Читаем без скачивания След крови - Китти Сьюэлл

— Помните, несколько месяцев назад вы сказали, что я могу вам доверять? Что мы друзья на всю жизнь, что вы никогда меня не подведете?

— Конечно, помню! У меня фотографическая память. — Он постучал пальцем по лбу. — Это случилось вдень вашего рождения. Четырнадцатого марта.

— Эдмунд, послушайте… Я доверяю вам самое сокровенное… Мне нужна ваша помощь. Только вы можете посоветовать, как поступить. Но сначала поклянитесь, что вы отвечаете за свои слова.

— Я никогда не беру своих слов назад! — холодно отрезал он.

— И вы сдержите свое обещание, даже если я больше сюда не приду и не увижу вас?

Они не сводили друг с друга глаз. Тень страдания от того, что он теряет Мадлен, легла на лицо Эдмунда. После продолжительного молчания он кивнул.

— Я уже говорил.

Ее время почти истекло. Молодой тюремщик регулярно заглядывал в коридор. Мадлен еще никогда так близко не стояла рядом с Эдмундом, их головы почти соприкасались.

— Вы уверены, что его не опознают? — спросила Мадлен.

— Мадлен, радость моя, если он нелегальный эмигрант и не имеет при себе документов, установить его личность будет чрезвычайно трудно. А если ее все же установят, в чем я очень сомневаюсь, его смерть будет выглядеть как гангстерская разборка. — Эдмунд помолчал. — Как я уже говорил, я могу легко избавить вас от трупа, но это займет день-два.

— Нет, забудьте об этом. Моя дочь не выдержит ожидания. К тому же эта жара…

— Тогда запомните первое правило: главное — выбрать место. Место! Вы уверены, что у вас есть такое на примете?

Мадлен кивнула.

— Да, можете не сомневаться, есть.

— Туда нужно добираться на машине?

— Да.

— Повторите-ка, что вам необходимо.

— Фонарь, нож, газеты, зажигалка и на всякий случай спички, резиновые перчатки, пластиковый контейнер или стеклянная банка, пакеты для мусора, две канистры бензина.

— Ничего не забыли?

Мадлен пожала плечами.

— Ax да… секатор. — Из ее глаз хлынули слезы, она покачала головой. — Эдмунд, только не это! Пожалуйста! Это уже чересчур. Я не смогу.

Ее слезы расстроили Эдмунда. Он протянул руку, как будто хотел дотронуться до ее лица.

— Ладно, красавица моя. Не плачьте. Забудьте о секаторе. Это просто дополнительная предосторожность. Вот и все. Можете секатор не брать.

— Время вышло! — крикнул надзиратель.

Они обменялись взглядами.

— Делайте все спокойно, — напутствовал Эдмунд. Он грустно улыбнулся. — Отнеситесь к этому как к работе.

— Ладно.

— Я буду думать о вас, любовь моя.

— Спасибо. Держитесь, приятель. Я вас никогда не забуду… никогда.

Она просунула руку через заслонку. Эдмунд схватил ее и поднес к губам. Она не отдернула руку, ее было наплевать, что скажет надзиратель.

Поцелуй убийцы сейчас заботил ее меньше всего.

Когда она направлялась назад в Бат, дождь припустил не на шутку. Сильные порывы ветра бросали на лобовое стекло потоки воды. На дорогах почти не было машин. Никто в здравом уме не стал бы садиться за руль в такую ночь.

Она остановилась у своего дома, сняла юбку и блузку, надела поношенные джинсы, футболку и кроссовки. Засунула фонарик и непромокаемую куртку в хозяйственную сумку, а в другую бросила две коробки спичек, хозяйственные резиновые перчатки, дешевую зажигалку и все газеты, что были в доме.

Мадлен долго в нерешительности стояла в прихожей. Она знала, что нужно идти, время дорого. Она же может взять эти проклятые ножницы, даже если и не станет ими пользоваться. Бросившись в сарай, Мадлен вытащила секатор, на мгновение остановилась и взглянула на него. Садовые ножницы были новыми, приобретенные специально для того, чтобы обрезать волокнистые листовидные отростки вашингтоний — вееролистных пальм, растущих в саду Мадлен. Если бы в то солнечное мартовское воскресенье в центре садоводства, где Она опробовала свою покупку на прутике, Мадлен знала, для чего ей понадобится новый секатор…

Спрятавшись под зонт, она поспешила к машине. На улице пи души, дождевые капли подобно мириадам крошечных Взрывов разбивались и пенились на асфальте. Она поехала окольными путями, остановилась на заправке, залила полный бак бензина и положила две канистры в багажник.

Направляясь к дому Рэчел, Мадлен подумала о Форресте. Форрест! Где он? В каком измерении? Что бы он сказал об этом путешествии в ад?

Глава двадцатая

Шарлин с Сашей играли в домино. Когда Рэчел вошла в дом, то услышала их смех и веселые голоса.

— Ребята, привет! — воскликнула она, поднявшись в гостиную. — Кто выигрывает?

Она, стараясь вести себе непринужденно, плюхнулась на диван. Если бы они присмотрелись к ней повнимательнее, то заметили бы ее испуганные глаза и то, что она курит одну сигарету за другой, но они были слишком поглощены игрой. Едва ли они вообще заметили, что Рэчел вернулась. Саша явно выигрывал. Он, как бывало раньше, хрустел чипсами, лица сияло от восторга и азарта.

Рэчел молила бога, чтобы Шарлин согласилась на ее предложение. Почему бы и нет? Честно говоря, девушка из кожи вон лезет, чтобы помочь, стать незаменимой. Избавиться от нее будет неимоверно трудно. Она так часто ночевала на улице, что теперь явно ценила домашний уют. Как ни жаль, но с ней нужно распрощаться — чем меньше людей знает о жизни Рэчел, тем лучше.

— Шарлин! — позвала Рэчел. — Пойдем на кухню, нам нужно поговорить.

Шарлин выглядела озадаченной, но встала и последовала за Рэчел.

— Саша, включи телевизор, — велела Рэчел. — Я принесу тебе сок и печенье, дорогой.

— Мама, у нас как раз середина партии, — запротестовал он, но нажал кнопку пульта. Телевизор ожил.

На кухне Рэчел усадила Шарлин за стол.

— Послушай, ты уже взрослая и должна меня понять, — начала Рэчел. — Я встретила мужчину. Он придет сегодня вечером. Я хочу, чтобы он остался на ночь. Ты понимаешь, о чем я?

Шарлин вздернула носик и хмыкнула.

— Еще бы! Понимаю.

— Я хочу, чтобы ты оказала мне услугу. Я чувствую себя неловко, когда здесь Саша. Только не в первую ночь! Вдруг он проснется и застанет нас… ну, понимаешь… в двусмысленной позе. И вообще я не хочу, чтобы этот парень сразу узнал, что у меня есть ребенок. Это может его отпугнуть.

Понимающая улыбка Шарлин поблекла.

— Правда? А что плохого в том, что есть ребенок? Вы же не сможете скрывать правду… Хотя дело ваше.

Разумеется, девушка права, но Рэчел вынуждена была не обращать внимания на ее насмешливый взгляд.

— На Фэрфилд-роуд открылась небольшая гостиница. Сразу за парком. Я только что туда заглядывала. Ты не против? Всего на одну ночь. Может, вам даже понравится — будете смотреть телевизор прямо в постели, полупите полноценный английский завтрак…

Шарлин продолжала улыбаться.

— Да, наверное… деньги-то ваши.

— Может быть, поедете туда прямо сейчас? Он может прийти с минуты на минуту.

Шарлин встала и поправила кепку. Рэчел подарила ей старую бейсболку вместо нелепой шапки с кисточкой. Несмотря на то что волосы Шарлин стали отрастать, с кепкой девушка не расставалась.

— Ладно, — сказала она, но у двери, обернулась. На ее лице играла бесстыдная усмешка. — Я отошла от вас подальше, так что могу признаться… Я-то думала, что вас больше интересуют девушки.

Она скрестила два указательных пальца и подняла их вверх, будто защищаясь.

— Да пошла ты, Шарлин!

Нaвисли низкие грозовые тучи. По радио прогнозировали сильные дожди. Какая радость, учитывая нехватку пресной воды! Рэчел так и не могла решить, хорошо ли это. Хотя на улицах будет потемнее, да и народу поменьше.

Была уже половина десятого, дождь лил как из ведра, когда Мадлен подошла к входной двери. Она была сама на себя не похожа. Бледность проступала даже под смуглой кожей, глаза почернели, стали еще больше и запали, нос заострился, губы побелели. От дождя ее волосы на висках завились спиралями, а джинсы и футболка промокли. В таком виде, избавившись от имиджа деловой женщины, Мадлен выглядела моложе, настоящей красавицей. Было в ней что-то неукротимое, но невинное.

Рэчел открыла дверь и осмотрела улицу. Вокруг ни души.

— Где твоя машина?

— Оставила неподалеку.

— Она достаточно вместительная?

— Рэчел, нам нужно поговорить.

— Нет! — Она покачала головой и сжала кулаки. — Можешь забыть обо всем.

— Рэчел, дай мне войти!

Рэчел глубоко вздохнула, но времени разглагольствовать, бесноваться и раздражаться не было. Она направилась по лестнице в гостиную.

— Послушай! — Стоя на верхней ступеньке, она обернулась. — Если ты собираешься вмешивать сюда полицию, то можешь отправляться туда, откуда пришла.

— Успокойся, — решительно ответила Мадлен. — У меня есть план.