шокирующего. В своем кругу, среди своих. Но перед противником мы всегда обычно в звериной ипостаси, в шкуре, что скрывает в нас людское лучше любых тряпок.
— Приходить сюда не было однозначного приказа и мы искренне благодарны всем вам, явившимся выслушать нас добровольно. — начал Дикий сильным зычным голосом, что легко долетал до всех.
Его стая только запереглядывались, а вот по Курта прокатился шепоток. Любое распоряжение прима для них уже приказ, так что добровольность мало понятна. Что же, пора сказать и мне.
— Дикий и я — отныне пара и этот факт неоспорим и неизменен, и ни в чьем принятии его мы не нуждаемся, всего лишь информируем. Это — первое и главное, из чего проистекает и остальное. — ропот поднялся с обеих сторон, но пока он напоминал только шум деревьев при нарастающем ветре, а не грохот готового снести нас потока. — Прим Эдгар и проктор-прим Георг мертвы, я — единственная законная прима Курта, и по праву примы объявляю о слиянии наших двух стай! Отныне абсолютно все члены обеих стай равны в своих правах и являются союзниками и соратниками!
Последние два слова утонули в яростных воплях, в основном со стороны Курта.
— Не бывать этому!
— Дворняги нам не ровня!
— Не нужна нам такая прима!
— Прикончить их прямо сейчас! Плевали мы на твои приказы!
Но при этом вперед стали выходить один за другим члены стаи, первая Лора, за ней другие. Приближались, почтительно склонив головы и вставали рядом.
— Давай, детка, — взял меня за руку Рус и мне почудилось, что он будто влил в меня и часть своей мощи.
Вдохнула глубоко собираясь, повернулась к Курта и толкнула наружу всего одну мощную ментальную волну. Не атака или принуждение — лишь напоминание о моих силах и праве для тех, кто успел позабыть и знакомство для тех, кто не знал меня совсем. Крикуны осеклись, подавляющее большинство замолчало, остальные возмущались уже без прежней уверенности.
— Я могла бы легко сломить ваше сопротивление и принудить помнить свое место и служить мне, как было заведено всегда. Но в нашей новой стае не будет так, как было прежде. Кто не готов остаться и начать жить по-новому волен уходить. Но все, кто останется должны запомнить: запрещено отныне делить окружающих на чистокровных и обращенных.
— И что, нам просто позволить помыкать собой чужакам? А если не согласны, то уходить из своих домов и бросать все?
— Никто не потерпит врагов у себя под боком. — отрывисто ответил Рус. — Или вы нам друзья, или уходите. А насчет помыкать… никто не запрещает вам выяснять вопросы иерархии в честных поединках — это святое.
— Позволено ли мне тоже сказать, примы? — демонстративно соблюдая правила на фоне дерзко выкрикивающих юнцов обратилась к нам Лора и я кивнула, разрешая.
— Прежде чем отказаться принять неизбежное новое, глупые вы юнцы, подумайте о том, что дружба и покровительство вам предложены тем врагом, которого никому из чистокровных хранимых Луной одолеть так и не удалось. Склониться перед сильнейшим, какой бы он ни был крови — не позор для нас. Ведь и он склоняется перед силой своих чувств к вашей законной приме. Пусть Курта перестанут существовать в прежнем виде, но зато появиться что-то еще более мощное. Мир вокруг стал меняться так быстро, пора и нам начать делать это, если хотим выжить.
— Спасибо, Лора. — тихо поблагодарила я.
— На этом мы закончили! — громыхнул голос Руса над лугом. — Друзья остаются с нами, не способные принять перемены уходят без помех. На то, чтобы притереться и выстроить новую стаю у нас уйма времени.
Он сжал мою руку крепче и повел прочь. Мы торопливо покидали место общей сходки, оставив обе стаи за спинами. Дальше каждый должен уже самостоятельно решать за себя. Я вот тоже для себя решила. Пора начать жить заново с того самого места обрыва. От внезапно нахлынувшей необходимости сделать это сию же минуту и от остатков пережитого на лугу напряжения меня едва не затрясло.
— Сынок, обращайся и беги домой. — отрывисто велела я Эрику, искоса и дразняще глянув на мигом насторожившегося и сжавшего мою ладонь Руса.
— Чего? Поче… Нет, вы опять что ли?! — возмущенно взвыл сын. — Пипец, мои предки — озабоченные малолетки какие-то! За что мне это?
— Очевидно, в качестве награды за твой редчайшей кротости нрав. — фыркнул на его причитания отец. — Давай-давай, беги и очень быстро.
Эрик из чистой вредности ломанулся от нас не перекидываясь и вскоре звук его шагов стих вдали.
— Детка, это ведь то, о чем я думаю? — посмотрел мне в лицо Рус, как мне почудилось с тревогой. — Мы вот так сразу начнем все заново в полную силу?
— А ты не готов? Я не хочу больше ждать. Начнем уже сейчас создавать все то, что давно уже должно быть нашим.
— Я не готов? — Рус подмигнул мне и провокационно глянул вниз, заставив и меня оценить степень его готовности. — Обожаю попытки создания с тобой, надеюсь они у нас будут частыми и о-о-очень многочисленными, тем более, что результат вышел ничего так себе, хоть и языкатый. Но нет предела совершенству.
— Ру-у-ус! — прокатила я по горлу звук любимого имени и обернулась с протяжным выдохом.
Глянула на мощного зверя, встряхнувшегося рядом, с похотливым урчанием притершегося к моему боку и сорвалась с места, игриво махнув хвостом. Мы возвращаемся к началу или начинаем все заново. Не важно как это назвать, главное — теперь вместе.
Конец
