топталась на одном месте.
Плохо еще, что стала слезливой. Стоит вспомнить Никин дом – и сразу хочется рыдать. Не потому, что Ника могла подобрать ее, как дворняжку, и обеспечить ей счастливую жизнь. Конечно, Даша мечтала вытащить этот выигрышный билет, что скрывать… Но плакала она не из-за того, что он ей не достался.
Все дело в Нике. С которой они подружились, а потом оказалось, что ничего не было. Что Даша это все сочинила. Придумала и разговоры до двух часов ночи, и рассказ о Никиной жизни, и рыб в гигантском аквариуме.
Вместо Ники из подвала выбралась бледная тень, плохой слепок с живого человека.
Может быть, это Ника убила Егора? Все это время она притворялась – притворялась Дашиной подругой, притворялась жертвой собственного мужа… А на самом деле это она придумала и похищение, и камеру со стеклянной стеной, и книжки, и все остальное! И током Дашу били потому, что Ника этого пожелала!
Даша накручивала себя. Ника оказывалась виновна во все более тяжких грехах.
В глубине души она понимала, что все это – чушь. Ника болеет, оттого и не обрадовалась Дашиной компании. В подвале она выполнила требования тех, кто ее захватил, чтобы остановить пытки. В конце концов, Ника сбежала от них! Ее не в чем обвинить.
Но злость не исчезала. Даша чувствовала себя так, словно по венам у нее текла не кровь, а черная желчь.
Через пару недель после своего возвращения Даша пришла в собачий приют и сказала, что снова хочет быть волонтером. Теперь трижды в неделю она помогала ветеринару, чистила вольеры, кормила, расчесывала и выгуливала разномастных псов. Даже страшный Чаки, ротвейлер огромной силы, не мог опрокинуть ее в рывке. Они обучались ходить на поводке, и во время занятий Даша становилась почти человеком, а не сгустком ярости.
Из-за собак все и произошло.
В пятницу Даша выбралась в приют после обеда и застала сотрудников в растерянности. На них скинули еще дюжину животных: старых, подслеповатых, с больными ушами и зубами. Куратор, пожилая не очень здоровая женщина, чуть не плакала.
– Что же нам с ними делать…
Даша подошла к вольеру, в который всех новичков поместили на карантин.
Собачья рухлядь. Язвы, проплешины. Провалившиеся спины, кривые ноги, вислые зады. Всех надо лечить, реабилитировать, расселять… Требуются лекарства, специальный корм и бог знает что еще! Неудивительно, что куратор убивается.
И вдруг Даша поняла, где можно раздобыть денег.
В тот же вечер она позвонила Овчинниковой и договорилась о встрече.
Ника и в телефонном разговоре не проявила энтузиазма. Но на это Даше теперь было начхать. Как ни крути, спаслась Ника все-таки благодаря ей, а за спасение ее никто толком не отблагодарил. Пусть теперь расплачивается! Тем более сумма астрономическая только по Дашиным меркам, а для Ники найти эти деньги – раз плюнуть. Она же богатенькая!
Утро выдалось прохладным и пасмурным. Даша натянула рваные джинсы (дырки появились естественным образом), любимую темную толстовку с капюшоном.
В кафе она взяла выходной. До Москвы доехала на поезде, а после автостопом добралась почти до поселка, где жила Ника. Километра три пришлось пройти пешком, но это даже лучше: пока шла, окончательно успокоилась, мысленно проиграла предстоящий разговор.
Когда навстречу, заливаясь лаем, выскочил Буран, Даша уткнулась в его мохнатую грудь. Буран, как теленок, пытался бодать ее лбом и наконец опрокинул на траву.
– Как вкусно пахнет! – сказала она идущей за ним Зафире.
– Я его специальным шампунем мою! – засмеялась та.
Они крепко обнялись. Те несколько дней, что они провели вдвоем в ожидании новостей о Нике, они почти не разговаривали. Но сейчас Даша поняла, что скучала по ней. Зафира ей искренне обрадовалась – тоже приятно! Не так много в мире людей, радующихся Даше Белоусовой.
Ника стояла на крыльце в своем домашнем сером костюме, придающем ей сходство с очень красивым ниндзя. Ее чудесные волосы волной лежали на плечах. Но, приблизившись, Даша увидела, что лицо осунувшееся, и вообще от прежней Ники в ней осталось чуть-чуть. Даша могла бы пройти мимо нее на улице, не узнав. Тем легче! Просто какая-то малознакомая тетка, у которой не грех выбить немножко на благое дело.
Ника проводила ее не на кухню, а в кабинет. «Ну правильно, – с кривой ухмылкой подумала Даша. – Я же не друг. Я просительница».
Она коротко изложила свое дело и сложила руки на коленях, как благовоспитанная девочка.
– Ох, бедные звери, – сказала Ника. – Но почему же их направили к вам, если у вас нет мест и ресурсов?
Даша объяснила, что такое случается сплошь и рядом. Собакам не расскажешь про места и ресурсы.
– Сколько, ты говоришь, нужно?
Даша еще раз назвала сумму. Ника записала ее на листе бумаги и спросила:
– Наличными возьмешь? Хотя постой-ка… Не нужно возить с собой столько денег. Я переведу тебе на счет.
Спустя минуту у Даши пискнул телефон: деньги пришли.
Даша рассыпалась в благодарностях. Ника махнула рукой: бог с ним, не о чем говорить.
– Ты же знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне, – ласково сказала она.
На мгновение Даша увидела прежнюю Нику. Но та поднялась из-за стола, и стало ясно, что аудиенция окончена.
Больше всего Дашу поразило, что Ника не задала ей ни одного вопроса. Не спросила ни о семье, ни о том, чем она теперь занимается.
Выйдя на улицу, Даша подумала, что Ника, может быть, хочет прочно похоронить своего бывшего мужа и все, что с ним связано, – а значит, и их общие воспоминания.
Макар и Сергей объяснили ей, что настоящим организатором был не он, а женщина, которую все знали под именем Веры. Даша сразу им поверила. Теперь все действительно вставало на свои места. Мелкие несостыковки получали объяснение. Вера каждому давала то, что ему требовалось. Даше – ощущение дома и семьи. Сотникову – чувство собственной значимости, которое она умело подогревала. «Все зависит только от тебя!», «Как ты скажешь, так и будет!». В таком случае, что же получал Максим? Пожалуй, у нее имелась догадка. Частные сыщики упоминали, что Калита и Вера держались рядом и очень убедительно изображали мать и сына. Ну, они и при Даше держались рядом… Иногда даже слишком близко. «Интересно, знал ли Сотников?» Поразмыслив, Даша решила, что вряд ли. Слишком уж Егор был поглощен собой и своей великой местью.
Вера, которую на самом деле зовут Наталья, рано или поздно доберется до Ники. Учтет предыдущие ошибки. Найдет новых верных людей. Затаится, дождется, когда Ника расслабится и решит, что все позади… А потом
