у них все это работает совсем не так, как у нас, у мужиков.
У меня было два выхода – поговорить с ней сейчас или пустить дело на самотек. Я совершенно отчетливо знал, что мы друг для друга лучшая из возможных пар, но и давить ее этим я не хотел. Поколебавшись, я решил не торопиться. Пусть она отдохнет и придет сама к таким же выводам.
МАРИ
Комната не была слишком уютной, но я протопила ее и отмыла. Конечно, хотелось бы кровать помягче и поприличнее. Соломенный тюфяк - фиговая замена ортопедическому матрасу. Впрочем, после корабля и ночевок под телегой эта старая башня казалась мне восхитительной.
Смущало меня другое – одну из спален заняла Олла, вторую барон. Предполагалось, что в третьей, центральной, той самой, где стояла огромная кровать, мы будем ночевать вдвоем с Оскаром. Эти мысли не могли не волновать…
Он офигительный мужик, это нельзя не признать. Он воин и защитник – это то, о чем мечтает почти каждая женщина. Меня не отталкивала даже мысль о том, что он убийца.
Пожив в этом мире и посмотрев на него с высоты своего опыта, я поняла про себя довольно неожиданную вещь: если моей семье будет что-то угрожать, и я смогу убить – я убью. Мои близкие мне значительно дороже всех остальных. Может, это и грех - думать так, но меня эти выводы не смущали. Мир получит тот ответ, какой заслуживает, поэтому дальше я себе душу не терзала.
Гораздо больше меня волновал другой момент – спать или не спать с Оскаром. Тут меня пугало многое. Сейчас я понимала, что ему выжить здесь гораздо легче, чем мне. В этом ощущалось некое принуждение, некая грязная мыслишка, утверждающая, что я пересплю с ним за защиту. Кроме того, секс – это всегда возможная беременность. А здесь, без нормальных таблеток, она наступит обязательно и очень скоро.
Есть еще один момент, смущающий меня – я не представляла, как Оскар относится ко мне. Полное отсутствие букетно-конфетного периода не давало мне возможности оценить это здраво.
Он, безусловно, парень порядочный, и пакости от него можно не ждать. Грубо говоря, насилия я не боюсь, но мне хотелось бы понять, нравлюсь ли я ему действительно, или я на данный момент просто наиболее доступная ему женщина.
Оскар все не шел, и я нервничала больше и больше. Я понимала, что, скорее всего, сегодня придется все это обсуждать, и не чувствовала себя готовой сказать «да» или «нет».
Была только одна маленькая деталь, которая успокаивала мне нервы: когда мы устраивали спальни, на нормальные матрасы мы решили не тратиться. И тюфяк, и подушки плотно набили соломой, а вот на покупке одеял Оскар настоял, и мы их таки купили.
Купили четыре одеяла, а не три. Не знаю, как это выглядело для него, возможно, он сделал это просто машинально, посчитав количество членов семьи. Я же восприняла это как знак, что давить он на меня не собирается.
Я лежала, укутавшись в теплое одеяло, постепенно успокаиваясь и обдумывая всякую фигню. Что, может быть, стоит купить двух-трех куриц. Это конечно недешево, зато раз в несколько дней у нас будут яйца на завтрак. Что барону нужна шапка на зиму. Что Олле надо прикупить шерсти – носки понадобятся всем. Что обязательно нужно купить для себя бритву.
Конечно, нормальных безопасных станков здесь не было. И Оскар, и барон оба брились жутковатой опасной бритвой - старой и истертой, которую правили на куске кожаного ремня. Надо и мне купить такую – волосы подмышками раздражали меня просто дико. Я выбирала момент и стригла, что могла ножницами… Ножницы, кстати, тоже нужно купить лично для меня и поменьше размером…
Под все эти размышления я даже не заметила, как уснула…
***
Проснувшись в одной постели баронет и баронетта испытали редкостное смущение – прятали друг от друга глаза, как два неловких подростка, и не знали, о чем говорить.
Благо, что всевозможные утренние дела быстро стерли эту неловкость, и день пошел как обычно. Ближе к полудню собрались к морю – на необходимые для водорослей корзины тоже пришлось разориться. Оскар только вздыхал, доставая кошелек. Хорошо хоть, что рыбак, к которому обратились с просьбой, смущенно пожал плечами и смущенно сказал:
-- Дык, ваша светлость, скока заплатите – стока и ладно. А добра этого я вам могу привезти цельну кучу.
Договорились так – первая партия бесплатно, а потом, когда узнают сколько потребуется, тогда и цену обговорят за постоянную доставку.
Ждать на берегу пришлось долго – рыбак прибыл одним из последних. Был он малоразговорчив и недоволен, досадливо махнув рукой на вопрос об улове.
-- Осенью завсегда этак, ваша светлость… Одни тока ваши водоросли и попадаются. А так, два дня из трех попусту хожу. Если бы мэр так налогами не томил, оно бы, может, и ничего себе было…
Нагруженные корзины Оскар привязал к длинной ровной палке и закинул ее на плечо, как коромысло. У Мари посудины были поменьше, но рыбак, посмотрев с каким-то даже испугом, сказал:
-- Мыслимо ли дело, чтобы баронетта сама этакую тяжесть таскала?! Дозвольте уж, помогу я вам, ваша светлость? – обращался он всегда к Оскару.
Немного подумав, Оскар вздохнул и кивнул – за услугу придется заплатить, хоть и мелкой медяшкой, но придется.
-- Оскар, выдай мне тогда несколько медяшек – я дойду до нашего плотника и куплю пару-тройку дощечек. На чем-то сушить отвар будет необходимо, – пояснила она. – Пока вы водоросли донесете, я как раз и обернусь.
Лавка плотника была далековато, за храмом, а Мари не слишком и торопилась – все же выход в город для нее был небольшим развлечением. Шла медленно, разглядывая людей, дома. Вздохнув, отвернула лицо от лавки с тканями, просто чтобы не расстраиваться.
Святого брата она увидела издалека и вежливо поклонилась ему, получив ответный поклон. А вот когда она, возвращалась назад, зажав подмышкой три тонких отшлифованных дощечки, святой брат, как ей показалось, дожидался ее специально.
-- Ваша светлость, давненько вы в храме не были.
-- Брат Селон, к сожалению, в замке у нас слишком много дел. Но на следующей седмице мы постараемся прийти.
Святой брат мялся, как будто хотел что-то сказать или спросить, и Мари, заметив его смятение, улыбнулась и повторила:
-- Мы обязательно придем на следующей седмице.
-- Баронет тоже придет? – спросил святой брат.
Вопрос показался Мари странноватым,
