— Ты выглядишь очаровательно, Унэ, — проговорил Честер, — как на картинке из какой-нибудь старинной книги. Ну, теперь мы можем…
— О боже, там кто-то бежит, — вскрикнула Унэ. — Спрячемся?
— Стой тут, в проеме, а я присяду за мусорный бак.
Едва Честер успел скрыться, как в конце аллеи появился полицейский с подбитым глазом.
— Вот она, ребята, — закричал он, — я же вам говорил…
Честер выглянул из укрытия и увидел приближающихся цепью полдюжины полицейских.
— Следите за каждым ее движением. Она похожа на акробатку из цирка. Ну как, сестренка, будешь опять сопротивляться или пойдешь за нами?
— Эй, сержант, ты же говорил, она голая.
— Просто она уже оделась. Но девица та же.
Полицейские с опаской подошли ближе.
— По-моему, она не опасна, — заметил толстый полицейский.
Из своего укрытия Честер вытянул ногу, и полицейский, сделавший резкий шаг вперед, чтобы схватить Унэ, зацепился за нее и плюхнулся лицом в кучу отбросов. Унэ бросилась бежать, полицейские рванулись за ней. Раздались хриплые вопли и звуки борьбы.
Честер, поспешивший на помощь, наступил ногой на что-то скользкое и рухнул как подрубленный. Вспыхнувший в его глазах сноп искр сменился темнотой…
Голова у Честера раскалывалась. Он перевернулся и вновь впал в забытье. Нужно, видимо, пожаловаться администрации насчет матраса, да и не жарко здесь в общем-то. Он пошарил, пытаясь нащупать рукой одеяло, наткнулся на твердую неровную стену, открыл один глаз и уставился на железные решетки и бетон. Потом привстал и нащупал огромную шишку на затылке.
— Унэ? — позвал он.
Ответа не было. Он поднялся на ноги и поплелся к двери. Прижавшись лицом к решетке, Честер увидел длинный коридор. Другие камеры, которые он мог видеть, пустовали. В шести метрах от него дремал за столом при свете тусклой лампочки небритый человек в блекло-синей униформе. На стене позади него висел календарь с загнутыми краями, на котором была изображена обнаженная красотка в доходящих до бедер сапогах, егерской шляпе и с двустволкой в руках. Честер напряг глаза и разобрал цифру — 1967. Он застонал.
Каким-то образом, подумал он, Унэ забросила их в некую гротескную пародию на безмятежные дни прошлого века, когда жизнь была спокойной и приятной. Снова Честер тихо окликнул Унэ. Слышно было, как где-то капает вода. С улицы доносились приглушенные звуки. Он вернулся к застланной серым одеялом койке, морщась от головной боли, пытаясь обнаружить хоть что-нибудь в своих карманах. Оказалось, что местные полицейские многого не изъяли: он нашел лазерную спичку в серебряном корпусе, пластиковую кредитную карточку, наполовину полную пачку ароматических тонизирующих палочек и миниатюрный тридивизор.
«В общем-то, маловато для того, чтобы можно было взломать стальную дверь этой гнусной камеры», — печально подумал Честер. Он бесцельно покрутил выключатель тридивизора, вздрогнул от какофонии звуков и с опаской уменьшил громкость.
— Итак, Джим, — послышался тонкий голос, — мы в космосе, на пути к Венере.
— Да, Боб, — ответил ему голос еще тоньше, — нам едва удалось ускользнуть от этих жуликов из космического патруля. Они боятся, что мы обнародуем кое-что об их противозаконных делишках.
— Ты прав, Джим. Как бы там ни было, если только мы доберемся до Венеры раньше них, мы будем в безопасности. Мы обратимся за содействием к профессору Зорху, который известен своими глубокими научными исследованиями и тому подобным…
Честер выключил приемник. Все эти развлекательные программы вообще не меняются, будто их законсервировали. Герои всегда выпутываются из самых немыслимых ситуаций, умудряясь даже шариковую ручку превратить в смертоносный бластер. Но что можно сделать с помощью пластмассовой кредитной карточки? Или ароматической палочки? Тридивизор тоже не поможет, что же касается дистанционной лазерной спички…
Честер нащупал футляр, открыл его и достал пятисантиметровую тонкую трубочку из кварца с крошечной рабочей головкой на одном конце. Где-то он читал, что со спичкой нужно обращаться очень осторожно, чтобы не повредить внутри хрупкие линзы наведения.
Бережно Честер удалил защитный колпачок, под которым был спрятан регулятор наведения. Теперь ему нужен был какой-нибудь инструмент. Ага, жесткая кромка кредитной карточки идеально подошла. Честер зажег спичку и медленно повернул регулятор. Спичка выбросила тонкую струйку голубого пламени. Честер повернул регулятор до отказа, пламя увеличилось. Разочарованно Честер смотрел на спичку: вряд ли что-нибудь можно сделать с помощью язычка пламени не длиннее пальца. Слабый едковатый запах заставил его поморщиться. Похоже на паленую шерсть. Запах усиливался. Краска на противоположной стене запузырилась, на ней появилось небольшое коричневое пятнышко, которое увеличивалось, обугливаясь по краям. От него медленно поднимался дымок. Честер несколько секунд в изумлении наблюдал за происходящим, потом вздохнул с облегчением и погасил спичку. Дымок пропал.
Еще раз скосив глаза на кварцевую трубочку, потрогав ее тонкий корпус, Честер через решетчатую дверь посмотрел в коридор. Человек в кресле продолжал безмятежно спать. Честер навел спичку. Пятнышко на поверхности стола рядом с локтем спящего запузырилось, задымилось. Честер стал медленно перемещать пламя до тех пор, пока длинные волосы стражника, спускающиеся на уши, не стали скручиваться под огнем. Охранник поморщился, затем хлопнул себя по макушке, сел, фыркая и оглядываясь. Честер резко отпрыгнул от двери, нырнул под койку, свернулся калачиком, прижавшись к стене. В дверном проеме показалось небритое лицо тюремщика, который, щурясь, пытался разглядеть что-нибудь в полумраке камеры. Последовало сдавленное восклицание и бряцание ключами. Дверь открылась. Честер прицелился, направив пламя на мозолистую пятку большой босой ноги. Человек вскрикнул и подскочил, хватаясь за обожженное место. Честер перевел пламя на другую ногу. Охранник сделал неуклюжее па, дико озираясь вокруг. Затем он бросился к двери с криком: «Полтергейст! Эй, Гарни!»
Честер выкатился из укрытия, юркнул в открытую дверь и, едва успев спрятаться в сером шкафу у стены, услышал, как мимо тяжело протопали три пары ног.
— И не спорь со мной, — орал босоногий страж, — я их видел раньше, много раз… Они надумали со мной поиграть. Этот, который здесь в камере, он злой. Сначала он приподнял мой стол и принялся швырять разные там вещи, а опосля подпалил мне пятки.
— Не опосля, а после, — проворчал второй. — А бутылку он тебе не бросил, Лем?
— Гляди сюда, — снова начал босоногий, — вы, парни, мне никогда не верите, а когда я видел летающую тарелку…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
