узоры.
Несколько минут спустя «десятилетка» удвоилась в размере.
Выглядело до невероятности древним, настолько, что не верилось и пугало одновременно.
-Э-эт-то ж-же… – протянула Ортлисс, мигом очнувшись из затянувшейся спячки.
Пробужденная бурлением Маны вокруг, она на мгновение утратила дар речи при виде древа.
С момента «Ах ты ж…!» Брэндель просто силой закрыл себе рот и старался не произносить ни звука.
На что, чтобы обнять ствол стоящего перед ними гиганта, понадобилось бы человек восемь – не меньше, зато в высоту Древо явно не стремилось: метров десять – и не более того. Постепенно поднимая взгляд от корней под ногами к кроне, он обнаружил, что в кроне уютно расположилось нечто, напоминающее по форме внутренний дворик поместья.
«Какого черта?! Это же дворик как в Мировом древе из Петли Пассатов!»
И тут он все понял.
Том 3. Глава 231
Янтарный меч – том 3 глава 231
Древесный город (2)
Раскинувшаяся во всех направлениях крона Мирового древа-2 словно не подчинялась воле ветра. Сочные зеленые листья не шевелились – лишь поражали количеством, словно дереву не меньше сотни лет. Солнечные лучи золотыми мечами пронзали крону и сплетались с ветвями. Одинокое, выросшее посреди пустоты, с лесом на почтительном расстоянии, оно так и излучало безмятежность.
Брэндель пригляделся к листве: по каждому листочку, словно вены по телу, бежали зеленые руны.
Молчаливая древность в центре магической формации.
Ромайнэ застыла с открытым ртом, словно пытаясь сказать «вау…». Скарлетт округлила глаза, но рот сумела удержать в закрытом состоянии. В ее взгляде читалось непомерное удивление, но не более того: в конце концов, после всего, что они с Брэнделем повидали в походе в Темный лес, ни на что кроме неожиданностей, она уже и не рассчитывала.
Медисса, как и подобает потомку Серебряной линии крови и благородной даме, держала себя в руках, хотя и у нее глаза сверкали интересом.
Фелаэрн оказалась единственной, кто сумел сохранить невозмутимость, ничем не выдав эмоций. Впрочем, за это ей скорее следовало благодарить свой характер и то, что формально она была не живым существом, а частью системы Плейнсволкера. Причем частью, просуществовавшей на этом свете намного дольше той же Медиссы, лишь недавно «посвященной в рыцари» путем помещения в карту. В конце концов, что такое мгновенно выросшее Мировое древо по сравнению с ее бессмертием?
Б-Брэндель, та штука, что ты забросил в то отверстие – это что было… семечко? – первой заговорила, конечно же, Ромайнэ. Кому, как не ей, с ее неуемным любопытством, начать расспросы? Она не из тех, кто терзается неизвестностью, да и что толку гадать, если Брэндель опять сделал нечто исключительное?
И как это дерево вылезло, видел?! А почему оно так быстро выросло? Брэндель, я что, сплю? Ну-ка ущипни меня! – стукнула она его по руке.
Тот пришел в себя и уставился на нее, прищурившись и гадая, о чем девчонка думает теперь. За ходом ее мысли было всегда трудно уследить, а поведение зачастую и вовсе не поддавалось пониманию: ну кто будет в разгар столкновения с немертвыми Мадара в Бучче любопытствовать, что те хотят – съесть их или как?
Вау, Брэндель, удивительно! – продолжила она, не сводя с него любопытного взгляда.
Господин, – обратилась вдруг Медисса. В ее взгляде засветилась догадка, но делать окончательные выводы эльфийка не спешила, – это дерево… это Мировое Древо из Петли Пассатов?
Нет, не оно… – покачал головой Брэндель, окинув взглядом огромное дерево. К этому экземпляру пока скорее подходил эпитет «колоссальное».
«Да, напоминает – несомненно, ветви вон так же переплетены, и крона не меньше, чем в Вальхалле – но я бы скорее сказал, что это – мини-версия. Но форма-то, форма: это же самая настоящая крепость! В кроне – большая платформа, скрытая сверху в листве, полностью защищенная прочными ветвями от прострела… есть и поручни, чтобы карабкаться наверх, а на стенах – даже парапеты. С военной точки зрения – полноценная природная крепость».
Какая красота, словно небольшой замок… – пробормотала наблюдательная Скарлетт, забывшись. На ум ей в это время пришли сказки о принцессах, спящих в лесной чаще в ожидании своего принца. Даже цвет листвы говорил в пользу сказочности этого дерева – где еще встретишь такую буйную зелень? Ей, с младых ногтей воевавшей и не видавшей ничего, кроме боев, настоящей дочери гор, до поры до времени не было дела до всей этой ерунды. Но с недавнего времени что-то изменилось.
«Вместо того, чтобы постоянно сражаться, сейчас я бы скорее осталась обычной девушкой, верящей и умеющей мечтать. Вот бы господин подарил мне замок… я бы жила там, прямо как принцесса…» – ударилась в мечтания она.
Ромайнэ, с другой стороны, развила бурную деятельность, начав кружить вокруг дерева и очевидно собираясь на него взобраться. Глаза у нее горели, словно при виде сундука с сокровищами.
Брэндель, смотри, тут лестница! – воодушевленно воскликнула, показываясь из-за дерева.
И вправду: позади, скрытая от их глаз, у корней начиналась винтовая лестница. Обвивая ствол, она стремилась ввысь, словно приглашая гостей, или – кто знает – своего хозяина. Выглядела она неожиданно изящно и явно продуманно: высота ступенек – как раз для комфортного подъема, резьба и отделка – явно творение знающего свое дело мастера – словом, с первого взгляда понятно, что взобраться по ней не составит труда никому. К тому же, лестница манила наверх, будто приглашала, излучая тепло и уют, и вовсе не казалась ловушкой.
Поднимемся? – часто-часто заморгала Ромайнэ, уморительно склонив голову на бок и сверкнув белоснежным лбом под упавшей на бок челки.
Брэндель задумчиво оглянулся на своих людей позади – старая игровая привычка, когда на групповых миссиях спрашиваешь остальных членов команды, хотя из «геймеров» в этом мире теперь был только он. Молчаливая принцесса Серебряных эльфов, весьма занудная, но исполнительная «секретарь» из эльфов Ветра, новоиспеченная «горничная», она же его тень – вторая близняшка, и преданная до конца Скарлетт. Ну и куда без Ромайнэ – она тоже поступит, как он скажет… наверное, если решит, что все серьезно… или что он именно то имел в виду, отдавая приказ.
«Старые привычки отмирают медленно», – с улыбкой покачал он головой.
Медисса, неверно его поняв, с легкой улыбкой попробовала «разубедить» :
Мы, Серебряные эльфы, очень чувствительны к природе, и от этого дерева исходит тепло, причем не дружественное, а скорее… ощущение дома. Оно нас будто бы приглашает, не стоит волноваться.
Да,
