с Пайрусом на руках дотащился к выходу из тюрьмы, в подземелье уже раздавался радостный гул голосов, а из темноты начали выходить чумазые изможденные люди.
– Если вырвемся из замка, куда нам идти? – я мысленно прогнал в памяти обратный путь к тому самому подъезду, через который нас ввели под своды резиденции герцога Ребо, и уверился, что не заплутаю. Но вот куда идти дальше – для меня было не совсем понятно.
– Конечно в храм Единого! – в один голос воскликнули Кайя с Вистой.
– Само собой, туда! – подтвердил вынырнувший из темноты Дрок, протискиваясь вперед, чтобы забрать у убитого мною стража подземелья алебарду.
– Лично я первый раз в Альгасте, – раздраженно заметил я, – и понятия не имею, где находится ближайший храм!
– Как выберемся за ограду парка, квартал прямо, поворот налево, и еще два квартала прямо, – обнадежил нас появившийся у входа Уткул. – Может, я возьму меч, а ты сам понесешь друга? У меня опыта-то явно побольше твоего.
– Поверь мне, орк, не в опыте дело, – усмехнулся я, передавая с рук на руки Пайруса, – донеси его до храма во что бы то ни стало!
– Нужно спешить, там какой-то шум, – Виста указала рукой наверх.
Действительно, прислушавшись, мы все услышали отдаленные крики. Скорее всего, кто-то обнаружил тело капитана в коридоре. А может, гости пожаловали в одну из пыточных и ужаснулись увиденной картине.
Я огляделся вокруг. Участников побега набралось человек двадцать и, судя по скрежету открываемых где-то в глубине подземелья решеток, процесс освобождения еще продолжался.
– Мы не можем ждать всех, – словно прочитав мои мысли, заявил Дрок, – двери открыты, дальше каждый сам за себя.
Я пошел вперед, моля бога, чтобы обитатели замка не сразу поняли, откуда исходит угроза. Чуть справа позади меня шел гном с алебардой, слева со вторым принесенным нами мечом занял позицию некий барон Лерих. Как пояснил всезнающий Дрок, этот владелец пограничного клочка земли между Унгалом и Руэном решил принять сторону герцога Кальста, но неосторожно выехал на охоту и угодил прямиком в руки людей Ребо. За нами шли Виста с Кайей, потом орк с Пайрусом на руках, далее ковыляли остальные бедолаги, которых угораздило попасть в герцогскую тюрьму. Кому-то из них достался третий трофейный меч, кто-то довольствовался снятым с алебардиста кинжалом. Остальные могли рассчитывать только на свои руки и ноги да на то, что мы протараним заслоны стражи на пути к свободе.
Вот интересно, чем на местах занимаются отделения Палаты правосудия, если герцоги хватают людей без суда и следствия?
Сорок три ступени до выхода на первый этаж удалось миновать без происшествий, однако шум наверху усилился, потому в любой момент можно было ожидать спускающихся оттуда гостей. Я с сожалением покачал головой, понимая, что всем узникам выйти на свободу не удастся, но задерживаться здесь, чтобы прикрыть их от нападения с верхних этажей, не стал. Нельзя распылять силы.
Едва мы вышли в коридор первого этажа, как нос к носу столкнулись с тремя алебардистами.
– Тревога! – успел крикнуть тот, что находился чуть ближе ко мне, прежде чем его настиг мой клинок. Впрочем, активированный амулет отклонил удар, заставив крикуна поперхнуться.
Его товарищам так не повезло, их защиты находились в неактивированном режиме и уберечь от алебарды гнома и меча барона не смогли. Мне же пришлось сделать еще один выпад, чтобы окончательно упокоить противника.
Каких-то тридцать метров отделяли нас от заветных дверей на улицу, но крик был услышан, и из находящейся близ выхода кордегардии в коридор высыпала вся дежурная смена. Десять-двенадцать человек, сосчитать я не успел.
– Недалеко же мы убежали! – зло сплюнул в сторону гном, поудобнее перехватывая свое оружие.
– Вперед не лезьте, – посоветовал я товарищам по несчастию.
– Без шансов, – пробормотал барон.
Но меч уже плясал в моей руке, по телу расплывалось привычное тепло, усталость и боль в ранах отступали на второй план. Вслед за клинком и я сам уже рвался в бой, пребывая в абсолютной уверенности, что задача мне по плечу.
Я двинулся вперед, и в тот же миг в бой вступили девушки: в приближающуюся толпу полетели короткие молнии и огненные шары – самые простые и доступные из боевого арсенала начинающих волшебников. Понятное дело, что особого урона ими не нанесешь, но как способ разрядки вражеских амулетов – самое то. Впрочем, судя по раздавшимся воплям, далеко не все стражники их имели или сообразили вовремя активировать. Да оно и понятно: служба в замке спокойная, никогда ничего экстраординарного не случается, вот и расслабились солдатики на нашу удачу.
Подозрения мои подтвердились, когда первым же выпадом мне удалось ранить противника в шею. Бросив на пол алебарду, тычок которой я без труда отвел в сторону, и зажав рану руками, стражник попятился, спустя мгновение затерявшись в толпе сослуживцев.
Следующие две-три минуты я крутился волчком, уклоняясь, отражая удары и атакуя сам. Не все люди герцога Ребо были без магической защиты, но лишние два-три удара меча на человека меня не сильно утруждали. Преимущество в технике было подавляющим, а задавить числом нас стражники не могли из-за своевременной помощи барона Лериха и гнома, весьма умело орудующего трофейной алебардой. Да и Кайя с Вистой не давали противнику передышки, беспрестанно бомбардируя доступными заклинаниями.
Вскоре остатки герцогского отряда, не выдержав натиска, бросились наутек, оставив на поле боя павших и раненых товарищей.
Барон снял со стены несколько факелов и швырнул их на дощатый пол:
– Если доски не прогорят, так хоть задымят тут все. А лучше бы сгорело вовсе это осиное гнездо!
– Поспешим! – не выпуская из рук тело Пайруса, Уткул наклонился и поднял с пола кем-то оброненный меч.
Мы с гномом быстро вытащили запирающий брус из пазов, отперли засов и распахнули двери. Снаружи пахнуло приторно-сладким запахом каких-то цветов и ночной прохладой, хотя небо уже начало светлеть. До ограды было совсем недалеко, а там два хороших удара гномьей алебарды заменили нам ключ от замка. Ворота с жалобным скрипом распахнулись. Вот она, свобода.
26
Народ тут же порскнул в разные стороны. Ничего удивительного, большая часть узников – местные жители, знающие, куда бежать и у кого просить помощи. В итоге до конца квартала общее количество беглецов сократилось примерно вдвое, а когда мы свернули налево, выяснилось, что спасения в храме намерены искать только наша компания, гном, орк и барон Лерих. Ну и хорошо, остальные сами о себе позаботятся.
Мы бежали изо всех сил, величественная громада храма Единого была хорошо видна в конце улицы. Как это часто бывает в Энрате, внешней ограды у храма не было, вход был сделан прямо в стене выступающей вперед части здания в виде огромных двустворчатых дверей. Я бы даже назвал это воротами.
Однако, несмотря на все наши старания, шум за нашими
