— Что случилось? Что тебя беспокоит?
Немного поерзав, он спросил:
— Я правда превращался в большую лисицу и… убивал людей?
Понимающе улыбнувшись, я попытался передать напряженному эльфенку, вчера впервые забравшему чужую жизнь, чувство моей за него гордости и полного одобрения. Не хотелось бы, чтобы он зациклился на негативных эмоциях.
— Правда. — Скользнув ладонями выше, пропустил густые персиковые пряди сквозь пальцы, убирая их с лица и заправляя за ушки. — В образе огненного лиса ты был просто великолепен. Никогда такого не видел! Как тебе в голову пришло выбрать именно эту форму?
Рыжик от похвалы слегка зарделся, опустив ресницы и робко улыбнувшись. Маневр вполне удался: внимание мальчика переключилось. Пожав плечами, он смущенно признался:
— Я не выбирал. Просто испугался за тебя очень, и оно само получилось. Наверное, то, что ты меня постоянно Лисом называешь, сработало на подсознательном уровне. Я вообще не думал, что смогу превращаться. Меня этому не учили.
Тихо засмеявшись, притянул ушастика к себе и крепко обнял. Он совершенно не сопротивлялся, расслабившись и уткнувшись носом в плечо.
— Сокровище ты мое талантливое, чудо рыженькое, — полушепотом замурлыкал я в мигом покрасневшее ушко. Лисенку нехитрые комплименты были очень приятны, и удовольствие от них быстро вытеснило остатки негативных эмоций.
Не думаю, что позже Ами совсем не будет рефлексировать, но скатиться в депрессию (ну, или что там у малышни в подобной ситуации случается, сам уже не помню) я ему совершенно точно не дам. Уж чем отвлечь своего эльфенка, я придумаю. Мои руки, не дожидаясь особых указаний от мозга, уже вовсю ласково поглаживали Лиса по спине и плечам, чуть надавливая и расслабляя мышцы. Мальчик послушно выгибался и тихонько вздыхал, откликаясь и на успокаивающие прикосновения, и на согревающую волну моральной поддержки, которую я настойчиво стремился ему передать по нашей связи. Не знаю, до чего бы все могло дойти, если бы рыжик не начал подозрительно ерзать и беспокоиться. Нахмурившись, я прислушался к его эмоциям и ощущениям, а потом чуть не рассмеялся. Нет, ну я совсем тормоз.
Выпрямившись, аккуратно ссадил смущающегося Лиса на пол. Он уже понял, что я понял, что ему надо бы в туалет. Ну да, позывные Матери Природы игнорировать бывает проблематично. И еще — надо бы вспомнить, где я видел здесь пищеблок. Пока еще мы до дома доберемся… а ребенок голодный.
Обнаружить искомое большого труда не составило: все оказалось довольно близко к той большой комнате, где квартировали охранники Фроста. Как только мы вышли из центра наблюдения, сразу нарвались на группу вампиров, что-то бурно обсуждающих, сидя за столом, предварительно освобожденным от человеческого мусора. При виде нас мужчины дружно повскакивали со своих мест и почтительно мне поклонились, заставив Лисенка нервно дернуться и испытать острую потребность спрятаться у меня за спиной. Он прекрасно чувствовал направленные на него пристальное внимание и любопытство. Я на приветствие отреагировал сдержанным кивком и спокойно пошел дальше, увлекая за собой напряженного рыжика. Ничего, пусть тренируется не обращать на это внимания. Теперь так будет постоянно. Думаю, мои вампиры нескоро еще привыкнут к тому, что эльф будет всегда рядом, а значит, повышенный интерес к его персоне гарантирован.
Со своим смущением рыжик справился на удивление быстро и уже через час, совершенно не обращая ни на кого внимания, методично поглощал нарезанный крупными ломтиками сыр со стоящей на коленях прозрачной круглой тарелки из дымчатого стекла, заедая его большим, смачно хрустящим зеленым яблоком. Сидя на столе и болтая в воздухе ногами, он увлеченно следил за сдержанной пикировкой между мной и Никарессом, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую. Наличие в комнате еще десятка вампиров его уже нисколько не волновало.
— А я все равно не понимаю, зачем нам замок, — скрестив руки на груди, спокойно повторил я, прямо глядя в голубые глаза.
— Что значит "зачем"? — возмутился Никс. — Чтобы было! Это древнее строение, можно сказать — исторический памятник. Сюда можно водить экскурсии.
Хмыкнув, я скептически изогнул бровь. Он неисправим.
— Никс, этот исторический памятник наверняка имеет законного владельца, — напомнил я очевидный факт блондину. — То, что мы здесь немножко убили одного из виднейших воротил современного бизнеса, и так достаточно рискованно. А уж если мы еще и замок присвоить решимся, проблем точно не избежать. Так что я предлагаю тихо-мирно отсюда свалить.
Шумно выдохнув через нос, вампир насупился и поджал губы.
— Тимофей, здесь полно оборудования, которое мы просто физически не сможем вывезти, — предъявил он очередной, подозреваю, все же основной довод, толкающий его так настырно стоять на своем. — Нам проще никого сюда не пустить, чем с высунутыми языками грузить вещи! А оставлять все, как есть, чревато новыми неприятностями. Вдруг найдется еще какой умник вроде этого чокнутого профессора герра Остина?
Хм. Должен признать, что в его словах есть смысл, но незаконный захват частной собственности явно не выход… Да чем он вообще думает! Такое ощущение, что мы поменялись ролями, и теперь Никаресс изображает генератор сумасшедших идей, а я — невозмутимого критика! Я так не играю.
— Тогда мы просто все разломаем, — твердо заявил я.
— Мы вполне могли пропустить какую-нибудь запись, — встрепенулся вампир. — Лучше все же задержаться тут подольше.
— Никс, вы ведь здесь уже все обыскали, так? — вздохнув, терпеливо уточнил я.
— Так, — не стал отрицать вампир.
— Все более-менее ценное конфисковали, так?
— Так.
— В таком случае, уничтожим все содержимое этого замка — и дело с концом. — Заметив, как блондин набирает в грудь воздух, чтобы что-то возразить, я поспешил продолжить. — Абсолютно все, что тут есть! В пыль! И тогда уж точно никто ничего не найдет.
— Нет, ну это нелогично, — все же возмутился помощник. — Это будет выглядеть еще более подозрительно. Здание, в котором одни голые стены…
Я широко улыбнулся.
— Замечательно, ты меня убедил. Тогда предлагаю сравнять с землей весь замок, со всем его оборудованием и ненайденными вами секретными записями.
Столь радикальное решение вызвало у Никса легкий ступор, а Лисенок подавился яблоком.
— Ты — варвар, — буркнул в итоге блондин.
Довольно рассмеявшись, я подошел к надсадно кашляющему эльфенку и с некоторым беспокойством проследил за тем, чтобы он не задохнулся. Смахнув кончиками пальцев выступившие ему на глаза слезы, внес следующее предложение:
