и, похоже, время его было сочтено.
Из груди Древнего торчал нож. Вероятно, Поппи с теми охранниками у двери должны были уничтожить лабораторию и вывезти Древнего, но не успели. Однако у них имелся запасной план — Древний не должен был достаться никому.
Дэйра посмотрела в белое, высохшее лицо старика, лежавшего перед ней. Он ничем не отличался от человека — разве что ростом. Если бы Древний встал, то Дэйра, наверное, доходила бы ему до пояса. Странно, легенды ничего не говорили о том, что древние были великанами.
— Дэйра, — прошептал старик и нащупал ее ладонь. Девушка позволила своим пальцам утонуть в огромной руке.
— Говорят, вы мой отец, — брякнула она, не зная, что еще сказать умирающему. За дверью послышались шорохи, стол у двери закачался.
— Нет, — помотал головой старик, — но ты молчи, говорить буду я, слишком мало у меня времени на твои вопросы.
— Я могла бы вылечить вас, — сказала Дэйра, оглядывая лабораторию, но, похоже, Поппи хорошо постаралась.
— Не можешь, — на губах старика показалась кровь, — это были последние образцы. Все тут, в одном месте. Того таракана я выкрал давно и спрятал в канализации — на тот случай, если ты угодишь в их ловушку. И ты угодила. Но ты хорошо держалась, моя девочка, и почти сделала то, о чем я мечтал все эти годы.
Дэйра открыла рот, чтобы спросить, но старик покачал головой и поднес палец к губам, уговаривая молчать. Другой рукой он по-прежнему сжимал ее ладонь.
— Я скажу все, что тебе нужно знать, не перебивай. Я не единственный, кого Нетэра выкопала из ледников Бардуага. Нас было трое, но удержать в плену ей удалось только меня, остальные сбежали.
— Они не помогли вам? — не удержалась от вопроса Дэйра, но старик не разозлился.
— Конечно, нет, ведь мы были врагами, когда заснули в той, прежней жизни. Наш мир погибал, зарождалось царство людей, и у нас — троих выживших магов — были свои планы на человечество и новый мир. Мы рассчитывали проснуться в будущем и стать новыми властелинами, но будущее оказалось не таким, как мы ожидали. Наша сила тесно связана с природой, а она-то как раз поменялась кардинально. В итоге Нетэра вытащила изо льда трех беспомощных стариков. Тех немногих тварей из нашего мира, что удалось извлечь из ледника, — старик кивнул на разбитые колбы с останками, — едва хватало, чтобы поддерживать мою жизнь. Я не знаю, что стало с теми двумя магами. Вероятно, им удалось найти источники, поддерживающие жизнь, но, как и мне, им требуются силы природы старого мира. И эти силы — в том хранилище, которые мы создали, прежде чем уснуть в ледниках. Ты должна найти его, Дэйра! Там семена и зародыши всего, что жило и росло в моем мире. В тебе достаточно силы, чтобы дать моему миру новый шанс, здесь, в Сангассии.
— Но зачем мне это делать теперь, когда ты умираешь?
— А при чем тут я? — вопросом на вопрос ответил старик. — Мне казалось, ты уже давно кое-что поняла насчет себя. Мои враги такие же, как и я, они не смогут оживить семена и зародыши без твоей помощи. Ты должна сделать это раньше них, если не хочешь, чтобы Сангассию поработили куда более страшные силы, чем чагары. Что же до твоих целей, то разве чагары не являются достаточно веским стимулом? Насколько я знаю, ты дорожишь своей землей. И это правильно.
— Но я не могу контролировать эту силу, — в отчаянии сказала Дэйра. — И если я не твоя дочь, то откуда она у меня?
— Не можешь, потому что источники слишком малы, — фыркнул старик. — То, что ты сделала с помощью таракана — мелочь по сравнению с теми возможностями, что откроются, когда ты найдешь хранилище. А теперь про силу. Мы называем это магией. Не знаю почему, но в вашем мире она покинула меня — навсегда. Я не чувствовал силы из этого насекомого, как и от других, иначе давно сбежал бы. Когда Нетэра поняла, что от меня нет толку, то придумала план с детьми. Я счастлив, что это унижение закончилось. Отчасти она была права. Это новый мир, и ему нужны новые маги, которые родились вместе с ним. Дети, появившиеся от меня и человеческих женщин, отличались от обычных детей, но силы — той, которая требовалась для оживления хранилища — в них не было. И они не реагировали на первофлору — единственное растение моего мира, которое смогло вырасти из ледниковых семян самостоятельно, без помощи мага.
— Ингара родила меня от другого древнего? — догадалась Дэйра.
— Да, — кивнул старик. — Она где-то встретилась с ним, но сказала, что ребенок мой. Я понял сразу, что она врет, но не выдал ее.
— Почему?
— Не знаю, — Древнего оставляли силы, и он говорил все тише. — Почувствовал, что так будет правильно. Кто-то из тех двух — твой отец, но ты должна помнить вот что. Если бы план Нетэры удался, я бы помог ей захватить власть над Сангассией и над остальным миром. Потом, когда у меня появились бы силы, я убил бы ее, и стал возрождать своих. Там, в ледниках Бардуага, спят триста наших магов — мужчин и женщин, которых не смогла найти Нетэра, хотя и очень старалась. Если мы возродимся, человечества не станет, потому что мы не совместимы. Ты сама это потом поймешь. Так вот. Те два мага, что спрятались от Нетэры, как и я, мечтают о власти и вечной жизни в новом мире. Опереди их. Найди хранилище, вырасти семена и возьми их силу, чтобы убить разбуженных. Если они доберутся до семян первыми, то используют тебя, а потом убьют, не задумываясь. Не тешь себя иллюзиями, что твой родной отец питает к тебе какие-то чувства. Ингара хорошо спрятала тебя от него, но все равно сглупила. По правде, она должна была тебя уничтожить, твое рождение — ошибка, наши виды не должны скрещиваться. Я не знаю, что ты и кто ты, но в тебе живет магия, которая должна была быть во мне. Наверное, при других обстоятельствах я бы тебя убил. Прости, но перед смертью можно быть откровенным.
— Я не понимаю, — замотала головой Дэйра, чувствуя, что упускает нить разговора. — Ты только что сказал, что в ледниках спят твои сородичи, и что те, другие маги, которые проснулись, могли бы их разбудить. И при этом ты советуешь мне убить сбежавших древних. Где логика? Разве у вас не одна цель? Я точно не буду никого пробуждать, а
