«Или почти не оставалось», – мысленно добавил Дрейк, вспоминая о ночах в жарких объятиях Александрины. Эти дивные ночи, словно чудодейственный бальзам, лечили его растревоженное сердце. В эти мгновения Дрейк забывал обо всем. Когда они с Алекс были вдвоем, вокруг не существовало ничего. Ничего, кроме их союза. Яркость эмоций со временем не тускнела. Усиливалось безмерное желание Дрейка владеть всем ее существом: и телом, и душой, и сердцем.
Александрина удивляла его своей способностью быстро приспосабливаться к ситуации. В то время как у него голова шла кругом от перемен, она с легкостью вжилась в свою роль герцогини Аллоншир. Это произошло без труда, примерно так же, как когда-то Алекс завладела сердцами команды «Прекрасной мечты». Слуги Алекс боготворили, Саманта обожала, даже Пират полюбил ее. Считая себя ее защитником, пес каждую ночь спал возле кровати Алекс. Сама того не ведая, Александрина покорила всех, потому что всегда была сама собой, естественной и непринужденной.
Дрейк не просто попал под ее чары – он намеренно отказывался дать название тому чувству, которое испытывал к своей обворожительной супруге. Но его самого поражала глубина этого чувства. И хотя Дрейк настойчиво повторял себе, что это не любовь, а лишь влечение, каждую ночь у него замирало сердце, когда он видел, что Александрина испытывает блаженство, наслаждаясь его ласками, и слышал непроизвольные признания в любви, коих она не произносила вслух уже более двух месяцев.
Отчаянно желая избавиться от мыслей о жене, Дрейк пустил коня галопом. Впереди маячили самые высокие барьеры. Дрейка внезапно охватило радостное предвкушение острых ощущений и захватывающих переживаний. Но Дрейк был уверен, что Юпитер без труда возьмет любое из препятствий.
Чуткий конь ощущал возбуждение седока. Готовясь к серии самых трудных прыжков, всадник и жеребец словно слились в одно существо.
– Вперед, Юпитер! – выкрикнул Дрейк, слегка пришпорив коня. – Давай!
Они словно летели по воздуху. Копыта Юпитера едва касались земли. Каждый новый барьер был выше предыдущего, с каждым разом увеличивалась опасность.
Наконец перед ними оказалось последнее препятствие. Дрейк был единственным, кого оно не испугало. Все остальные седоки остановились, чтобы посмотреть, как Дрейк будет демонстрировать свое мастерство наездника.
Позабыв обо всем, кроме спортивного азарта, Дрейк направил Юпитера быстрым галопом. И бесстрашный конь мгновенно откликнулся, подобрал под себя ноги и одним молниеносным движением прыгнул через ограждение.
Внезапно Дрейк услышал какой-то странный треск и в тот же миг почувствовал сильный удар о землю и ослепляющую боль, а потом потерял сознание.
* * *
– Кто еще хочет чаю? – спросила Алекс, оглядев гостиную.
Вдруг со стороны парадной двери послышался сильный грохот. Через мгновение в комнату ворвался взволнованный Хэмфри. Алекс никогда не видела обычно сдержанного дворецкого в таком состоянии.
– Хэмфри, чем ты так встревожен? Что-то случилось?
– Да, ваша светлость. – Дворецкий колебался, понимая, что, прежде чем сказать герцогине о том, что случилось, ему следует отозвать ее в сторонку. Но в конце концов он решил, что из-за чрезвычайных обстоятельств можно и нарушить правила. – Его светлость... – пролепетал Хэмфри. – Он упал с лошади.
Алекс метнулась к двери.
– Он сильно пострадал? – встревоженно спросила она, но тут же осеклась, бросив взгляд в сторону холла.
Два лакея и обезумевший от страха Смитти несли бледного Дрейка.
Глава 26
– Уверяю тебя, со мной все в порядке!
Обнаженный по пояс, Дрейк сидел на кровати, запустив пальцы в густую шевелюру. Смитти вышагивал взад и вперед по спальне, буквально сходя с ума от беспокойства.
Услышав слова Дрейка, Смитти, нахмурившись, остановился.
– Вы не в порядке, ваша светлость. У вас вывихнуто плечо, не считая многочисленных ушибов и ссадин.
– Ну, положим, благодаря тебе мое плечо уже встало на место, – возразил Дрейк, осторожно двигая левой рукой, которая все еще тупо болела. Когда Смитти вправлял ему вывих плеча, Дрейк пережил настоящий шок, но сразу же после болезненной процедуры мучительная боль отступила. Теперь Дрейку хотелось поскорее позабыть о неприятном инциденте. Он посмотрел на содранную кожу и пожал правым, здоровым плечом. – Пустяки. Ничего страшного, – объявил он. – Я прекрасно себя чувствую.
В спальню вошла Александрина с прохладной влажной салфеткой в руках. Она подошла к кровати, довольная, что Дрейку стало лучше. Когда час назад его вносили в холл, бледного, окровавленного, стонущего от боли, Алекс испытала настоящее потрясение. Тогда ею овладел безумный страх за жизнь мужа, а сейчас Дрейк выглядел вполне здоровым. О несчастном случае напоминали только несколько порезов и царапин.
– Алисия сказала, что тебе повезло. Ее муж говорит, что все бы могло закончиться гораздо хуже. Ты мог бы получить сильные увечья, а так задеты только твоя рука да еще гордость Юпитера. – Она приложила компресс к плечу Дрейка.
Он широко улыбнулся.
– Это был чистый инстинкт, уверяю тебя, принцесса, – сказал Дрейк еще ласковее.
Закусив губу, Алекс склонилась над ним, осматривая ссадины. Дрейк с наслаждением вдыхал знакомый цветочный аромат ее духов и думал о том, как прекрасно видеть ее одетой во что-то иное, нежели скучные траурные одежды. Сегодня она выглядела юной и до боли красивой.
– Смитти, как плечо у Дрейка? – спросила Алекс.
– Плечо на своем месте, ваша светлость, – ответил Смитти.
Дрейк поморщился от отвращения.
– Может, вы оба прекратите обсуждать меня в моем присутствии? – потребовал он.
– Не двигайся! Ты мне мешаешь, – приказала Алекс, не обращая внимания на взрыв его негодования. – Сиди спокойно, а то я не смогу обработать твои раны.
Смитти уже ждал, что Дрейк сейчас рассердится, но тот только рассмеялся.
– Ну ты и тиран, ваша светлость! – поддразнил он Алекс, наматывая прядь ее волос себе на палец. – Никогда не успокоишься, пока не заставишь всех ходить по струнке. Сначала всеми помыкала на моем корабле, а теперь здесь, в Аллоншире.
Алекс хотела нахмуриться, но ее губы расплылись в улыбке.
– Я помыкаю тобой только потому, что ты упрям и не слушаешь ничьих советов.
– М-м... – задумчиво промычал он. – Похоже, есть только одно место, где ты, кажется, полностью довольна тем, что я делаю. – Его глаза засияли, когда он предвкушал, как она покраснеет.
Но покраснела не она, а Смитти. Алекс выпрямилась, держа руки на бедрах, и посмотрела на Дрейка с вызовом.
– Потому что это единственное место, где тебе не нужно совершенствоваться.
