2. Военный визирь. Обязанности этого визиря состояли в представлении мне росписей войск и реестров жалованья, в знакомстве с расположением отрядов для предупреждения разбросанности и в сообщении совету обо всем, касающемся военного дела.
3. Визирь путешествующих и покинутых имуществ. Этот министр охранял от расхищения имущества отсутствующих, умерших, дезертировавших; он же следил за пожертвованиями, а также и за налогами, которые уплачивались путешествующими. Он собирал налоги, установленные со стад, прудов и лугов. Это был верный страж всех поименованных статей государственного казначейства и наблюдал за передачей имущества умерших или отсутствующих лиц их законным наследникам.
4. Визирь императорского двора. Он наблюдал за доходами и расходами двора и всего того, что выдавалось из казначейства или расходовалось на содержание лошадей и других вьючных животных. Я назначил трех визирей (интендантов) в пограничных областях и внутри государства для неусыпного надзора за охраной провинций и управлением государственными имуществами. Эти семь визирей или министров были подчинены начальнику дивана, и, обсудив с ними все дела, касавшиеся финансов, они доводили их до моего сведения.
Я хотел также назначить чиновника, обязанностью которого было докладывать мне о состоянии моих войск и моего народа, приросте и уменьшении народонаселения и о всех трудных делах, которые не были еще приведены в исполнение. Обязанностью представителя духовной власти было – докладывать мне о состоянии пенсионов, назначенных потомкам Пророка, о жалованье другим духовным лицам, равно как и о распределении вкладов и других фондов, определенных на дела веры.
Духовный судья доносил мне о делах, касавшихся религии, а гражданский – о делах, относившихся к его ведомству.
Я требовал, чтобы все государственные дела, все вопросы, которые касались перемен и нововведений, распределения войск и назначения амиров и, наконец, все рассуждения, в которых дело шло о представлении каких-либо планов или порядка ведения какой-либо операции, рассматривались в частном совете. Я установил, чтобы в этом совете присутствовал секретарь испытанной воздержанности, для ведения точных протоколов об этих тайных делах и их обсуждении.
Я приказал назначить несколько секретарей аудиенций (или публичного совета), которые поочередно должны были присутствовать в диване; они тщательно записывали все дела и затруднения, разрешенные или просто только обсуждавшиеся. Они включали в историю событий моей жизни суждения, которые я произносил, и все то, что происходило в моем совете.
В каждом департаменте управления состоял особый чиновник, который вел журнал прихода и расхода.
Постановления о назначении начальников (амиров) улусов, кушунов и тумэнов
Я предложил, чтобы амир каждой орды и каждого тумэна брал с собою в военное время по одному всаднику из каждой палатки, по одному из каждого дувала и, наконец, по одному человеку из каждого дома.
Повсюду, где бы они ни останавливались, их должны были снабжать водой и фуражом для продовольствия. Начальники племени получали Иргу и Бирк. Они были обязаны выводить в поле число всадников, соответствовавшее силе их улуса или тумэна. Из среды 40 оймаков, или начальников орд, которые признали мою власть, я желал (бы), чтобы 12 получили офицерскую тамгу, для того чтобы возвысить их на степень моих доверенных слуг. И я избрал начальников Барласа, Тархана, Аргуна, Салаира, Тулкачи, Дульди, Могула, Сельдуза, Туга, Капчака, Ерлата и Татарии.
В орде Барласа я поставил 4 главных офицеров. Амира Кодадада, которому я отдал область Бадакшана; амиры Яку, Ику-Тимур и Солейман-Шах получили в управление каждый пограничную область или провинцию. Сто лиц из орды Барласа были возведены в звание минбаши; наконец, Желаледдин Барлас был сделан десятым амиром, а Абу-Сеид – девятым.
В орде Тархана я пожаловал Балзеда седьмым амиром, а 20 воинов получили звание юзбаши.
В орде Аргуна Таш Хаджа я облек в достоинство восьмого амира и выбрал 20 лиц из этой орды в минбаши, юзбаши и унбаши.
В орде Салаира Тук-Тимур и Шир-Баграм мною назначены восьмым и девятым амирами и 20 лиц назначены унбашами и юзбашами.
В орде Тулкачи звание амира было оставлено за Алжету-Берди.
В орде Дульди то же звание дано Табан-Бехадеру и Сам-Бехадеру.
Тимур-Хаджи-Аглан был амиром в орде Могула.
Илчи-Бехадер – в орде Сельдуза, Али-Дервиш – в орде Туга.
Амир Сар-Бугха – в орде Капчака.
В орде Ерелата звание главного начальника было предоставлено амиру Мувиду, который женился на моей сестре, а Солянчи-Бехадер сделан амиром.
Это же звание получил Кунк Хан в Татарской Орде.
28 прочих начальников орд, которые не получили тамги, были просто названы начальниками племен для того, чтобы в военное время или для отправления военной службы они явились в число воинов, предписанных приказами.
Правила, которыми должны руководствоваться в своих отношениях начальник к подчиненному и подчиненный к начальнику
Хороший слуга должен знать, что его начальник вправе требовать от него то, что он сам требовал бы, имея слугу. Поэтому ему следует проявлять неутомимую деятельность на службе. Если его начальник, после выражения самого искреннего благоволения, делается к нему равнодушным, то он (подчиненный) должен обвинять в этом самого себя, а не начальника.
Добрый слуга привязывается и служит из расположения. Тот, кто не зная дружбы, питает в своем сердце только чувство ненависти, пожнет только несчастье, тогда как успехи и благосостояние преданного слуги будут возрастать со дня на день. Преданный слуга не оскорбляется выговорами или равнодушием своего господина, не питает злобы в своем сердце; он обвиняет самого себя в дурном обращении, которое переносит. Такой слуга заслуживает повышения.
Слуга корыстолюбивый будет ленив на работе.
Тот, кто забывает свой долг и повертывается спиной во время дела, не достоин внимания. Слуга, способный отделываться извинениями или просить (извинения) увольнения, когда предстоит сражение, который ищет средств скрыться и откладывает до другого дня дело, не терпящее отлагательства (таково было поведение Була и Тимур Аглана, покинувших меня в самый критический момент), – пусть имя такого слуги предается забвению, и пусть Всевышний его накажет.
Князья не должны лишать подданного власти, раз они его облекли таковою. Пусть они остерегаются низвергать того, кого возвысили. Человек, за которым раз признано достоинство и проницательность, не создан для того, чтобы быть презираемым. Если, по несчастью, такое оскорбление ему уже нанесено, то необходимо исправить это, возвысить оскорбленного на степень вдвое значительнее и предоставить себя его великодушию, потому что если у него останется злоба и он задумает отомстить за себя – он не замедлит понести за это наказание. Но подчиненный, который заботится сохранить место в сердце своего господина, не замедлит составить свое благосостояние.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
