Пока мысли носились сумасшедшим вихрем в моей голове, настороженный эльф плел какое-то заклинание, причем ни одного движения, которое выдало бы готовящуюся волшбу, я не заметила. Скорее, движение потоков сил, дрожание воздуха и изменение эмоционального фона, а мои новые глаза позволяли это увидеть. И вполне адекватно ответить.
— Зря стараешься, остроухий, — усмехнулась я, когда появившиеся ниоткуда шипастые лианы сомкнулись не на моем беспомощном теле, а на потрескивающей огненной броне, мелькнувшей в момент соприкосновения с чужой магией.
Растительные путы рассыпались пеплом, а я перевела дыхание: странная эльфийская магия вызывала колючий откат в теле. Зрачки противника слегка расширились, и это было единственным признаком удивления от того, что его неожиданная магическая атака провалилась. Далее последовала серия молниеносных выпадов, которые я с трудом, но успела блокировать и отвести в сторону. Эльф напротив молча изучал меня, а я решила добить.
— Что вам нужно от меня, представитель древнего народа Перворожденных? — эту фразу я произнесла на безупречном эльфийском, с непривычки запнувшись перед последним словом, что могло прозвучать как издевка, если бы не серьезный тон без моей обычной язвительности.
Ну и выдержка у этих ушастых! Услышав слова родного языка из уст молоденькой девчонки, да к тому же человеческой, эльф лишь слегка опустил ресницы, делая себе пометку о том, что от этой конкретной представительницы рода людского можно ждать сюрпризов.
— Я, Маркоарвиэль ин Крашшарми, сын Озерного клана, прошу вас сопровождать меня к правительнице Иллианэль, действую по ее распоряжению и с ее благословения, — он убрал меч в ножны и отвесил мне поклон.
Зря клинок-то спрятал, друг любезный. Я еще не решила, идти с тобой или нет, да и за удар по затылку не рассчиталась. После последней мысли в голове как по команде раздался голос Орая Аюма. Комментатор фигов, вещает, когда ему вздумается, пока я синяки и шишки набиваю!
— Лея, есть одна полезная вещица в Паутине миров, до которой не смогли добраться загребущие ручки магов Гильдии. Вещь эта называется Драконий Кодекс. Тяжело будет к ней добраться, но с другой стороны, там могут быть некоторые ответы, без которых ты не разгадаешь эту загадку. Кстати, хранится Кодекс у эльфов, можешь начинать думать, как их уговаривать показать тебе старую реликвию.
Уговаривать? Кто кого тут будет уговаривать, хе-хе!
— Маркоарвиэль ин Крашшарми, сын Озерного клана, было ли предусмотрено применение силы по отношению ко мне великой праматерью, или это ваша личная инициатива?
— Прошу простить меня. После выполнения задания правительницы я готов предоставить вам сатисфакцию в любом размере и любым удобным для вас способом. Мне было приказано сопроводить вас со всем уважением, так что некоторые применяемые мной методы могут быть не совсем одобрены Иллианэль.
Угу, накостыляет тебе правительница по первое число, если я нажалуюсь. А, может, и нет, хмыр вас, эльфов, разберешь.
— Можешь не сомневаться, размер и способ я придумаю, так что не расслабляйся, — я перешла на всеобщий, чтобы не портить мелодичный певучий эльфийский слог язвительными высказываниями. — Ну, веди, проводничок.
Я прошла мимо эльфа, старательно и совершенно случайно наступив ему при этом на ногу. Выдох сквозь сжатые зубы за спиной стал мне бальзамом на сердце.
— Кстати, — я повернулась к скривившемуся эльфу, — вы должны отправить кого-то к моим друзьям в ту рощу, где самым постыдным образом похитили меня, и предупредить их, что со мной все в порядке, так что пусть действуют согласно нашей старой договоренности. В противном случае я никуда с вами не пойду.
Как ни странно, эльф кивнул, согласившись на мои условия.
* * *
Мы с Маркоарвиэлем добирались до сердца эльфийских миров очень долго. У меня даже глаза устали от окружающих растительных пейзажей, которые могли бы быть, несомненно, прекрасными, но не в таком же количестве! Деревья, леса, луга с разнотравьями, синие-синие небеса с золотыми солнцами, озера и снова леса. Мы перемещались сетью телепортов, кое-где приходилось пробираться сквозь густые заросли, чтобы не попасться в защитные ловушки и сети, рассчитанные на нарушителей эльфийского спокойствия. Аэйя — мир, в котором находилась правительница эльфов, седьмой в цепи, тоже, конечно, был зелен и, ко всему прочему, искусственным образом закрыт для телепортации. Он состоял из множества островов, на каждом из которых среди деревьев жили знатнейшие эльфийские кланы. Наш же путь лежал к Центру мира, к так называемому Древу Мира, крона которого заслоняла половину неба на Аэйе.
При выходе из последних Врат, я чуть не споткнулась, увидев нереальное зрелище. Величественное Древо подпирало небо на горизонте, переплетаясь ветвями с несколькими деревьями поменьше, так что складывалось ощущение, будто солнце просто катится по огромным ветвям, подпрыгивая по листьям. Я подобрала челюсть и пошла следом за своим провожатым.
Мы с Маркроарвиэлем практически не разговаривали, зато на единственной вынужденной ночевке я съела все его припасы, чем несказанно удивила: одна чудесная эльфийская лепешка могла насытить на день взрослого мужчину, а я съела их штук пять, зажевала вялеными фруктами и запила травяным настоем из фляжки. На пятом пирожке глаза эльфа сменили разрез с миндалевидного на круглый, и он, наконец, снизошел до вопроса.
— Госпожа Аррлея, вы всегда столько едите?
— Нет, — ответила я, пережевывая обалденно вкусное лакомство, — только когда нервничаю. А вы меня нервируете, уважаемый. Никогда не знаешь, когда вновь придется получить по затылку от такого спутника.
Я невозмутимо отхлебнула отвар, злобно хихикая в душе. Марко держался молодцом, улыбаясь и скрипя зубами мне на радость от постоянных насмешек и подковырок. Думаю, он потихоньку молил великую праматерь, чтобы она удавила меня при встрече и этим вознаградила его за терпение. Кстати, про себя я уполовинила имя ушастика, чтобы хоть мысли не ломать, раз уж язык приходится. И если судить беспристрастно, забыв о неприятностях первой встречи, он был просто душкой. Спокойный, красивый, гибкий и тонкий, но без хрупкости, а скромная загадочная улыбка, изредка появлявшаяся на лице в те моменты, когда он забывал обо мне, вызывала желание улыбнуться в ответ. От него не веяло той мужественной силой и таинственной чувственностью, которая как магнитом влекла меня к Даррену, но Марко был по-своему очень интересным и привлекательным мужчиной. С самыми красивыми ушами, которые я только видела. Хе-хе, Даррен, я все равно люблю тебя!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
