Род решил, что надо бы изобрести какую-нибудь новую методику ведения допросов. Та, о которой только что сказал Альфар, была настолько проста, что легко могла стать общепринятой.
— И в его разуме, — продолжал Альфар, — я нашел образ человека, который снял с него чары… — Он кивком указал на Саймона. — Но, к своему изумлению, я обнаружил, что его сопровождает жалкий и ничтожный крестьянин.
Род отстранился от стены и возмущенно воскликнул:
— Эй, полегче!
Альфар ухмыльнулся, довольный тем, что его слова задели Рода за живое.
— Поначалу я решил, что чары с капрала и солдат снял лорд верховный чародей. Ведь он был так горд, так надменен!
Саймон настороженно следил взглядом за Альфаром.
Альфар сверкнул глазами:
— А его слуга выглядел полным ничтожеством!
Род не собирался ловиться на одну и ту же приманку дважды. Он пожал плечами:
— Спорить не стану. Относительно ничтожности ты у нас большой специалист.
Альфар вспыхнул. Его рука метнулась к кинжалу.
Род лениво откинулся к стене:
— Ну и как ты поступил с солдатами?
На самом деле он с тревогой ожидал ответа.
Альфар пожал плечами:
— А что я должен был с ними сделать? Я околдовал и капрала и всех отправил на север, чтобы они снова служили в моем войске.
Род удивленно поднял голову:
— Ты не наказал их? Не отправил в пыточную камеру? Не заморил голодом?
Тут настала очередь Альфара удивиться.
— Разве стрелу наказывают за то, что она упала на землю, а твой враг подобрал ее и зарядил ею свой лук? О нет! Лучше поймать ее, пока она не долетела до тебя, и убрать в колчан. О, я послал их на север. Я не мог рисковать. Нельзя было допустить, чтобы они снова повстречались с тобой — вернее, с твоим спутником, умеющим снимать чары. А на следующем наблюдательном посту я показал свой знак власти, — он повертел в пальцах висевший на груди медальон, — и велел солдатам переодеться в крестьян и ждать в засаде в том месте, где проселок выходил к Большой дороге. Затем я вызвал чародея из числа своих подручных и велел ему быть с ними и ждать приказа к выступлению, а приказом должна была служить мысль-пароль о том, что Альфар велик и что все ведьмы и чародеи должны встать на его сторону.
Он мстительно улыбнулся.
Род отлично понимал, как осторожно надо себя вести, когда кинжал в руке у человека с жесточайшим комплексом неполноценности.
— Так вот откуда взялись эти нежданные ходоки?
— Да! — Альфар просто светился самодовольством. — Я всегда все продумываю до мелочей! А потом я пошел на юг, мысленно прощупывая окрестности, и вот наконец я услышал мысли Саймона. Тогда я разыскал деревенского чародея и велел ему погнаться за мной во главе толпы из ближайшей деревни…
— Ты говоришь о том толстяке коротышке. И уж конечно, ты позаботился о том, чтобы все камни пролетали мимо тебя и чтобы никто не сумел тебя догнать.
— Ну конечно. — Альфар осклабился, радуясь своей сообразительности и хитрости. — И, как я и предвидел, вы не смогли удержаться и взяли под свое крыло несчастного изгоя, за которым гнались волки в человеческом обличье.
— Да. — Род криво усмехнулся. — Мы клюнули, правда? Подобрали тебя, а потом всюду с собой таскали.
— Это было очень большой любезностью с вашей стороны, — проговорил Альфар со сладенькой ухмылочкой. — А мне хватило дня для того, чтобы понять, что чары снимаешь не ты, а Саймон, но что на большее он не способен и что ты, судя по всему, верховный чародей.
— Мое величие и могущество просто-таки просвечивали сквозь рубище, да?
— Можно и так выразиться. Но мне все сказало твое лицо.
— Природное благородство, что ли?
— Нет. Оно всего-навсего было знакомо. Мои лазутчики доставили мне в своем разуме твой образ — более достоверный, чем если бы тебя изобразил художник. О, конечно, крестьянская одежда и грим тебя немного преобразили. Но ведь я и сам кое-что смыслю в обмане и способен заглянуть под маску. Я сразу узнал тебя, как только увидел. Мои глаза видели тебя, а мой разум — нет, и только могущественный чародей способен защититься таким образом.
Род пожал плечами:
— Если хочешь знать, этот талант у меня имелся задолго до того, как я стал заниматься тем, что вы зовете колдовством… Но продолжай.
— Не торопи меня. — Альфар предостерегающе поднял указательный палец. — И даже тогда я предложил тебе возможность стать моим союзником! И только тогда, когда ты решительно и бесповоротно отверг мое предложение, я велел солдатам схватить тебя. — Он в упор посмотрел на Рода. — И теперь я буду рад, если ты все же согласишься встать на мою сторону.
— Несомненно, лишь в том случае, если я докажу, что я действительно этого желаю.
— Конечно. Что мне толку от тебя, если я не смогу безраздельно доверять тебе? — Его глаза блестели, губы дрожали от плохо сдерживаемого предвкушения победы. — У меня и теперь есть средство добиться твоей верности.
Роду стало страшно, но страх тут же сменился яростью. Он сдержал себя и мрачно поинтересовался:
— А именно?
— Тебе это знать не обязательно. Ведь ты не желаешь соединить свою судьбу со мной.
Род выпустил на волю часть переполнявшей его ненависти.
— Если мне посчастливится найти хорошую рогатину, я тебя прижму к земле, как гадюку, и растопчу твою поганую башку!
Альфар побелел как плат и метнулся к Роду с ножом наголо. Испуг пробудил к жизни новую порцию ярости. Она взорвалась подобно пороху.
Альфара отбросило к противоположной стене. Ударившись о нее, он ополз на пол.
Кандалы на запястьях и лодыжках Рода со звоном треснули, цепи упали на камни.
Род оторвался от стены, поднялся, выпрямился во весь рост. Ярость, которую он периодически брал взаймы у лорда Керна, наполнила каждую клетку его тела. Головная боль пульсировала, затмевала все вокруг, кроме тускло светящегося овала, внутри которого лежал ничком Альфар. Род рванулся к поверженному колдуну, ощущая, как ярость обволакивает его все надежнее, как она завладевает им… Казалось, дух лорда Керна переселился в него, преодолев пространство между мирами. Дух человека, на совести которого было не одно убийство. Род был готов уничтожить колдуна Альфара.
Но вот глаза Альфара открылись. Он увидел лицо Рода, и взгляд его наполнился ужасом. Род протянул руку, чтобы схватить колдуна, но тут темницу сотряс раскат грома… и Альфар исчез.
Род стоял и таращился на пустое место, где только что лежал колдун.
— Телепортировался, — хрипло проговорил Род. — Удрал, скотина.
Он медленно выпрямился, освободил свой разум ото всех оков и велел ему искать — искать чужие мысли, чувства, что угодно… Нигде не было и следа Альфара.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
