— И когда это ты успел превратиться в такого циника?
— А когда ты превратилась в маму-робота? — парировал он.
— Представления не имею, о чем ты говоришь.
— Мама-робот готовит тебе горячий шоколад и ленивые сэндвичи, она подвозит тебя и твоих друзей на тренировку и устраивает семейный просмотр фильмов.
— Я вовсе не робот, — запротестовала она, — у меня есть чувства.
— А я не циник, — тут же заявил Макс, — потому что у меня тоже есть чувства.
Долгое время мать и сын молча смотрели друг на друга.
— Если тебе не понравится у Ноя, мы немедленно вернемся обратно, — пообещала София, решив вступить на путь переговоров.
— Не получится, — возразил Макс. — Я буду заперт у него, как крыса в капкане.
— У Ноя есть щенок, — заметила София.
Это заявление удивило мальчика.
— Что ты имеешь в виду?
— У Ноя есть щенок, — повторила женщина. — Это такая крошечная собачка, которая хочет играть, лизать лицо и которая заставляет окружающих смеяться без всякой причины.
— У этого парня есть щенок? — Макс схватил свои ботинки и стал обуваться так быстро, как только мог. — Мам, что же ты сразу не сказала?
— Не хотела приводить этот аргумент как решающий. — Улыбающаяся София вышла вслед за сыном в яркое морозное утро. У нее возникло такое чувство, что она сжульничала.
Наблюдая за тем, как Макс вприпрыжку бежит сначала по подъездной аллее, а потом по дороге к дому Ноя, София удивлялась тому, как летят годы. Ее мальчик, которого она считала маленьким, стремительно взрослеет и превращается в большого, сильного и атлетически сложенного юношу. Со спины он и вовсе очень похож на мужчину.
Оказавшись на подъездной аллее перед домом Ноя, Макс замер в ожидании. Кто-то вкопал в землю деревянную вывеску, на которой значилось: «Ветеринарная клиника Шепарда».
София засомневалась, не стоило ли ей прежде позвонить. Затянутой в перчатку рукой она нащупала в кармане мобильный телефон. Нет, решила она, предварительный звонок выглядел бы слишком навязчиво. Как будто она все заранее просчитала. Хотя вчерашнее приглашение Ноя распространялось и на Макса тоже, София не могла отделаться от мысли, что навязала ему свою компанию.
Женщина решила, что лучше будет заглянуть без предупреждения, просто по-соседски.
Она надеялась лишь, что, находясь в одной комнате с Ноем, сумеет держать себя в руках и не набросится на него.
Подходя к дому, София заметила, что он стоит на самой вершине холма и из больших окон открывается прекрасный вид на озеро. Она догадалась, что в прежние времена это было единственное строение в округе. Ной рассказывал, что за исключением тех лет, когда он учился в колледже, а потом в ветеринарной школе в Корнелле, он всегда жил в Авалоне. Возможно, здесь же он и умрет. Женщине стало интересно, дает ли ему это осознание принадлежности к сообществу чувство удовлетворения… или же он испытывает такое отчаяние, что готов отгрызть себе конечность, лишь бы вырваться на свободу.
— Привет! — закричала София, поднявшись по ступеням крыльца. — Есть кто-нибудь дома?
Постучав в дверь, она в очередной раз вынуждена была напомнить себе, что ничего особенного не происходит. Ной — ее сосед. Она постучала снова, а в голове ее уже зародились сожаления. Следовало предварительно позвонить. Невежливо вот так являться незваным гостем…
— Одну секунду, — раздался голос Ноя.
Послышался лай Руди и повизгивание Опал.
— Собаки! — воскликнул Макс, и лицо его просветлело. — Это его собаки!
— А ты решил, что я тебя обманула? Он же ветеринар. Разумеется, он держит собак.
Ной, открывший дверь, был полуодет. На нем были спортивные шорты и ботинки, а на шее висело полотенце. На коже его блестели капельки пота. Мужчина ухмыльнулся.
— Привет, — сказал он, распахивая дверь пошире и отходя в сторону.
— Мне следовало сначала позвонить, — ответила София. — Время явно неподходящее.
— Наоборот, самое подходящее, — возразил Ной, вытирая руку полотенцем и протягивая ее Максу. — Ты, должно быть, Макс. А я Ной.
Мальчик ответил на рукопожатие, но внимание его было полностью сосредоточено на находящихся в гостиной собаках.
— Вы не возражаете, если я поглажу ваших собак? Я их очень люблю, но дома мне не разрешают завести.
София никогда не задумывалась над этим прежде, но заявление сына имело смысл. Земля, на которой располагается «Постоялый двор на озере Уиллоу», является заповедной, поэтому выгуливать там собаку не такое уж простое дело. Интересно, отметила про себя София, вот и нашлась брешь в броне Грега и его жены, строящих из себя суперпарочку.
— Конечно, не возражаю, — ответил Ной. — Они обожают ласку. Это Руди и малышка Опал.
Макс сел на пол и попытался обнять обеих собак одновременно. Они крутились вокруг него, повизгивая, и мальчик громко рассмеялся. София подумала, что впервые за время, что она провела здесь вместе с сыном, она услышала его искренний смех. Собаки могут заставить улыбаться даже камень, а уж мальчика, который вознамерился подпортить матери жизнь, и подавно.
— Я был внизу, — пояснил Ной, — тренировался. Мне нужно сделать музыку потише, — добавил он. — Хотите посмотреть? Опал можно взять с собой.
Стало очевидно, что Макс ни за что не расстанется с пушистым карамельным комочком. Все вместе они проследовали за Ноем и, спустившись на один лестничный пролет, оказались в подвале.
— Это мой спортзал, — произнес Ной, с помощью пульта дистанционного управления уменьшая громкость звука. София очень этому обрадовалась, потому что подобной музыки она никогда не слышала и не считала ее хорошей.
— О, «Ти-Пейн», — восхитился Макс, — люблю этих парней.
— Я тоже, — ответил Ной.
Подвал был оборудован под профессиональный спортзал — здесь имелись беговая дорожка, тренажер «лестница», тренажер для поднятия тяжестей и еще какие-то непонятного назначения приспособления, больше похожие на орудия пыток инквизиции. Присутствовали в подвале также и музыкальная установка, холодильник и душ. На полке стояли бутылки с водой, кружки и стаканы, а также награды, которые, казалось, в любую минуту могли упасть прямо на голову.
Макс заметил их сразу же:
— А за что у вас награды?
Ной поспешно убирал оборудование.
— За победы в гонках, — пояснил он, — преимущественно троеборье.
Боже, подумала София, неудивительно, что он такой привлекательный мужчина.
— А моя мама занимается плаванием. В прошлом году принимала участие в больших соревнованиях, правда, мам? — тут же отозвался мальчик, поворачиваясь к Ною. — Она переплыла Зёйдер-Зе[34]. Это в Голландии. Пятьдесят километров, да, мам?
