полную расшифровку нашей передачи можно прочитать в ближайшем выпуске «Голоса Царьграда». Там же можно будет увидеть отдельные фотографии с сегодняшней передачи. Полная же подборка наших фотографий, как всегда, ждет читателей «Иллюстрированного Царьграда».
Емец развел руками:
– Никоим образом, сударь, не могу покушаться на вашу коронную фразу, прошу простить за дерзость!
Бакланова, поняв, что обмен любезностями может надолго затянуться, поспешила перевести беседу в более предметное русло:
– Итак, ваша светлость, сегодня в жизни Константинополя знаменательный день – в городе наконец-то открывается Большой Императорский зоопарк, и к этому событию вы, как глава Экспедиции Службы Егермейстера Двора, имеете самое непосредственное отношение.
Гость скромно сделал словесный реверанс в пользу своей конторы:
– Лишь отчасти, Ольга Владимировна, лишь отчасти. Открытие зоопарка – это результат выдающейся работы очень многих людей. Служба, которую я имею честь возглавлять, действительно обеспечила экспозицию зоопарка некоторыми редкими животными и птицами, но на этом наше скромное участие и заканчивается.
Но ведущая не дала увильнуть:
– Вы слишком скромничаете, Анатолий Юрьевич! Разыскать, отловить и, главное, доставить в Константинополь эти прекрасные экземпляры животного мира, которые мы сегодня имели удовольствие лицезреть в зоопарке, это ведь огромная, прямо скажем, титаническая работа!
Смиренная скромность была ответом:
– Это заслуга егерей нашей службы, которые действительно являются непревзойденными мастерами своего дела. Доставка в зоопарк животных и птиц в добром здравии требует определенных навыков и усилий. Особенно когда речь идет о таких удаленных местах нашей планеты, как Африка, Индия, Китай или тот же Афганистан, дикие горы которого отнюдь не являются самыми гостеприимными местами на планете.
Опытная Бакланова тут же подхватила многообещающую тему:
– Ваша светлость, раз уж вы заговорили о своих прекрасных подчиненных, то, уверена, нашим слушателям и читателям будет интересно узнать, откуда в ЭСЕД берутся эти люди? Это же не просто так, наверняка! Нужен какой-то навык? Быть может, какой-то особый склад характера? Или это, в массе своей, ветераны Великой войны? Вы ведь сами полковник Сил специальных операций Императорской армии Единства, не так ли? Захват австро-венгерского бронепоезда силами нескольких человек – это одна из ваших легендарных операций наряду с покупкой мостов через реку Марица во время наступления наших и болгарских войск на Константинополь.
Емец постарался обойти скользкую тему:
– На войне каждый солдат – образец героя, но часто героизм лишь следствие безвыходного положения. К тому же, получив глупую пулю в сердце, я покинул службу, уйдя в запас по состоянию здоровья. Спасибо доктору Рихтеру, который, без преувеличения, вытащил меня с того света. Война, слава Богу, уже окончилась, так что теперь все мои мысли заняты сугубо мирными вещами – птичками и зверушками.
– И все же, какие люди составляют основу ЭСЕД?
Уверенный кивок. Камеры снимают. Можно, конечно, потом как-то вырезать лишнее, но идет прямой радиоэфир, а слово – не воробей. Как и интонация. Больше тумана и общих слов. Для того сюда и пришел. Как говорится, прячь лист в лесу, а труп – на поле боя. Одна из самых секретных контор империи – демонстративный балаган. Птички, бабочки, зайчики… Все подчеркнуто на виду. И он тоже.
– Да, Ольга Владимировна, это действительно замечательные профессионалы своего дела. Чтобы стать егерем ЭСЕД, нужно иметь опыт, навыки, умение мыслить широко и, конечно же, нужно иметь очень большое терпение. Как правило, мы набираем егерей из числа охотников, но вы же должны понимать, что одними охотниками дело не обходится, ведь работают целые экспедиции, которые состоят помимо непосредственно охотников из множества других специалистов, тех же погонщиков, экспедиторов, переводчиков, проводников и многих других людей.
