казалась самой дешевой, сапоги – истоптанными, а довершали образ всклокоченные вихры. Главное – не проявить магию молнии, иначе стражники сразу догадаются, кто перед ними, да и я могу причинить ощутимый вред ни в чем не повинным людям.
Однако мне сегодня везло. Ворота не были заперты, как обычно по ночам. В город хотел проехать какой-то торговец. Видимо, он уже давно препирался со стражниками и наконец-то одержал над ними победу, но телега застряла колесом в выбоине. Теперь и торговец, и стражники пытались вытолкнуть ее. Под шумок я осторожно прикрылся иллюзией и выскользнул за ворота. Есть!
– Эй, парень, ты куда? – крикнул кто-то в спину, но я уже бежал так быстро, что мог бы обогнать ветер. Свернул с главной дороги, пробрался через кусты, петлял какое-то время, а затем снова вышел на тракт. Куда теперь? Вперед, только вперед.
Я шагал долго, до самого рассвета. Холод постепенно забирался под теплый камзол, проникал в сапоги, но я старался не обращать на него внимания. В какой-то момент показалось, что слышу звуки тревожного горна, но, думаю, это расшалилось воображение. Ускорил шаг, надеясь к вечеру остановиться на ночлег в какой-нибудь деревушке. Хотя в деревнях не так часто бывают посторонние, могут запомнить. А в том, что отец ищет сбежавшего сына, сомневаться не приходилось.
Злился ли я на него? Скорее нет, но внутри будто оборвалась какая-то струна, и без нее было холодно и зябко. Наверное, это была моя вера в то, что мы с отцом рано или поздно найдем общий язык. Плохое забудется, и он хотя бы меня поймет.
Увы, есть мечты, которым не суждено сбыться. Об этом я и думал, меся ногами дорожную грязь и талый снег. Под конец дня так вымотался и проголодался, что готов был упасть под ближайшим кустом и обгрызть с него кору. А когда на горизонте показались дымящиеся трубы небольшого городка, решил, что это мираж. Дотащился до городских ворот из последних сил, и тут грозный стражник, взглянув на меня, потребовал документы.
– Сейчас поищу.
Я открыл мешок, порылся в нем.
– Потерял, – растерянно взглянул на стражника. – Пустите так, дяденька. Какой от меня вред?
– Еще чего! – возмутился тот. – И вообще, мал еще, чтобы одному путешествовать. Откуда ты взялся? Из дому сбежал?
Я понял, что дела мои плохи. И с мыслью о ночлеге в тепле тоже лучше попрощаться. Отступил на шаг, еще на шаг.
– Я лучше пойду, – сказал стражнику, но тот попытался схватить меня за шкирку. Главное – не проявить магию! Я дернулся, вырываясь из захвата, и побежал прочь.
– Стоять! – закричал стражник и бросился следом, но я был быстрее, и вскоре преследователь отстал. Эх, не видать мне ночлега… Но есть хотелось очень сильно, спать – еще сильнее. Я вернулся окольными путями и побрел вдоль стены, выискивая хотя бы малейшую лазейку для того, чтобы проникнуть в город. Так внимательно изучал каменную кладку, что не заметил живой преграды на пути и налетел на щуплого парнишку чуть старше меня. Мы так столкнулись лбами, что искры из глаз посыпались.
– Ой! – От неожиданности парень грохнулся на землю, а я потер пострадавший лоб. – Ты чего дерешься?
– А ты чего?
Кстати, мой новый знакомый казался действительно… знакомым, будто мы встречались где-то. Только я никак не мог понять где. С виду обычный: серые глаза, темные волосы, чуть прикрывавшие шею, прямой нос. Ничего, что могло бы привлечь излишнее внимание, но что-то было не так! Или это я лбом сильно приложился?
– Ты что здесь делаешь? – спросил его, протягивая руку, чтобы помочь подняться.
– В город хочу попасть, – весело ответил тот. – А ты?
– И я, только у меня документов нет.
– И у меня нет, – рассмеялся парень. – Будем пробираться вместе? Меня, кстати, Берт зовут.
– А… Ал, – я не стал выдавать свое настоящее имя, а на ум пришел только дядя Аланел.
– Будем знакомы.
Берт крепко пожал мою руку. Я как-то сразу к нему проникся. Вроде бы и встретились впервые, и ничего общего у нас нет, но мне нравился этот парень, и я был уверен, что мы подружимся.
– Идем?
И мы вдвоем пошли вдоль городской стены. В одном месте у самой стены росло старое раскидистое дерево. Именно перед ним мы и замерли, разглядывая ветви, которые могли обломиться в любую минуту.
– Рискнем? – поинтересовался Берт.
– Если не рискнем, я готов объесть с него кору, – ответил я искренне.
– Тогда вперед! Ты легче, попробуй первым.
Почему бы и нет? Я схватился за нижние ветки, уперся ногами и подтянулся. Дерево угрожающе хрустнуло. М-да… Но сдаваться я не собирался. Мы с Мари частенько развлекались тем, что лазили по деревьям в академии, так что опыт был значительный. Главное – не свалиться, потому что целителя рядом нет.
Но богиня Адалея наконец-то сжалилась надо мной, и я благополучно перебрался на городскую стену. Никого…
– Давай, – тихонько позвал Берта.
Тот лазил еще быстрее меня, хотя я был готов поспорить, что вырос он не среди уличных мальчишек, а в какой-нибудь довольно знатной семье. Слишком правильным было произношение, так не говорят простолюдины. Как бы там ни было, а пару минут спустя Берт уже сидел на стене рядом со мной.
– Едой пахнет. – Он втянул носом воздух. – Как ты смотришь на то, чтобы перекусить?
– Отлично смотрю, – признался ему.
– Тогда вперед! Пока все не съели без нас.
И спрыгнул вниз. Высоковато! Однако Берт приземлился благополучно, а я не хотел прослыть трусом, поэтому прыгнул за ним.
Глава 4
Кушай, никого не слушай
В городе было шумно и весело, несмотря на поздний час, а может, и благодаря ему. Мы с Бертом шли по заснеженным улочкам, любовались на украшения, оставшиеся кое-где после Дня встречи зимы, который давным-давно прошел, но люди не торопились расставаться с атмосферой праздника. А еще здесь тоже праздновали мой день рождения как наследника престола – я заметил несколько поздравительных надписей и украшения в цветах дома крона. Да, не праздновал я один.
– Что ты нос повесил? – спросил Берт, вертя головой по сторонам. – Тоже ненавидишь праздники?
– Почему это? Люблю, – ответил ему.
– А я вот терпеть не могу! Моя бабуля любой праздник умеет превратить в каторгу, знаешь ли. Вместо отдыха и развлечений гоняла меня в три раза больше, чтобы учился и постигал магию.
– Ты живешь с бабушкой? – спросил нового друга.
– Жил. – Тот засмотрелся на очередную гирлянду и едва не расквасил нос о причудливую вывеску, расположенную слишком низко. – Как видишь, я ушел из дома.
Я хотел было спросить почему, но
