— Я ко всему готова, падре, — сказала Каталина, опустив голову, — и всецело полагаюсь на божью милость и на вас. Только вам под силу вразумить моего супруга.
— С божьей помощью сделаю все, что потребуется. Я неустанно буду молиться за это. Ну, а теперь скажи, дочь моя, куда ты направляешься?
— В Мадрид, — без малейших колебаний сообщила Каталина. — Там живет моя сестра с мужем, они позаботятся обо мне. Элена так же, как и я, носит под сердцем дитя.
— Это как нельзя кстати, — задумчиво произнес отец Сильвестр. — Пожалуй, для начала вполне подходящее решение. В первую очередь Себастиан будет разыскивать тебя, дочь моя, в Андалусии, в доме родителей. Но, не обнаружив, конечно же, отправится к другим родственникам в Мадрид, и тогда снова придется скрываться.
— Что же вы предлагаете, падре? — растерянно вздохнула Каталина, опускаясь в кресло.
— Я написал письмо аббатисе монастыря де-лас-Дескальсас-Реалес. Монастырь находится в предместьях Мадрида. Там можно укрыться до рождения ребенка. Вот письмо, — он протянул Каталине запечатанный конверт. — Монахини из ордена клариссинок помогут вам, ваше сиятельство. Будьте покойны, в их обители вы будете чувствовать себя в полной безопасности. Мать-настоятельница добросердечная женщина, она не откажет в помощи, тем более той, что попала в беду.
— Благодарю, падре.
Отец Себастиан кивнул и, пока Каталина в молчании поглощала пищу, запивая ее разбавленным вином, он обошел покои маркизы и с удобством разместился напротив горящего очага, вытянув уставшие за день ноги.
После плотного обеда Беатрис помогла Каталине переодеться в мужскую одежду для верховой езды и, предварительно заплетя ей тугую косу, спрятала роскошные пряди под шелковую сетку для волос, поверх которой надела биретту священника, любезно переданную отцом Сильвестром. Недолго посовещавшись, решили, что Каталина облачиться в плащ падре, дабы ни у кого не возникло ненужных вопросов и подозрений, и она смогла бы беспрепятственно покинуть замок, выдавая себя за отца Сильвестра. И хотя по комплекции молодая маркиза заметно уступала достопочтимому падре, предусмотрительная Беатрис накинула поверх рубашки своей подопечной мужской парчовый камзол, более-менее соответствующий невысокому росту сеньоры, кое смогла отыскать в кладовых замка, а для пущей убедительности к мягким сапожкам прикрепила высокие деревянные колодки, обмотав их тряпицами.
— Дочь моя, когда выйдешь за ворота замка, — отец Сильвестр оставшись довольным внешним видом Каталины, давал ей последние напутствия, — спустись по склону, но, не доходя деревни, сверни направо в сторону леса. Там тебя поджидают двое провожатых. Один из них охранник из Сент-Ферре, а другой — молодой парнишка из деревни, младший сын кузнеца. Я говорил с ними. В их преданности не стоит сомневаться.
— Но что будет с ними и с их семьями, когда Себастиан узнает о побеге?
— Об этом не беспокойся, дочь моя, — лицо доброго падре озарила улыбка. — Паскуаль, охранник из Сент-Ферре, сирота и давно задумывался над тем, как перейти в лоно церкви. Я и для него написал письмо в монастырь Сан-Хуан, что вблизи от Толедо. А Крус частенько пропадает из дома. Паренек прирожденный охотник и привык надолго уходить в горы. Так он чувствует себя свободным, не обремененным никакими обязательствами. Эта жизнь его вполне устраивает, поэтому о нашем юном охотнике еще долго никто не вспомнит. Он хороший малый, знает округу и поможет скорее добраться тебе, дочь моя, до назначенного места.
Каталина снова опустилась на колени перед священником:
— Благословите меня, падре, — и она припала губами к его теплой руке.
— Благословляю, дочь моя, — отец Сильвестр ласково взглянул на нее. — Теперь поторопись, время не ждет, и будь осторожна.
Беатрис накинула на плечи маркизе широкий плащ священника.
— Ну, что ж, Беатрис, мне пора в путь, — Каталина порывисто обняла плачущую женщину. — Благодарю за все.
— Пусть Господь хранит вас, ваша сиятельство, — вымолвила экономка, утирая слезы передником. — Я зашила в камзол ваши драгоценности, они понадобятся вам в дороге.
Каталина с благодарностью кивнула и обвела взглядом комнату, где прожила не самые счастливые дни своей жизни, коротко вздохнула и сердечно распрощалась с друзьями. Натянув капюшон до середины лица, она спустилась по лестнице и вышла во двор, подражая размеренному шагу отца Сильвестра и легкому наклону его головы, лишний раз не суетясь и не спеша, дабы ни в ком не вызвать и тени сомнения, что это идет почтенный священнослужитель. Как она на то и рассчитывала, ее никто не остановил и не окликнул. Слуги и стража, встречавшиеся ей на пути, смиренно кланялись и уступали дорогу уважаемому «падре».
Ей оставалось пройти до открытых ворот не более двадцати шагов. Сердце гулко стучало в груди, и готово было вот-вот выпрыгнуть, приближая долгожданный момент, как вдруг она услышала позади себя детский голосок.
— Отец Сильвестр, это вы? — к ней со всех ног бежал мальчуган, радостно приветствуя «падре».
Каталина остановилась как вкопанная, узнав голос Тео. Глубоко вздохнув, она повернулась на зов мальчика, но, не желая быть узнанной чересчур смышленым ребенком, поспешно отошла в тень, под козырек хозяйственной постройки. Впрочем, в свете факела, отбрасываемого от стены, ей хорошо был виден приближающийся мальчуган.
— Падре, я ждал вас сегодня, — Тео казался взволнованным. — Я хотел услышать от вас историю Колумба, о его удивительных приключениях в Новом Свете. Почему вы не пришли?
Повелительный тон мальчика и уверенный, пронзительный взгляд вкупе с гордой осанкой, воочию знакомые ей, как острым лезвием прошлись по сердцу Каталины. Несмотря на то, что Кармен де Лангара была вдовой, Каталина безошибочно определила, что Тео никогда не был сыном барона Рохо. И ей не нужно было знать барона в лицо, чтобы доказывать очевидное, потому что она достаточно хорошо знала настоящего отца мальчика. Недаром знойная красотка все время крутилась поблизости. Себастиан и Кармен когда-то были любовниками, и от этого союза у них родился сын! Неожиданное открытие ошеломило ее, не оставляя место сомнениям в истинных причинах того, почему баронесса жила здесь и считала себя полноправной хозяйкой замка. Именно поэтому маркиз держал Кармен и Тео в Кастель Кабрерас! Других оснований она просто не видела. Но тогда отчего Себастиан не женился на своей любовнице и не усыновил мальчика? Однако ответа на этот вопрос у нее не нашлось. Знакомое чувство ревности с новой силой вспыхнуло в ее душе, но она не могла злиться за это на ребенка. Он ни в чем не был виноват.
