не трону. А потом ты либо навсегда уберешься из Шантары, так, чтобы я никогда тебя не нашел, либо я завершу начатое, потому что это сильнее меня. И мне уже все равно, останусь ли я после этого жив.
После этого каратель быстрым шагом покинул тренировочное поле. Я со вздохом опустилась прямо за землю и закрыла глаза. Ладно, пусть будет дуэль. Я была благодарна Райвену за честность. Я по отношению к нему ничего подобного не испытываю, у меня нет желания причинять ему боль. Я просто хочу, чтобы он либо исчез из моей жизни совсем, либо... А вот в этом я не признаюсь даже себе. Да и не получится, потому что, похоже, я здесь уже не одна.
Подняв голову, я увидела стоящего в двух шагах от меня целителя. Он мог бы ничего не говорить. И так все ясно. Знаю, что убить меня он не может, иначе потеряется весь смысл их героического похода в топи, но и оставить безнаказанной тоже не в силах. Я кивком головы указала на валяющиеся у ограждения бокены, предлагая альтернативный вариант дуэли. Хищно усмехнувшись, целитель скинул плащ, затем броню. Я, глядя на него, тоже сняла кирасу, оставшись в одной мифриловой рубахе.
– Не беспокойся, – пообещал мне эльф. – Я тебя потом обязательно вылечу.
Глава 4
Рейн Эльвин-Грим
Уже почти стемнело, когда целитель, наконец, выяснил все, что его интересовало. Я поведала ему о своем появлении в Шантаре, о своем фатальном невезении, о неудачном стечении обстоятельств, выразила сожаление по поводу гибели его товарищей. Сомневаюсь, что мое искреннее раскаяние удовлетворило целителя, так как в глазах его по-прежнему горела жажда крови.
Мне, в свою очередь, удалось узнать, что эльфа зовут Хеон, а его погибшим товарищем был его блат Вэлиант. Про рыцаря я спрашивать не стала. Зато выяснила, что кроме альянса Глас Судьбы у Шантары в союзниках числятся еще несколько малочисленных, но сильных кланов, одним из которых является Мориан-Арк. Я постаралась скрыть свое удивление, потому что вышеупомянутый Мориан считался давно погибшим, канувшим в небытие кланом времен древних шанар. К сожалению, возможности как следует расспросить эльфа у меня не оказалось, так как отказываться от мести он не собирался.
– Никакой магии, – предупредил меня он, и я вынуждена была согласиться, хотя внутренне подготовилась к худшему. Никакой магии, значит, будет использована одна лишь физическая сила. При таком раскладе мое преимущество только в скорости, а во всем остальном эльф меня явно превосходит. Я невольно подумала о Райвене. Против карателя без магии у меня точно шансов не будет, задавит массой.
Занеся бокен для удара, я почему-то представила лицо карателя. Я представила как хватаю его за волосы, с силой оттягивая голову назад, и медленно перерезаю глотку. Будто наяву увидела, как его губы окрашиваются кровью, как бьется в агонии тело, как я наклоняюсь к самому его уху и шепчу «Прощай». И в этот момент мне стало страшно, потому что я бы никогда не смогла этого сделать. И это почему-то разозлило меня до такой степени, что я кинулась в атаку.
Рукоять деревянного бокена с хрустом встретилась с лицом целителя. Мне на пальцы брызнула кровь. Я разбила ему губу. Опомнившись, я поняла, что передо мной вовсе не тот, на кого я действительно зла. Мой гнев мгновенно утих, сменившись смущением, а в следующий момент сильный удар сбил меня с ног. Мгновенно сгруппировавшись, я откатилась вбок, и по хрусту ломаемого дерева догадалась, что могла бы сейчас лежать с перебитым позвоночником.
Наверное, на это эльф и рассчитывал. Обездвижить меня, а потом как следует отвести душу. Отбросив в сторону бесполезные обломки, Хеон пошел в бой с одними лишь кулаками. Похоже, я выбила ему зуб, так как кровь изо рта эльфа никак не переставала сочиться, заливая его подбородок и шею. Зрелище, признаюсь, отталкивающее.
Мы скатились до обыкновенной трактирной потасовки. Для полноты картины мне не хватает только скамейки в руках, которой я должна отмахиваться налево и направо. Но скамейки у меня нет, только пара крепких палок. Но и это ненадолго. Один сильный рывок, и один из моих бокенов принадлежит целителю. Каким бы я ни была воином, Хеон тоже явно где-то обучался.
Не понятно только, почему он не вылечит себя? Или его идиотские правила подразумевают полный отказ от магии?
Наблюдая, как Хеон все больше выходит из себя, я немного испугалась. Убьет еще в запале. Подтверждая опасения, эльф ловко обошел тщательно выстроенную защиту, и его кулак впечатался в мою губу. В глазах на миг потемнело от резкой, обжигающей боли, и по подбородку тонким ручейком потекла кровь. Что ж, один-один.
Не дав мне толком прийти в себя, эльф снова напал. На этот раз его бокен просвистел в каком-то дюйме от моей головы.
Кажется, пора это заканчивать, а то и в самом деле прикончит.
Опустив деревяшку, я отступила в сторону и попыталась воззвать к голосу разума.
– Это уже переходит все границы, – заметила я, внимательно наблюдая за целителем.
– Я еще только начал, – прошептал он мне в самое ухо, одним смазанным движением оказавшись рядом. Теплые пальцы коснулись шеи, не причиняя боли, но нервируя. Я замерла, надеясь, что на этом все и прекратится. Крови, на мой взгляд, пролилось достаточно, чтобы остыть.
Воспользовавшись моим временным замешательством, Хеон сбил меня с ног. При падении я не успела сгруппироваться и ударилась головой об утоптанную землю. Перед глазами поплыли алые круги. Увидев летящую на меня сверху деревяшку, я проворно откатилась в сторону и вскочила на ноги, с трудом справляясь с головокружением. Да что с ним такое творится? Он что, действительно хочет меня прикончить?
Но выведенный из себя целитель перестал быть опасным. Одной легкой подсечкой я сбила его с ног, одновременно вырвав из рук бокен. Пусть полежит что ли, отдохнет. Но полежать пришлось мне. Снова. В свете взошедшей луны сверкнул короткий кинжал, и тогда мне стало действительно страшно. Он же сам устанавливал правила, никакой магии, никакой брони. А холодное оружие, значит, можно?
Почувствовав сгущающуюся вокруг нас чужеродную магию, я изо всех сил рванулась в сторону, примерно представляя, что будет, если меня зацепит. Эльфа отбросило прочь от меня как легкую тряпичную куклу. Ударная волна разметала мои волосы, выбила дыхание из легких, превратив его в облачко холодного пара.
– Довольно, – прозвучал в темноте угрожающий голос.
