— Вообще, в Управлении неплохая библиотека.
— Сомневаюсь, что там есть что-нибудь из нужного мне, — поморщилась я.
— Что-то настолько специфическое? — полюбопытствовал Халим.
— Не то чтобы. Просто старое, и оттого очень ценное, — я пожала плечами. — Не думаю, что у вас тут есть книжки тысячелетней давности, да ещё в открытом доступе для всяких подозрительных посторонних личностей.
— Да, пожалуй, — хмыкнул молодой человек. — Ну, тогда хоть что-нибудь развлекательное возьмёшь, целый день сидеть без дела в четырёх стенах — взвыть можно. Библиотека, кстати, в конце этого коридора, — сообщил он. — А нам вот сюда.
И через пару поворотов мы попали в столовую. Опять же, ужасно похожую на аналогичное заведение в Доме Иллюзий.
В очередной раз я вознесла мысленную хвалу тому мудрому магу, что изобрёл несколько веков назад систему оплаты по отпечатку ауры непосредственно с банковского счёта. Это здорово облегчало жизнь, позволяя не носить с собой тяжёлые монеты. А, самое главное, сейчас я вполне могла оплатить свой обед, хотя денег при себе не имела.
В кабинет к Разрушителю мы вернулись, нагруженные зачарованными бумажными коробочками с едой, потому что Халим под влиянием витающих в столовой приятных запахов тоже решил, что проголодался, а потом мы сообща пришли к выводу, что и господин подполковник вряд ли откажется от еды, если она сама к нему придёт.
Вошедший практически следом за нами Разрушитель неодобрительно поморщился, увидев заставленный едой стол. Но подпоручик горячо предложил совместить полезное (еду) с очень полезным (разговором), я искренне его поддержала, и следователь сдался.
Хотя, стоило Зирц-ай-Реттеру начать задавать вопросы, тут же о своей неосмотрительности пожалела. Не то чтобы от рассказа портился аппетит, просто я вдруг поняла: мне нужно повторить следователю слова своего несостоявшегося убийцы. Дословный пересказ со всеми грубостями можно было опустить, но основные факты изложить стоило, а я не была уверена, что Халим в курсе всей этой истории. Очень хотелось надеяться, что нет.
— А потом он начал говорить жуткие гадости, — дойдя до этого момента я всё-таки придумала подходящую формулировку. — Про меня. Он явно был в курсе и истории с моей мамой, и… про Юнуса Амар-ай-Шруса знал. Говорил, тот ему всё рассказал. И я не выдержала. Наверное, убила бы, или по крайней мере попыталась бы, если бы не была такой трусихой, — я недовольно поморщилась.
— Это к лучшему, — успокоил меня Разрушитель. — Он так и так проживёт недолго, а сейчас у нас есть возможность как следует его расспросить.
— И он ответит? — недоверчиво нахмурилась я.
— А это как спрашивать, — мужчина ответил жутковатой кривой усмешкой. — Тем более, вы достаточно деморализовали его своей магией, а потом я добавил. Думаю, ради быстрой смерти он мать родную сдаст.
— Вы будете его пытать? — задала я вопрос, хотя, кажется, и так всё было понятно.
— Да, — просто ответил Разрушитель. А я не стала это никак комментировать. Во-первых, не мне его учить работать, а, во-вторых…
Безумная Пляска, наверное, что-то во мне сломала. Потому что раньше я бы точно ужаснулась; каким бы мерзавцем ни был человек, а я всё-таки считала, что опускаться до подобного нельзя. Да, убийца недостоин жизни, но только боги могут определить его наказание. В праве человеческом лишь ускорить встречу с богами, а мучить кого-то слишком жестоко.
Теперь мне было плевать на судьбу этого человека. И всех его товарищей тоже. Не смущала ни жестокость Разрушителя, задержавшего их посредством страшнейшей боли, ни перспектива их дальнейших мук. У меня даже аппетит не испортился.
Закончили мы ранний обед в тишине. А потом Разрушитель с помощником ушли, напоследок попросив меня без особой нужды никуда не уходить. Я пообещала, и даже сдержала это обещание, хотя в библиотеку всё-таки наведалась. Как и ожидалось, ничего, способного помочь мне в поисках смысла магии, там не было, как не было ничего интересного по моей специальности. В итоге после консультации с библиотекаршей, спокойной пожилой женщиной, я вооружилась парой приключенческих романов.
Книги оказались, к моей радости, весьма занимательными, и время я провела пусть без пользы, но хотя бы с удовольствием, поминая мудрую женщину добрым словом. Прервалась только тогда, когда кончилась первая книжка. И, бросив взгляд на часы, искренне удивилась: время подбиралось к девяти часам вечера. Странно, но за весь день в кабинет господина подполковника никто так и не заглянул, включая самого Разрушителя.
Понадеявшись, что хозяин кабинета не появится именно сейчас, я отправилась в душ. По-хорошему, это стоило сделать немного раньше, но книжка слишком меня увлекла.
Душ у господина подполковника был довольно тесный, но зато я нашла в небольшом стенном шкафчике чистое полотенце, а ещё — мыло и шампунь. Шампунь, правда, не слишком хороший, и после него прочесать мои волосы будет сложно, но ходить с грязной головой не хотелось. Знала бы, чем закончится сегодняшний день, вчера бы голову помыла. Зато запах мыла мне понравился, хоть и был он непривычно резкий, какой-то слишком мужской.
Нанюхавшись и придя к выводу, что запах этот мне нравится очень, я ещё и перестирала свою одежду. Тщательно вытираясь добытым в шкафу полотенцем, чувствовала себя очень гордой маленькой победой над собой: очень не люблю стирать руками.
Правда, чувство удовлетворения кончилось ровно в тот момент, как я сообразила: одеться-то мне не во что. Можно было бы накинуть иллюзию, но я сейчас сомневалась в своих силах. Создать одежду не проблема, но гарантировать, что иллюзия не сползёт в самый неподходящий момент, я не могла. Вряд ли я смогу переступить через своё смущение, если вдруг кто-то заглянет в кабинет, и действительно в нужной степени поверить в наличие на мне хоть какой-то одежды.
Прикинула к себе полотенце, и разочарованно вздохнула: оно, мало того, что было слишком коротким для моего спокойствия, так при этом ещё отвратительно мокрым. Вот когда я пожалела, что не являюсь Материалисткой!
Потом я вспомнила, что видела в шкафчике нечто, отдалённо напоминающее одежду, и заглянула внутрь.
Кажется, это были те самые шаровары и та самая рубашка, в которых господин следователь приехал в Управление. Тяжело вздохнув над своей глупостью, я понадеялась, что сегодня эти вещи Разрушителю не понадобятся, и, замотав полотенцем волосы, натянула рубашку. Одёжка с чужого плеча скрыла меня почти до колен, и это был плюс, а вот вырез оказался чересчур глубоким, но с этим пришлось смириться. Зато, будучи одетой хоть во что-то, я почувствовала себя увереннее; теперь можно было при необходимости прикрыться иллюзией, не боясь её исчезновения из-за моего смущения в самый неподходящий момент.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
