пойти об отделении от Энрата! А соберется отделяться один герцог, за ним тут же последуют второй и третий. Я уже не говорю о том, как такой ситуации обрадуются великие кланы! Кто с этим разбираться будет? Маленький император, которого ты называешь «младенцем на троне»? Или его сестричка, пытающаяся подмять всю власть под себя?
– Придержи язык, Балио! – неожиданно громко рявкнул Владис Вайт, покосившись в мою сторону. Кажется, я стал невольным свидетелем местных разборок между имперскими представителями в провинции. И это плохо, поскольку некоторые вещи слышать опасно – как бы не сочли потом ненужным свидетелем.
– А ты мне рот не затыкай! Строишь из себя ревнителя законности, паинькой прикидываешься! Думаешь, я не знаю, что ты строчишь на меня доносы в столицу? – скривив губы вымолвил Лорис. – Место мое занять надеешься! Потому как не по нраву тебе церковная карьера и ты в Палату правопорядка перебраться задумал. Только вот на тебе!
И магистр, к моему удивлению, скрутив хорошо мне известную комбинацию из трех пальцев, показал ее настоятелю храма.
– Я не строчу доносы, – неожиданно спокойно ответил Владис, – я всего лишь пишу отчеты, которые по долгу службы должен составлять и отправлять начальству. И клянусь Единым, в этих отчетах нет ни слова неправды! И насчет места своего можешь не беспокоиться, мне здесь гораздо спокойнее. Но неужели ты думаешь, что один я знаю о твоих постоянных попойках с герцогом? Тут никаких доносов не нужно, ты сам себе яму копаешь все глубже и глубже.
– Разберусь я как-нибудь со своей «ямой», – то ли спокойствие настоятеля так подействовало на магистра, то ли Лорис сам понял, что напрасно вспылил, но остыл он так же быстро, как и закипел.
После бурной сцены в комнате воцарилась тишина. Настоятель снова принялся мерить шагами кабинет, непрестанно поглядывая то в мою сторону, то в сторону магистра. Какие мысли крутились сейчас в его голове, было совершенно непонятно, как непонятны были и его возможности противостоять местному правителю. На которого, как выясняется, официальный представитель центральной власти не имеет особого влияния.
Магистр тоже умолк, в задумчивости устремив взор на первые лучи утреннего солнца за окном.
Мне с каждой минутой становилось все тревожнее. Мы для этих людей никто. Ссориться из-за нас с правителем местного герцогства-провинции во имя соблюдения законности им нецелесообразно. Как бы страшно это ни звучало, но самое простое для них обоих – отдать нас обратно Ребо, чтобы мы сгинули без следа в темнице его замка. Даже если кто-то потом возьмет след и доберется до места нашей гибели, все спишут на эксцесс исполнителя, свалив вину на стражников и тюремщиков. А о том, что мы выпускники магической школы, на обучение которых империя потратила массу времени и средств, они могли и не знать.
Так-то оно так. Если бы не пара закавык. Во-первых, побег из замка массы заключенных, несомненно, наделавший немало шума. Во-вторых, целители храма Единого. Они тоже маги. Соответственно, подчиняются не только настоятелю храма, но и Магическому приказу. Заткнуть им рты будет сложно.
Тишину неожиданно нарушил без стука ворвавшийся в кабинет священник. Завидев посторонних, он смущенно извинился и, склонившись над невысоким настоятелем, что-то прошептал ему на ухо. После чего так же быстро ретировался.
– Солдаты герцога блокировали все выходы, – усмехнулся Вайс, – время от времени тарабанят в двери, требуют выдать поджигателей замка. Что будем делать, Балио?
– Вы еще и замок подожгли? – с тяжким вздохом осведомился магистр.
– Чтобы задержать преследователей, мы подожгли пол в коридоре первого этажа, – пожал плечами я. – Не думаю, что потушить это было большой проблемой.
– Заключенные разбежались из темницы, в замке пожар, сколько-то людей герцога убиты и покалечены. Ребо будет в ярости, – с новым вздохом Балио Лорис воззрился на настоятеля храма, словно предлагая тому самому оценить всю сложность его положения.
– Будет? Герцог в отъезде? – удивился Владис.
– Пьян, – усмехнулся Балио. – Настолько, что два часа назад едва не совершил смертельно опасную глупость. Впрочем, слава Единому, степень опьянения не позволила ему эту глупость совершить.
– Прекрати говорить загадками, – нахмурился вновь остановившийся у кресла магистра Вайс. – Я ведь все равно узнаю. Не сейчас, так через пару часов.
– Да представляешь, едва не снасильничал девицу из клана Утреннего Инея прямо на пиршественном столе! – судя по тону, Лорис испытывал восторг от того, что такая безумная идея пришла герцогу в голову, и легкое разочарование из-за того, что она осталась нереализованной.
– Этого нам еще не хватало! – воскликнул настоятель. – Но клан Утреннего Инея? Они же все схвачены и отправлены в тюрьму на остров Турборн, под охрану тамошних орков! Откуда она могла здесь взяться?
Тут оба, не сговариваясь, повернули головы в мою сторону.
– Кайя Анлон – одна из моих спутниц, – процедил я сквозь зубы, в который уже раз за эту безумно длинную ночь пытаясь усмирить нарастающую во мне ярость. – Та, что светленькая. Ее сочли непричастной к делам клана из-за учебы в школе, но в столице она обязана будет дать показания Тайной страже.
– Еще и Тайная стража! – магистр Палаты правопорядка со стоном откинулся на спинку кресла.
– Магический приказ плюс Тайная стража, – покачал головой настоятель храма, – Балио, ты знаешь, что нужно делать.
– Та комната свободна? – раздраженно спросил Балио Лорис и, не дожидаясь ответа, направился к двери в боковой стене, на ходу извлекая из специального кожаного футляра на широком поясе уже знакомые мне пластины дальней связи.
Оставшись со мной наедине, настоятель храма неспешно прошелся вокруг освободившегося кресла, словно желая убедиться, что магистр ничего в нем не повредил, затем уселся, поерзал немного, устраиваясь поудобнее, устало потер ладошками лицо. После чего обратился ко мне. Причем говорил медленно, тщательно подбирая слова.
– Молодой человек… простите, не запомнил ваше имя…
– Теодор. Теодор Кейлор, – напомнил я и тут же поправился, на всякий случай: – Тер Теодор Кейлор, если угодно.
– Вот откуда прекрасное владение мечом! – моментально сделал свои выводы от моего уточнения настоятель. – Теодор, возможно, вам кажется неправильным произошедшее здесь, в этой комнате, – ведь храмы Единого по определению являются убежищем для всех нуждающихся в нем, а представители Палаты правопорядка по долгу своей службы должны пресекать творящиеся на местах беззакония. Увы, но жизнь порой вносит свои коррективы в любые правила. Главное, что теперь вашим жизням уж точно ничего не угрожает.
– Очень бы хотелось на это надеяться, – сухо ответил я, совсем не уверенный в том, что его заявление соответствует действительности. – А вообще непонятно, почему в отдельно взятой части империи происходит такой беспредел. Мы ведь ни за что пострадали!
– Сожалею, Теодор, но это лишь в очередной раз подтверждает мнение, что Унгалу нужен более решительный и принципиальный магистр правопорядка.
Произнеся эту фразу, он смиренно сложил пухлые ручонки на животе и прикрыл глазки. Не нужно
