столом, а уже из этого блока разбегались разноцветные провода. Снова вздохнув, я поднатужился и вырвал тяжелую вилку из розетки. Монитор тут же погас, как и лампы на жутких приборах. Примар расслабленно выдохнул и обмяк. Из его правого глаза медленно сбежала по щеке слеза и застыла крохотной стекляшкой на отполированной поверхности стола.
– Теперь уходим, – тихо сказал я, взяв Сакуру за руку. Примара, зажав рукой рот, всхлипнула, но все же пошла за мной.
Скрывшись в вентиляции, мы помчались вперед, как ужаленные. Тварь в любой момент могла вернуться и её точно не обрадует то, что мы лишили её игрушки. Но сейчас все мысли занимало одно. Убраться, куда подальше.
Сакура уверенно вела меня по лабиринту толстых труб. То, что у примары прекрасная память, я уже понял и сейчас лишний раз поблагодарил судьбу. Правда девочка взвизгнула, когда из-за поворота выскочила пушистая тануки и подбежала к нам. Рассмеявшись, примара ласково погладила зверька по шерстке и виновато пожала плечами, стыдясь своего испуга. Но я её не винил. В таком месте любой шорох пугает до одури.
Теперь шествие возглавила Бусинка, которая ориентировалась в системе труб лучше двух изгоев. Скоро я настолько запутался, что перестал считать повороты и ответвления, и просто полз за Сакурой, пока мы не нагнали спрятавшихся в узком ответвлении Пухляша, Фиалку и Аши. Девочки открыли было рот, чтобы задать вопросы, но Сакура так на них посмотрела, что обе поняли: вопросы подождут.
Наше молчаливое и сосредоточенное шествие прервал яростный вой. Настолько отчаянный, что сердце обдало ледяной волной. Белая леди обнаружила пропажу. Я упал на пол и зажал уши ладонями, но это не помогло. Вой разъяренной рокурокуби медленно, но верно замораживал мое сердце. Пухляша затрясло, Аши заплакала. Сакура тоже скорчилась рядом, не в силах справиться с холодом, а Бусинка, тихо повизгивая, крутилась на месте волчком, не зная, как нам помочь.
Единственное, до чего я додумался, так это доползти до примары через боль и крепко обнять её. Сакура поступила также и обвила меня руками и ногами, пытаясь вобрать хоть крохотную частицу тепла. Так же сплелись и наши друзья. Будь мы чуть ближе к Белой леди, то замерзли бы мгновенно. К тому же повезло, что лабиринт труб гасил силу её голоса. Но и этого хватило, чтобы чуть нас не убить.
Вой оборвался резко, и я с радостью почувствовал, как восстанавливается ход крови, а замерзшее сердце потихоньку разгоняется до привычного ритма. Сакура, всхлипнув, села на полу и подтянула к груди грязные колени. Вздохнув, я развязал торбу и вытащил бутылочку с чаем Библиотекаря, который еще не остыл, и протянул её примаре. Та сделала три больших глотка и её щеки сразу порозовели. Себя я тоже не стал обделять и, смочив горло, довольно хмыкнул, когда боль от вырванного зуба исчезла. Пухляшу, Аши и Фиалке тоже досталось по глотку.
Бусинка, подбежав ко мне, ткнулась мордой в колено, и я отлил немного чая в крышечку и поставил перед тануки, которая жадно все выпила и лизнула меня в ладонь в качестве благодарности. Затем она отбежала в сторону и пискнула, требуя, чтобы мы продолжили путь. Спорить с ней никто не стал. Каждому хотелось поскорее покинуть это страшное место.
– Как ты меня нашла? – тихо спросил я примару, пока мы шли следом за Бусинкой.
– Холод, – коротко ответила Сакура. – Я боялась не успеть и летела со всех ног. И опоздала.
– Глупость, – буркнул я, заставив девочку улыбнуться. – Ты не опоздала.
– Я знала, что бестии настигнут тебя, – она виновато шмыгнула носом. – От них не сбежишь. Одно только непонятно, почему они за мной не побежали?
– Не знаю, – пожал я плечами. – Может Белая леди не любит девочек.
– Или знали, что я никуда не денусь, – вздохнула Сакура и посмотрела на енота. – Если бы не Бусинка…
– Не будем об этом, – перебил я. – Дорога долгая. Лучше поберечь силы.
Бусинка, как и говорил Библиотекарь, вывела нас к выходу. Правда нас от него разделяла решетка, которую надо было выбить, а с учетом того, что Белая леди бодрствовала и была быстрой, времени на то, чтобы сбежать, оставалось мало. К тому же рядом могли быть и бестии, которых хозяйка специально отослала караулить дверь, но я надеялся, что нам повезет.
– Дверь закрыта на ржавую щеколду, – сказала Фиалка, разглядывая дверь через щелку. – Что если с обратной стороны она тоже закрыта?
– Тогда нам конец, – кисло улыбнулся я. – В запасе у нас будет немного времени. Рокурокуби точно услышит шум и явится по наши души. У нее шея бесконечной длины.
– Хорошо, – кивнула девочка. На неё холод твари словно не подействовал. – Ты выбиваешь решетку, а я займусь дверью. Бусинка спокойна, значит бестий рядом нет. У нас есть время, Молчун. Остальные помогут, при случае.
– Надеюсь на это, – буркнул я, меняясь с ней местами. Затем я лег на пол, согнул ноги в коленях и со всей силы врезал по решетке, но она устояла. Зато воздух ощутимо похолодел.
– Быстрее, – поторопила меня примара, с тревогой смотря в темноту коридора. – Становится холодно. Она идет.
– Пытаюсь, – процедил я и снова ударил ногами по металлу. На этот раз решетка не выдержала и вылетела в коридор, а следом за ней и мы.
Фиалка тут же бросилась к двери под непрекращающийся писк Бусинки. Примара, ругнувшись сквозь зубы, присоединилась к ней, вцепилась в щеколду и потянула её на себя. Медленно, но щеколда поддавалась. Слишком медленно.
Воздух густел, а мое дыхание вырывалось через рот знакомыми клубами пара. Белая леди была близко, поэтому я оттеснил примару плечом и занял её место. Щеколда поддалась под напором, и я ногой выбил дверь, после чего пихнул в проем Сакуру и остальных, а затем пропустил Бусинку. До меня донеслось рычание бестий и зарождающийся вой Белой дамы, от которого замерзала кровь. Но из последних сил я успел вкатиться в проем и захлопнул дверь. Тут же последовал жесткий лязг вставшей на место щеколды, но это меня не удивило. Удивило другое. За дверью бушевала рокурокуби, но её вой, до этого смертоносный, остался простым воем. Отчаянным и совершенно неопасным.
– Получилось, – прошептала бледная Сакура и упала в обморок, не выдержав переживаний. Мы спаслись.
Глава девятая. Рецепт с щепоткой импровизаций.
Несмотря на то, что погоня вымотала полностью, я еще не утратил осторожности. Поэтому, перетащив Сакура в уголок и оставив с ней девочек, быстро обошел с Пухляшом крохотную комнатушку, в которой мы, волей случая, оказались.
