— Не важно как я это узнал, — спокойно продолжил Наз, — главное я попал в точку. Твоя дочь сбежала в лес, но вынужден тебя разочаровать: какой бы замечательной бегуньей она не была, мои славные ребятки догонят её и приволокут обратно.
— Это эти что ли? — Стуб махнул мечом в сторону закутанной в плащи троицы.
— Именно. Полагаю мы дали твой дочери достаточную фору. Пора начинать охоту… Прошу вас, господа, откиньте капюшоны.
Составляющая компанию магу и шаману троица послушно открыла лица. Очень уродливые, злые лица полулюдей полузверей. Стуб мгновенно узнал оскалы волколаков и инстинктивно выставил перед собой меч, отгораживаясь от непредсказуемых врагов.
— Не беспокойся, Стуб, они тебя не тронут, — усмехнулся реакции паладина Наз. — Я знаю, что даже втроём против тебя одного у них практически нет шансов. Не для того я выложил за каждого из них по пятьдесят золотых колец, чтобы ты перебил их у меня на глазах. Тобой, Стуб, займусь я лично, а оборотни по свежему, горячему следу погонятся за твоей дочуркой. Представляешь, что они с ней сделают, когда поймают. Эти создания обожают насилие. А мне ведь совершенно всё равно, в каком состоянии они доставят твою девочку, лишь бы была жива. И, что самое ужасное, ведь ты не сможешь их остановить, потому что ещё есть я и уважаемый Кремп, и тебе придется сперва сразиться с нами. Потом же ты, попросту, не успеешь догнать волколаков. Да и не будет у тебя никакого потом.
— Наз, зачем ты это делаешь? Тебе был нужен я — так вот он я, перед тобой. Убей меня, если сможешь, но, пожалуйста, не трогай мою дочь. Она лишь маленькая беззащитная девочка и никогда не станет Алым паладином.
— Сожалею, но ты сам виноват, — развёл руками маг. — Нечего было дочь в лес отсылать. Осталась бы Лепесток дома, я бы оборотням и пальцем к ней прикоснуться не позволил. Но девчонка сбежала, и теперь её надо догонять.
— Да зачем она тебе сдалась?
— Всё, мне надоела эта пустая болтовня, — раздражённо отмахнулся Наз и, повернувшись к оборотням, приказал им: — В погоню, мальчики. Ату её!
Все трое одновременно рванули к широко распахнутой двери дома Стуба, на ходу оборачиваясь волками. Алый рыцарь попытался преградить им путь, но в руках у Наза вдруг буквально из воздуха материализовалась идеально ровная, розового оттенка, приблизительно метровой длины палка, и он решительно атаковал Стуба. Паладину поневоле пришлось притормозить и вступить в схватку с Высшим магом.
Стуб не очень-то опасался грозного Посоха Мощи в руках у Высшего, потому что в эпоху расцвета Алых паладинов тот применялся магами куда чаще, чем теперь. Сейчас, чтобы стать магом второй ступени подмагу необходимо овладеть высшим заклинанием «Продление жизни» или, как его ещё называют, «Бессмертие». Ведь сейчас на острове царит мир и покой, и благополучию магов ничто не угрожает, так что живи и совершенствуйся в меру своих способностей. В те же времена, когда Магические замки были независимы, и маги из разных замков, мягко выражаясь, недолюбливали друг друга, поединки между ними были вполне обыденным делом, и магу приходилось в первую очередь задумываться не о продлении жизни, а о её сохранении. Поэтому, чтобы стать магами второй ступени, подмаги стремились в первую очередь овладеть не высшим заклинанием «Бессмертие», а высшим заклинанием «Посох Мощи».
Перед прикосновением Посоха Мощи были бессильны даже зачарованные доспехи Алых паладинов. Но на стальные клинки их мечей убийственная мощь Посоха не распространялась, и паладины могли сколь угодно долго отмахиваться мечами от грозных Посохов Мощи. Конечно, преимущество мага, владеющего Посохом Мощи, перед Алым Паладином было очевидно. Ведь магу было достаточно коснуться Посохом любой части тела противника, и тот тут же умирал. В то время как Алому паладину для победы непременно нужно было нанести смертельную рану и желательно не одну или отрубить магу голову, потому что под воздействием целительных заклинаний обычные раны мага затягивались прямо на глазах, а отрубленные конечности через несколько секунд срастались вновь. И всё же Алые паладины настолько превосходили магов в фехтовальном мастерстве, что поединки между ними были строго-настрого запрещены.
Меч Стуба с Посохом Наза переплелись и закружились стремительном танце.
Маг оказался на диво хорошим фехтовальщиком. Впрочем, Посох его, как он ни старался, неизменно натыкался на отточенную сталь Алого паладина, в то время как мечу за первую минута поединка удалось нанести хозяину Посоха с добрую дюжину неглубоких царапин. Крохотные ранки тут же затянулись, но дыры в плаще остались.
На восьмой минуте поединка, когда плащ, рубашка и даже штаны Наза превратились буквально в изодранные лохмотья, Стубу удалось-таки подловить противника на ложном замахе и ловким движением изящно закрутить и выбить смертоносный Посох у него из руки. Вот и всё, по сути дело было сделано, оставалось лишь добить мага, пока тот не успел сотворить новый Посох Мощи.
Обезоруженный Наз растерянно попятился. Стуб бросился на него, как коршун, и практически без замаха вонзил свой меч точно под левую грудь мага.
И тут произошло нечто невероятное, немыслимое и непонятное!
За доли секунды изодранный плащ затаившего дыхание в ожидании неминуемой гибели мага вдруг из красного превратился в черный. Меч легко вспорол дорогую ткань плаща и плавно вошел в нежную человеческую плоть…
Жуткая боль в левом боку вынудила Стуба разжать пальцы и выпустить оружие. Но он так и не успел поднести руку к страшной ране. Смерть наступила практически мгновенно.
Последним, что Алый паладин увидел и услышал в мире живых — были полные недоумения и откровенного ужаса глаза возвышающегося над ним живого, невредимого мага и жуткий, неестественный, МЕРТВЫЙ смех, загадочным образом вырывающийся из-за плотно сжатых губ Высшего.
* * *
Наблюдавший за поединком со стороны Еж-Кремп так толком и не понял, что произошло. Секунду назад Стуб нанес Назy казалось бы верный, смертоносный удар, нанес очень быстро, неотвратимо быстро. Но, вопреки логике и здравому смыслу, в итоге, именно Алый паладин почему-то упал, а из его рассечённой груди ударил фонтан крови.
Возвышаясь над коченеющим трупом врага, Наз каким-то непривычно отчуждённым голосом пробурчал себе под нос странную фразу: «Ты великий воин, но Повелителя Грёз погубить невозможно». Несуразица какая-то. Впрочем, это вполне могла быть концовка какого-нибудь недоступного пониманию Кремпа высшего заклинания.
Еще Кремпу почудилось, что красный плащ Высшего вдруг на несколько мгновений почернел. Конечно он запросто мог ошибиться, ведь заливавший деревню мерзкий зелёный свет ужасно искажал цвета. Красный плащ от чёрного при таком освещении отличить было очень не просто. И все же Кремпу показалось, что на считанные мгновения плащ поменял свой цвет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
