Читаем без скачивания Где спряталась ложь? - Людмила Сурская

— Ей было пятнадцать.

Лена погладила его короткостриженную голову, поворошив волосики, как хочется и делано вздохнула:

— Понятно, вы с отцом занимались её воспитанием вдвоём. Отсюда и результат. С джазменом, это она круто вам нос натянула.

Кушнир потёрся носом о её щёчки и хмыкнул:

— Тебе весело, а отец в шоке, я тоже не лучшим образом должно быть выгляжу.

Лена тут же ввернула.

— Твой сюрприз со мной, не будет для него лучше…

— Да что ты. Мы ангелы с крылышками по сравнению с тем женихом, — подкинул её себе на грудь он.

Лена прижала подушечкой пальца его нос и заявила:

— Но сейчас не это главное, Никита. Надо её найти.

Кушнир, опустив осторожно враз сделавшуюся деятельной жену, развёл руками:

— Понятно, что надо, вот только где?

Лена, сверля его горящими глазами, тут же выдала подсказку.

— Надо сесть и подумать.

Он подыгрывая ей тут же исполнил.

— Уже сел, только в голове ветер гуляет.

Лена встала напротив и начала вычитывать:

— Попроси Санька проконтролировать аэропорт, на случай, если обратно рванёт к своему негру за поддержкой.

Никита воодушевился.

— О! Это идея. Выпускать эту паразитку отсюда нельзя, что ещё?

Сказав это, он воззрился на жену. А Лена продолжала.

— Вечером прокатишься по всем её любимым весёлым местам, должна же она где-то проводить время.

Никита выловив жену, потянул её себе на колени.

— Отлично! Умничка! Есть у неё такие.

— А подруги?

— Таковых нет.

Чмокнув мужа в насторожённые глаза, улыбаясь спросила:

— Как хоть имя этого создания?

— Ириша, — вздохнул Никита.

Она свела руки за его спиной, погладила его плечи, взяла в ладони лицо.

— Успокой отца и возьмись за дело сам. Я могу задать вопрос?

Он шутя лизнул её подбородок.

— Без проблем.

Поймав его взгляд, спросила:

— Чем он занимается? Это его бизнес?

Он оторвал с грозди виноградинку и протолкнув между её напряжёнными губками втиснул ей в рот.

— Не угадала. Дело моё. Отец работает на меня. Один из генеральных директоров.

— Получается ты из молодых да ранний.

— Что-то вроде того.

А раздосадованная на не понимание Иришка, в слезах хлопнув дверью отцовской машины, какое-то время шла по трассе. На высоченных шпильках, это было не просто, но она не уступила. "Джаз — музыка свободы, пренебрегающая рамками, границами и условностями. — Кипела она. — Весь мир понимает, а он нет. Неудивительно, что расовые предрассудки в нём так глубоко сидят, если он даже джаз не понимает". Вскоре ноги на десятисантиметровых каблуках начали подкашиваться. Рассерженный отец уехал, чего она, выскакивая, совсем не ожидала. Надеялась не мытьём так катаньем добиться своего. Отъедет и вернётся, ещё и прощение просить будет. Но родитель, на это раз не на шутку рассердившись, не собираясь потакать её фокусам, уехал. Мимо не останавливаясь неслись сплошным потоком машины. Проводив взглядом с сотню транспортных средств двинулась на своих двоих. Много не получилось. Во время поняв, что на шпильках она далеко не протопает, а дорога бесконечной лентой вьётся вдаль, принялась сначала вяло, а потом с энтузиазмом, ловить попутку. Колени подгибались и не выравнивались. Конечно, можно было снять шпильки, но босая на то и дело подвёртывающем под ноги гравии — это будут не ноги, отбивные. Она не выдержала и, кинув сумку на обочину, рухнула на неё. Ей было невдомёк, что люди, глядя на её экзотический наряд, прикидывали — проститутка. С утра не требуется и катили мимо. Но сидячий её образ сразу вызвал сострадание. Тормознул военный уазик. "О, меня наконец-то заметили!" Капитан рядом с солдатом водителем, спросил:

— Куда?

— Всё равно только чтоб к людям. — Ляпнула прищурясь она, критически осмотрев транспортное средство. "Отец непременно вернётся, а меня нет, помучится и уступит". Тут же созрел у неё план и она смело полезла в ту гору металлома.

На развилке ведущей в воинскую часть, капитан тормознул.

— Ну что барышня не передумала. Остаёшься на трассе или со мной?

Может и передумала, но после таких слов вскинула подбородок и смело заявила:

— А переночевать есть где?

— Найдём, раз так уж надо, — улыбнулся парень.

— Тогда поехали офицер, — бодренько скомандовала она.

Он внимательно скользнул по ней взглядом. Девушка и это её «офицер» были необычны. Раз поехали, то поехали. "Русский джип", ловко объезжая выщерблены на укатанной до чёртиков дороге, помчал в глубь леса. У ворот с КП посигналил. Солдат, поднатужившись, прокатил по рельсу ворота. Въехали. Она, оглядываясь назад, крутила головой. "Чёрте что? Похоже военная база!" «Уазик» встал около деревянного ветхого здания, парень помог ей выбраться и повёл на крыльцо.

— Это что? — не выдержала она, потирая ушибленную голову. Два раза подпрыгнув, стукнулась о верх. Пока сообразила где и за что держаться, шишек успела наставить.

— Зенитноракетный дивизион. А вот это общежитие. Проходи не бойся. Это моя жилплощадь. Правда однокомнатная, но мне больше и не надо. Устраивайся, я в штаб. Буду только вечером.

— Суббота же?

— У службы нет выходных.

— Дурдом.

"Надо же куда черти занесли. Но с другой стороны здесь точно не быстро найдут. Пусть помучаются". Маленькая месть родителю согрела сердце. Девушка смела прошла за капитаном. Он открыл ключом замок и пропустил её вперёд. Но сам не вошёл, а ухмыльнувшись исчез. Ира проводив его насторожённо ехидным взглядом осталась одна. С кислой улыбкой осмотрела апартаменты и осталась недовольна. Две солдатские кровати с тумбочками и шкафом из той же серии. Обшарпанный стол со стульями и маленький холодильник, наверняка принадлежат той же конторе. Компьютер, телевизор, видик возможно его. Хорошо, что окна выходят в лес. Шторы вне конкуренции. А вообще-то скука. Она осторожно села на кровать. А вдруг развалится. Но обошлось и она осмелела. "Похоже, я не рассчитала свои силы и зря погорячилась с отцом", — растянувшись поверх солдатского одеяла, покаянно подумала она. Но долгий перелёт дал о себе знать и она уснула. Проснулась, когда закат вползал в окно. Заглянула в узкую туалетную комнату и поморщилась. Душевой не нашла. Как они тут живут. Позёвывая, сунула нос в дребезжащий холодильник. Почти пусто. Куда попала, такая дыра!? Может, позвонить и вызвать отца или на худой конец брата? Но тогда она потеряет козырь и давление на отца не будет таким эффективным. За дверью послышались шаги, и в комнату вошёл хозяин.

— Ну как? — спросил он ухмыляясь, — ещё не сбежала?

— Вот ещё, — расхорохорилась она, сама не зная с чего. — Знаешь, я есть хочу.

Он удивился её высокомерию и наглости. Ответил пятьдесят на пятьдесят — немного резкости, немного покладистости.

— Я тоже. Надо было картошки пожарить или отварить.

Ох, как она удивилась. Наигранно оглядевшись она картинно ткнув холёный пальчик в грудь спросила:

— Мне?

— А кому же ещё. Разве ты не женщина или мне это показалось!?

Она встала, потянулась, демонстрируя ему свои красивые ноги и голый пупок. Поправила топик тряпочку на груди. Пожала покатыми голыми плечами.

— Я не умею. И вообще, с чего это мне таким заниматься, не собираюсь. Своди меня в кафе или ресторан.

Капитан внимательно рассматривал пыжущуюся девчонку: "Вроде ж всё как у всех: две руки, две ноги, чего из шкуры выпрыгивает непонятно. Откуда такие берутся". Ответил немного грубовато.

— Только шнурки на берцах поглажу. У тебя ж глаза есть, с каких пирогов в лесу ресторан. — Вдоволь насмотревшись на это чудо. Помучив пальцами подбородок. Он покладисто объявил:- Ну ладно не можешь, так не можешь, почищу я, а ты помой овощи и порежь салат.

Она от смеха согнулась пополам.

— Насмешил. С чего ты взял, будто я умею это делать. Знаешь, я как-то на такое не рассчитывала.

Капитан потихоньку начиная злиться всё же додумался задать простой вопрос:

— Потрясающе. Откуда ты свалилась в нашу жизнь.

Ира, продолжая кривляться, весело заявила:

— Из аэропорта. А что?

Капитан ещё раз посмотрел на неё, поправил берцем дорожку и делано вздохнул:

— Ничего. Пошли за мной на кухню. Будешь мыть овощи.

"О! Что за дела?!" Она выставила вперёд ладошки и поработала пальчиками. "Если слепой, то пусть посмотрит".

— Я испорчу маникюр.

Он почесал затылок и хмыкнул:

— Об этом я не подумал. Ладно, тогда рассказывай.

Не слушая ответа, он прошёл на маленькую кухонку. Она, постояв в брошенном одиночестве, отправилась следом допытываясь:

— О чём?

Он, возясь с кастрюлями и вёдрами совершенно не обращая на неё внимания, буркнул:

— Твоё дело.

Она, было, собралась открыть рот и действительно рассказать о своей жизни, но потом передумала. Всё-таки опасно мало знакомому человеку выбалтывать всё. И ловко перестроившись, заявила: