Читаем без скачивания След крови - Китти Сьюэлл

Нет! Мадлен закусила губу, стараясь отогнать дурные мысли. К чему гадать?

При этом она просто кипела от злости: зачем Рэчел затеяла эту идиотскую игру в «кошки-мышки»? Мадлен достаточно разбиралась в психологии, чтобы понять: Рэчел имела целый ряд причин, по которым хотела узнать, не раскрывая себя, что представляет собой ее мать. И эта озлобленность, которую необходимо на кого-то направить, потребность найти крайнего… Но разве она сама не заподозрила правду, когда взглянула на дату рождения Рэчел, написанную выцветшими чернилами в медицинской страховке? В глубине души она была убеждена, что Рэчел — ее дочь, несмотря на то что все свидетельствовало об обратном: слова Невилла, беспристрастная точка зрения Джона, заверения самой Рэчел, что ее никто не удочерял.

Мадлен включила радио. Инфантильная девица-синоптик что-то щебетала об ужасной буре и угрозе наводнения. Мадлен вздрогнула. Она ненавидела бури, ненавидела наводнения! Временами уровень воды в реке Эйвон поднимался до критической отметки — таким уж было географическое положение города, — однако наводнения здесь были редкостью. Мадлен выключила радио, припарковала машину у дома Рэчел и выбралась наружу. Какой-то старик из соседнего дома стоял возле окна и следил за ней. А видела ли она его, когда приезжала в прошлый раз? Бедный старик, скорее всего вдовец, которому больше нечем заняться, как только целыми днями наблюдать за прохожими.

Мадлен подняла голову и увидела, что небо затягивают черные тучи. Она вздрогнула от мрачного предчувствия, хотя воздух был горячим и влажным.

Дверь открыла Рэчел. Она внимательно осмотрела улицу и молча втащила Мадлен в дом. Она переоделась в шорты, и ее длинные ноги и голые ступни были так похожи на ноги Мадлен!

— У нас мало времени, — сказала Рэчел и жестом пригласила Мадлен наверх, в гостиную.

Клочки ворсистых ярко-красных обоев сохранились местами на голых оштукатуренных стенах, потемневших от времени и сырости. Мадлен не стала украдкой рассматривать унылую гостиную дочери, а просто села на старомодный коричневый дерматиновый диван, покрытый царапинами и прожженный сигаретами. Из большого венецианского окна открывалась панорама Бата и холмов внизу, но сама комната выглядела мрачной. В ней был уродливый камин, выложенный зеленым кафелем, на окнах — выцветшие занавески с цветочками.

Рэчел плюхнулась на пуф и закурила, глубоко затянувшись, с видом полной безысходности.

— Я отослала Сашу, чтобы мы могли поговорить, но он скоро вернется.

Мадлен помолчала, оглядывая комнату.

— Где он?

От ее вопроса Рэчел чуть не подпрыгнула.

— В… гараже.

— А что он там делает?

— Кто? — нахмурилась Рэчел. — Ты о Саше спрашивала?

— Да, о нем.

Рэчел громко, чуть ли не агрессивно, рассмеялась. От этого смеха что-то надломилось в Мадлен, и она почувствовала, что вот-вот расплачется.

— Послушай, Рэчел. Может быть, сейчас не самый удобный момент говорить о нас, но я знаю, ты злишься на меня. Ты прожила целую жизнь, не зная…

Рэчел раздраженно прервала ее:

— Ой, прекрати! Не начинай. Только не сейчас.

— Ладно, вернемся к этому позже. Просто расскажи мне, что происходит.

Рэчел секунду молчала.

— Извини, Мадлен, — сказала она голосом, в котором слышался скорее страх, чем злость. — Я веду себя как последняя сволочь. Я знаю. Это от волнения.

— Поговори со мной.

Рэчел бросила на нее взгляд, полный неподдельной муки.

— Сначала я хочу, чтобы ты дала клятву. Я хочу, чтобы ты поклялась жизнью дорогого тебе человека. Когда ты узнаешь, что произошло, то, возможно, не захочешь мне помочь. Я пойму. Но в любом случае ты должна поклясться, что не пойдешь в полицию и никому ничего не расскажешь. От этого зависят безопасность и здоровье твоего внука.

Мадлен была удивлена как страстностью просьбы, так и торжественным тоном дочери.

— Хорошо, Рэчел, клянусь жизнью своей матери! — сказала она.

— У меня в гараже Антон. Мертвый, — с безучастным видом призналась Рэчел. — Я убила его.

Мадлен замерла. Она, казалось, лишилась дара речи.

— Господи, не может быть!

— Это вышло как-то само собой, хотя в глубине души я прекрасно отдавала себе отчет в том, что делаю. У меня не было другого выхода! У Антона с Юрием закончилось терпение. Я думала, что если завладею паспортом Саши, то это их остановит. Какая глупость! То, что они заберут Сашу, — только вопрос времени. Антон пытался обвести меня вокруг пальца, говорил, что я нужна ему… Но я прекрасно поняла, что меня ожидает. Прочла в его глазах. Уверена, они планировали меня укокошить.

— Рэчел…

Она нервно пожала плечами.

— Можно опустить подробности? Я уже и так через это прошла. Рвала на себе волосы, плакала, блевала… Думаю, меня посадят, а Саша окажется в каком-нибудь жутком детском доме. Я хватаюсь за соломинку, надеюсь, что есть какой-нибудь выход. Мадлен, пожалуйста, придумай что-нибудь! У тебя же светлая голова! — взмолилась она.

Мадлен на минуту прикрыла глаза и глубоко вздохнула. На нее словно вылили ведро ледяной воды. Несмотря на жару, тело покрылось мурашками, она задрожала. Она всегда считала, что обрести дочь — огромная радость, но то, что она услышала, и в страшном сне не приснится. Не похитили Сашу, не изнасиловали, избили или шантажируют Рэчел… Никаких мерзких угроз. Речь идет об убийстве.

Или…

— А как это произошло, Рэчел? При каких обстоятельствах?

— Он приехал за нами. Если бы я отдала ему Сашу, вероятно, все обошлось бы, но я не могла так поступить. Поэтому я набросилась на него, — равнодушно пояснила она. — Он на секунду повернулся ко мне спиной, и я размозжила ему голову стеклянной пепельницей. У него вместо лица кровавое месиво.

Господи, это даже не было самообороной! Мадлен закрыла лицо руками, пытаясь справиться с потрясением. Рэчел вернула ее к действительности.

— Я думала о том, чтобы сдаться в руки правосудия, но не могу из-за сына. Может, если бы я сразу позвонила в полицию, но я была в таком шоке… А теперь уже слишком поздно.

— Когда это произошло?

— Вчера поздно вечером.

— Рэчел, брось! — воскликнула Мадлен. — Ты все еще можешь сообщить в полицию.

— И что я им скажу? — огрызнулась она. — Даже не думай. Даже не упоминай о фараонах!

— Ладно, пока оставим это.

Рэчел вскочила с пуфика. Мадлен наблюдала, как она меряет шагами комнату, потирая длинными пальцами лоб.

— Нужно избавиться от трупа. Если удастся, если мы от него избавимся, если Антон не дал брату мой адрес, есть вероятность, что я выпутаюсь из этого кошмара. — Рэчел остановилась и посмотрела на Мадлен. — Мадлен, ты меня слышишь? У тебя же есть машина! Нужно вывезти труп и где-нибудь выбросить. Его брат, конечно, заподозрит неладное, но может решить, что я здесь ни при чем. А поскольку в стране они нелегально, вряд ли он заявит об исчезновении Антона.

— Рэчел, где Саша?

— А что? — Рэчел нахмурилась и посмотрела ее прямо в глаза. — С Шарлин. Они в кино.

— Кто такая Шарлин?

— Одна бездомная девушка, которая время от времени помогает мне.

— А они? Они что-нибудь видели?

Рэчел прижала руки к лицу и застонала.

— Не думаю. Не знаю. Я несколько часов придумывала, как бы отправить их из дому.

Мадлен все больше проникалась реальностью происходящего. Совершено убийство! Она выглянула в окно. Небо потемнело, вдали слышались первые раскаты грома. Тучи висели так низко, что казались куполом, который накрыл город, задыхающийся от горячего влажного воздуха. Чувство подавленности росло.

Она прервала путаный монолог Рэчел и сказала, что должна съездить домой переодеться. Вернется, когда стемнеет, поздно вечером. А Рэчел пока должна придумать, как отослать из дома Сашу.

В наступивших сумерках Рэчел напоминала привидение: ее кожа стала почти прозрачной, раскосые глаза таинственно сверкали в полутьме. Мадлен хотелось обнять дочь, заверить, что все будет хорошо, все наладится, но она прекрасно понимала, что этого уже никогда не будет.

Глава девятнадцатая

Когда Мадлен вырулила к центру города, на лобовое стекло упали огромные капли дождя. Создавалось впечатление, что кто-то наверху разбрасывает над Батом воздушные шарики, наполненные водой. Мадлен сбросила скорость и припарковалась у обочины. После того урагана ее уже никогда не покидали страх и ненависть к бурям. Она напомнила себе, что Рэчел родилась под покровительством Чангб — ориша грома и молнии. Возможно, и сейчас Чанго в трудную минуту пришел к Рэчел на помощь.

Она посидела в машине, глядя на крыши домов и нависшие над городом тучи. Потянулась к сумочке, достала мобильный телефон и принялась просматривать электронную записную книжку. Наткнувшись на номер директора тюрьмы, нажала кнопку соединения.