ничего не надо: Гнат с размаху выносит её, а Виктория кидает в темноту хода светошумовую гранату. Никакой ответки не прилетает: значит, ушли вражины, чтобы вновь появиться в неожиданном месте. Остаётся одно — идти за ними. Пригибаясь, чтобы не разбить головы о потолок, осторожно ступаем по узкой гранитной лестнице, внимательно глядя под ноги в ожидании мин или иных смертоносных пакостей. Обезвреживаем несколько ловушек, но на душе спокойнее не становится — как ни крути, а боя не избежать.
Кованая решётка с большим висячим замком совсем не препятствие. А вот за ней древний коридор преображается во вполне современный бункер с толстыми жилами кабелей под потолком. Метров через тридцать чудом замечаю, как открывается маленькое окошечко в стене и из него появляется ствол крупнокалиберного пулемёта. Про чудо, правда, загнул: давно иду чуть ли не в максимальном боевом режиме, поэтому видится происходящее словно в замедленной съёмке. Пофиг на секретность, самим же и установленную — очень жить хочется. Как бы то ни было, успеваю запустить гранату из подствольника ещё до того, как пулемёт начал стрелять.
— Ох, ты ж, мать… — выдыхает кто-то сзади. — Чуть не вляпались!
— Внимательнее всем, — сурово говорит Адам. — Насколько помню, автоматическая система рассчитана на парное количество стволов. Где один, там должен быть и другой… А то и все четыре!
Ошибся гранд-лейтенант — пулемётов было шесть, но я не дал им никаких шансов покрошить моих боевых товарищей. После шестого опять преграда в виде бронированной двери с кучей замков, как простых, так и электронных. Дураку понятно, что не открыть без спецтехники.
— Жахнуть взрывчаткой? — предложил я.
— Ага, — ехидно ответила Виктория. — Жахнуть и запустить процесс самоликвидации? Бункер непростой, так что уверена, подобное в нём предусмотрено. Можно Даром попробовать открыть — час после артобстрела на исходе, но и здесь есть огромные риски. Что-то помирать сегодня не хочется.
— Как час?! — искренне удивился я, но потом, посмотрев на хронометр, добавил: — Вот время летит… Или ползёт? По ощущениям: я тут полжизни провёл.
— Нормальные ощущения, командир. Я сама постоянно со временем сверяюсь, чтобы не потеряться в нём. Так что делать будем? Предлагаю оставить замаскированные “гостинцы” и возвращаться наверх. Чего стоять баранами?
Так и поступили. Обратно шли понурые и немного разочарованные в себе. Ну непростая же дверца, и за ней явно есть что-то важное! Видит око да зуб неймёт…
— Стооооп… — замерев на месте, протянул Адам. — Глядим все сюда!
Ничего интересного он нам не показал: дыру в стене с покорёженным мной автоматическим пулемётом.
— Вижу, что не допёрли, салаги! Любая техника должна обслуживаться, а в данном случае не просто должна, но и обязана! Как это сделать, если с нашей стороны сплошной бетон?
— С другой стороны? — первой догадалась моя заместитель. — Адам! Ты гений! Если выживем, то я тебе отдамся — умное потомство не помешает!
— Готовься два раза! Я же с Даром Земли, и сейчас проход к пулемёту немного расширю. Отойди-ка…
Не подвёл мой телохранитель. Несколько минут мы ждали, пока осядет бетонная пыль, а потом заглянули в дыру. Так и есть: узенькая щель вела куда-то вглубь стены. Главное, что в неё спокойно мог протиснуться человек. Недолго думая, гуськом пошли по ней, время от времени натыкаясь на разбитые мной пулемёты. Лишь перед последним остановились — развилка. Адам и тут не сплоховал, включив свой Дар.
— Прямо тупик, а правый проход ведёт в… я бы сказал, что пещеру.
Пещера так пещера. Меня уже давно задолбало в этом каменном мешке, поэтому с радостью приказал идти направо. В самом конце пути ожидала простенькая деревянная дверца, которая — о, чудо! — была даже не заперта.
— Дайте посмотреть, — вперёд вышла Вика. — У меня хоть и слабый Дар Восприятия, но должна живых учуять.
— Четверо, — буквально через минуту отвалилась от проёма она, вытирая пот со лба. — Встревожены, кучкуются, и внимание сосредоточено не в нашу сторону. Ох и тяжело мне это даётся…
— Покажи направление, — попросил Толик, беря пулемёт на изготовку.
— На два часа, метров пятьдесят.
— Понял. Начинаю?
Несмотря на свои внушительные габариты, ратник плавно выскользнул за дверь, не издав даже малейшего шороха. Зато его пулемёт компенсировал всё, громко застрекотав длинной очередью. Скрываться больше нет смысла. Мы ломанулись на помощь бойцу, но Толян в ней не нуждался: четыре тела распластались на земле, не подавая признаков жизни. Внимательно обследовали просторную пещеру. Больше никого, лишь две широкие, низкие лодки с моторами.
— А ведь местечко занятное! — прокомментировал Гнат очевидное, показывая на качающиеся у берега плавсредства. — Подземная речушка! Уверен, мало кто про неё знает. Идеальный путь отхода для важных людей.
— Да, — согласился Адам. — Ещё и дверь, как та, что мы оставили. Не открыть, но ведёт она в коридор, откуда пришли. Если сложить два и два, то к ведунье ходить не надо, чтобы догадаться! При опасности открывается первая дверь в коридор, потом по нему беглецы доходят до участка с замаскированным проходом сюда, а дальше на лодки, и ищи их потом! Этого в планах Сувальской крепости нет. Видимо, на подземную реку не так давно наткнулись, бункер расширяя.
— Устраиваем засаду, — приказал я. — Что у нас по взрывчатке?
— Поиздержались, — виновато ответил штатный сапёр. — На лодки хватит, а так и предложить больше нечего.
— Минируй, но воткни дистанционные взрыватели. Толик, ищи удобную позицию для пулемёта, чтобы отсекать гостей от берега. Остальные рассредотачиваются по пещере с таким расчётом, чтобы иметь как можно больше площадь обстрела, но не попасть в товарища.
— Что б мы без тебя делали, княжич! — ехидненько, но беззлобно прокомментировала Вика. — Всё ты знаешь, всему нас, “зелёных”, научишь,!
— Наверное, чаи бы попивали, любуясь на крепость из норы бункера и не помышляя в ней покуролесить, — в той же манере ответил я. — Так что радуйся, одноглазая, что я с вами! Ещё детям от Адама потом хвастаться будешь, с кем в бой ходила, кому патроны подавала и лобик от пота вытирала!
— Может, и буду…— неожиданно серьёзно ответила витязь, после чего молча ушла выбирать позицию.
Ожидание затянулось надолго. Адреналин потихонечку уходил, и стало жутко клонить в сон. Через час пятнадцать наконец-то началась движуха. Проклятая дверь открылась, и в пещеру ворвалась
