каменные и металлические колонны поглотили оригинальное строение. Среди элантийской архитектуры виднелись только изогнутые терракотовые крыши, но и те теперь были полностью отлиты из серебра.
С одного из фонарных столбов, воздвигнутых элантийцами, чтобы осветить город алхимическим светом, Лань махал развевающийся плакат. На его серебряном фоне был изображен великолепный синий тигр, переплетенный с элантийским солдатом в белых доспехах и с такими же белыми крыльями за спиной.
Нет, не просто солдатом, осознала Лань, присмотревшись к фигуре. Верховному губернатору хватило самонадеянности нарисовать на плакате собственное лицо.
Звездная карта не обманула – Лазурный Тигр действительно находился в этом городе.
Лань подняла взгляд на целые колонны одинаковых синих плакатов, выстроившихся по обе стороны дороги, что вела на дворцовую площадь.
Ее пронзил шок.
Широкая площадь под дворцом была заполнена элантийскими солдатами. В их металлических доспехах отражался ранний вечерний свет, пока сами завоеватели прогуливались с напитками и едой, любезно предоставленными торговыми лавками, что стояли по периметру. Посреди сборища сверкал большой фонтан: лотосы, уток-мандаринок и журавлей, которыми он когда-то был наполнен, заменили мраморной статуей элантийского короля.
Присмотревшись, Лань разглядела среди толпы тех, кто носил браслеты на запястьях.
Королевские маги.
Она дотронулась до рукояти своего кинжала. Они с Цзэнем оказались правы: Эрасциус привязал к себе Лазурного Тигра и вернулся в столицу. Но они не предвидели того, что из всех вечеров именно сегодня верховный губернатор устроит своего рода пир. Лань и Цзэнь ожидали меньшего сопротивления: судя по огромному количеству людей, все королевские маги и элантийские солдаты, расквартированные в близлежащих городах, были вызваны в столицу.
Лань дотронулась до ключицы, где лежал холодный амулет Цзэня. План менять было поздно. Оставалось только ждать.
Небо почти полностью потемнело; за городом, над далекими горами, которые, словно стражи, окружали столицу, сгущались грозовые тучи. Алхимические лампы элантийцев зажглись, отбрасывая на площадь золотистый свет. В самом центре была расчищена дорожка, ведущая от дворцовых ворот.
К наступлению ночи Дилая, мастер Нур, Безымянный мастер и ученики, достаточно опытные, чтобы сражаться, должны войти в город и, вероятно, расположиться где-то неподалеку в ожидании, когда Лань сделает первый шаг.
Она снова коснулась амулета.
Цзэнь опаздывал.
Взревели трубы. Ворота дворца распахнулись, и на площади раздались громогласные аплодисменты. За четырьмя шеренгами солдат следовал эскадрон королевских магов, облаченных в особенные доспехи, сделанные, как предположила Лань, из комбинации металлов, которыми каждый из них мог управлять.
Сплавы, подумала она. Маги, чья способность контролировать сразу несколько металлов, делала их невероятно сильными.
Позади них верхом на великолепном черном жеребце ехал верховный губернатор: невзрачный мужчина среднего роста и телосложения, со светлой и мягкой кожей, которая стала таковой благодаря подаренной жизнью роскоши. Пока он махал ревущей толпе, на его скипетре сверкали драгоценные камни.
Но взгляд Лань стал более острым, когда она заметила того, кто ехал позади губернатора.
Светлые, почти белые волосы Эрасциуса теперь стали длиннее. А на нагруднике его доспехов была выгравирована голова голубого тигра. Зимний маг тоже держал в руках скипетр, но украшенный исключительно сапфирами. Верховный губернатор хвалился Эрасциусом и даже нарек привязавшего к себе Лазурного Тигра драгоценным камнем в короне их империи.
Парад остановился, пришло время произносить речь. Металлические пластины вокруг площади усиливали голос губернатора, так что Лань уловила обрывки элантийских слов.
– …Лазурный Тигр… Бог-Демон… в нашем распоряжении. Королевский маг Эрасциус… продемонстрирует его мощь.
Представление… Они собирались устроить представление.
Лань схватила окарину. Эрасциус точно знал условия сделки, которую заключил, а значит и то, как опасно было бездумно использовать силу Бога-Демона. Сегодня вечером элантийцы собирались испытать богов.
Поторопись, Цзэнь.
Эрасциус спешился и подошел к краю фонтана. Толпа тут же утихла. На мгновение на улицах не было слышно ничего, кроме свиста ветра. Все задержали дыхание, когда маг поднял руки.
От него исходила нарушающая тишину демоническая ци. В толпе кто-то вскрикнул. Даже люди, не способные чувствовать ци, ощутили всепоглощающую инь.
Вода из фонтана поднялась устремляющейся в небо спиралью. Струи взорвались сотнями мерцающих точно звезды капель, которые собрались в форму огромного тигра размером с целый дворец. Перед толпой, которая с благоговением наблюдала за ним, он, со сверкающими лазурными глазами, открыл пасть и издал рев, потрясший весь город.
Лань сжала окарину так крепко, что побелели костяшки пальцев. Вокруг, чтобы посмотреть шоу, собрались все работающие в столице хины – дворники, владельцы магазинов, повара и официанты. Жуткое голубое свечение Лазурного Тигра отражалось на их изможденных лицах. То, как они смотрели на происходящее, что-то сломало в Лань.
С трепетом. Страхом. И смирением. С принятием своей участи – жить под гнетом элантийцев.
Боль сдавила горло Лань. Пальцы, сжимавшие окарину, задрожали.
Она могла положить этому конец.
Она должна была.
Лазурный Тигр снова взревел… и именно в этот момент амулет на шее Лань стал теплым.
Со всех сторон раздались удивленные возгласы. Небо над Небесным дворцом разверзлось, как если бы кто-то его разрезал: печать Врат, сотворенная из места с почерневшими руинами и утесами, покрытыми снегом.
Из нее на Небесную столицу опустилось нечто. Фигура мужчины: когда он приземлился на самую вершину крыши дворца, тень за его спиной затмила небо.
Черные одежды Ксан Тэмурэцзэня развевались, как и исходящая от него демоническая ци. Он выпрямился, стоя на крыше дворца, который оккупировали завоеватели сначала его клана, а после и его земли.
Внизу замер внимательно следящий за происходящим Эрасциус. Он медленно поднял руку.
Щелчок пальцев, и вот Лазурный Тигр уже повернулся, чтобы встретить незваных гостей. Его рычание разнеслось по улицам города, когда он прыгнул, взмахнув хвостом… Черная Черепаха, сформировавшись из облака дыма, нырнула ему навстречу.
Земля содрогнулась от первого столкновения Богов-Демонов. На площади раздались крики, и элантийские солдаты обнажили свое оружие.
Печать Врат все еще оставалась открытой. Из нее просачивались другие тени, которые приземлялись на площадь и близлежащие здания. Пагода, расположенная несколькими улицами ниже от того места, где стояла Лань, взорвалась, когда что-то рухнуло на ее крышу. Облако пыли осело, и Лань разглядела на вершине обломков силуэт – создание размером с лошадь с огненными хвостами… Если точно, хвостов было девять.
Мо, подумала Лань, ощущая демоническую силу, что исходила от создания. Она слышала хинские мифы о легендарном девятихвостом демоне-лисе. Но внимание Лань привлекла женщина, что стояла под этим существом. Высокая и сильная, она носила сапоги из плотной кожи и одежды, что отличались от традиционного хинского ханфу. Взгляд Лань замер, когда она заметила, что черный наряд незнакомки был вышит изображениями красного пламени.
Мансорианка.
Женщина ступила вперед, ее движения были резкими.
