названием Дувр, и не обнаружили там признаков человека, встал вопрос о продовольствии: последние лепешки они съели ещё в тоннеле. Питер уже всерьёз собрался идти на охоту и с чрезвычайно умным видом крутил в руках чёрный охотничий арбалет, но внезапно Аслан вытащил из грузового отсека «Сельди» коробки с блестящими металлическими штуками, и ещё коробки с другими штуками, обтянутыми прозрачной плёнкой на манер бычьего пузыря, и с третьими штуками, отдалённо напоминавшими большие бутыли для лекарств, и сделанными из мягкого стекла, которое было легче обычного и не билось. Это был провиант древних.
Жак заявил сразу, что ЭТО он есть и пить не будет ни под каким видом, и отправился на охоту один, отобрав арбалет у Питера. Аслан, вооружившись пистолетом и саблей, скрытно пошёл за ним, на всякий случай. Вернулись они через час, разными дорогами; Жак был голодный, злой, без добычи и без арбалета; он утопил его в болоте – уронил в спешке, когда ему померещился кто-то в лесу.
– Я, что ли, виноват, что у нас идиотские арбалеты! – кричал он в ответ на претензии Питера. – Вываливаются из рук! Кто их делал вообще!
Позже выяснилось, что он всё равно забыл колчан со стрелами и ходил только с одной, заряженной. Аслан, который собственно и напугал великого охотника, поначалу пристыженно молчал, но потом всё же не выдержал и вступил в дискуссию. Препирательства закончились тем, что Жак милостиво согласился отведать древнюю еду, после чего остался жив и даже доволен. Убедившись, что смерть от голода им не грозит, он пришёл в отличное настроение и пребывал в нём весь следующий день ровно до тех пор, пока не предложил мадемуазель Прелати сыграть в бочку.
– Кажется, ничего не собрали, – сказал Питер, приподнявшись на локте и глядя в сторону опушки. Там шли, точнее, почти бежали все трое – Аслан, Майя и мадемуазель Прелати. Жак издал короткий смешок. Они знали, что Прелати просто тянет время и занимается чем угодно, только не поиском ориентиров, но поделать ничего не могли, и оставалось только ждать.
Питер вскочил.
– Что-то случилось, – и, собрав в охапку все вещи, что они успели вытащить наружу, вроде пледа и котелка, он вприпрыжку понёсся к «Сельди». Жак вздохнул тяжко и принялся облачаться. Делал он это сидя, и зрелище это было донельзя раздражающим. Питер, забросив инвентарь в солнечные сани, вернулся на место их стоянки и одну секунду смотрел на его эволюции, затем безо всяких церемоний подхватил финансиста под мышки и одним движением поставил его на ноги.
– Эй, – сказал Жак.
– Время, время, Жак, – сказал Питер быстро сквозь зубы, а сам запрыгнул в «Фуксию». Жак увидел приближающихся Прелати, Майю и эвакуатора, и его движения также стали быстрыми и осмысленными. Аслан, добежав до «Фуксии», безо всяких объяснений сел за штурвал, старуха и девочка заняли свои места, Питер закрыл двери, и все они схватились за что попало – бывший капитан эвакуации стартовал как всегда, резко и без предупреждения.
– Так, – сказал Питер. – И?
– Пусть сама расскажет, – не оборачиваясь, сказал мусульманин.
– Вы мне обещали, – сказала Прелати.
– Обещание я сдержу, – ответил Аслан. – А про терминал расскажите сами.
Питер повернулся к Прелати. Та молча смотрела на них. И тут учёный и свободный финансист заметили, что в корзинке у мадемуазель что-то есть, и это совсем не грибы, не ягоды и даже не вязание.
– Что это у вас? – спросил Жак.
– Это терминал связи, – хмуро ответила старуха. – Я пыталась установить связь с моей невесткой.
– Чтобы предупредить её, – кивнул Жак. – Поня-атно.
– Она всё это время пыталась, – громко сказал Аслан из кабины. – Все три дня.
– Не то что бы я сильно удивлён, – сказал Жак. – Но предупреждать человека, который с лёгким сердцем бросил вас на растерзание легионерам?
– Это называется верность, Жак, – елейным голосом сказал Питер. – Тебе не понять.
– У меня было два терминала, – заговорила Прелати, не слушая их. – Один пришлось спрятать в тайнике, слишком большой и тяжёлый, его было не унести. Но он был лучше, он действовал в любом месте. Этот меньше, но он работает не везде.
– И в чём же заключается его работа? – вежливо спросил Жак. – Там внутри маааленькие птички, которые переносят мааааленькие записочки?
Майя прыснула. Прелати осталась невозмутимой.
– Я не знаю, как он работает, – ответила она. – Я просто говорю с человеком, который далеко. И установить связь с невесткой мне не удалось. Она не отвечает.
– Ну, логично, – сказал Жак. – Вас же убили легионеры. Зачем ей отвечать мертвецу?
– Хватит, Жак, – сказал Питер. – Там не птички, а скорее всего электрические волны. Мы слушаем вас, мадемуазель Прелати.
– Невестка мне не отвечает, – продолжила старуха после паузы. – Но мне удалось услышать ещё одного… человека. Он егерь, помогал нам, когда мы жили в Лилле.
– Дядя Шосс, – сказала Майя.
– Я его помню, – сказал Питер. – С ним был староста, они постоянно ругались. Смешные.
– Они нашли тот терминал, и сумели связаться со мной, – сморщившись, сказала Прелати. – Не знаю, как им удалось.
Неожиданно она всхлипнула и закрыла лицо ладонями. Все молчали.
– Но их тоже нашли, – успокоившись, продолжила Прелати. – Вчера. Староста, скорее всего, погиб, а Шосс… Может, ему удалось сбежать.
– Фуке начал охоту на колдунов и на ведьм, – сказал Питер. – Что ж…
– И на тех, кто им помогает, – добавил Аслан из кабины. – Это мы, например.
– Э-э, и что? – спросил Жак после паузы. – Это разве новость для нас? Ты же сам говорил, Пит? У него знания древних, у него собаки эти, винтовки, у него ещё бог знает что ещё… Он просто устраняет конкурентов.
– Он нашёл способ узнавать, где находятся все колдуны и ведьмы, – сказала Прелати глухо. – И его войска убивают одного за другим, уничтожая всё братство Урании. Может, нас кто-то предал. Может, Фуке всегда знал. Может, он сам колдун. В общем, он знает, кто они, и где они.
– А! – сказал Питер. – И ваша невестка, конечно, тоже в этом списке.
– Не невестка, а мой брат, – хмуро ответила старуха. – Франциск Прелати. Настоящий колдун – он.
– Час от часу не легче, – сказал Жак. – Так это он, что ли, хочет, чтобы человечество будущего состояло целиком из женщин? А он хитрец.
– Нет, – раздражённо ответила Прелати. – Это Клотильда. А ему просто… просто нравится делать что-то новое. Ну и… любит он её, наверное.
– А сколько колдунов живёт в Альянде? – спросил Питер.
– Понятия не имею, – ответила Прелати. – Но вряд ли больше двадцати.
– Братство Урании, – задумчиво произнёс Питер. – Аслан! – позвал он.
– Ага, – отвечал эвакуатор.
– Как бы ты действовал на
