не попадают. Две зеленые кабинки торчали далеко в стороне, на зацементированной площадке, словно сосланные за плохое поведение.
– Кому они могут тут понадобиться? – спросила Даша. – Внутри же есть туалеты.
– Вот нам и понадобились, – буркнул Сергей.
Илюшин в «стекляшке» разговаривал с персоналом. Даша очень хотела бы послушать, что он будет им впаривать, но Бабкин ее удержал.
– Давай-ка еще раз проиграем заново. Ты стоишь здесь, капюшон на голове…
А чего повторять! Ну, стоит. Ну, капюшон.
– …если видишь, что он лезет за стволом, – бежишь туда и падаешь в траву. – Сергей кивнул в сторону заросшего поля, теснившего площадку. – А чего это мы скептически щуримся, а?
– А какие у меня, по-твоему, еще варианты? – фыркнула Даша. – Бежать да падать, больше ничего.
– От тебя можно ожидать чего угодно…
Подошел Макар.
– Инструктаж пройден?
– Ага. Как с сотрудниками?
– Нормально. Обещали не высовываться.
– А заправщик маячить не будет?
– Заправщика нет, болеет. Лишь бы не появился энтузиаст, который решит вмешаться. Даша, ты готова?
Она молча кивнула.
– Тогда звони.
Отойдя на несколько шагов, Даша отвернулась от сыщиков. В эту секунду они ей мешали. Она чувствовала давящий, тяжелый взгляд Бабкина. Макар смотрел в сторону, и от этого было легче.
Набрав номер, Даша заговорила, едва услышав знакомый голос:
– Ника! Слава богу, слава богу, это ты! – Она захлебывалась словами. – Спаси меня, пожалуйста, меня хотели убить, я убежала, там была огромная тачка, она меня чуть не задавила, а потом какие-то люди шли за мной, я в лес рванула, спряталась…
Она тоненько заплакала, будто заскулила.
– Господи, Даша! – ахнула Ника. – О чем ты говоришь? Кто хотел тебя убить?
– Я не знаю, не знаю! – выкрикнула она. – Я их не видела, не разглядела! В меня стреляли, понимаешь ты?
– Тише, тише… Подожди, дай мне две секунды сообразить… Все будет хорошо, ты правильно сделала, что позвонила. – Ника говорила успокаивающим тоном. – Где ты сейчас? Ты обращалась в полицию?
– Что? Нет! Какая еще полиция! Я к этим козлам на километр не подойду…
– Где ты? – повторила Ника.
– На какой-то заправке. Я внутрь не пошла, спряталась за тубзиками… Мне страшно, Ника! – Она снова захныкала.
– Послушай, ничего не бойся! Сейчас мы выясним, что это за заправка, и я за тобой приеду, хорошо? – Ее голос обещал спасение и утешение. – Только никуда не уходи. И внутрь не заходи, ладно?
– Ладно… А почему?
– Кто знает, что за люди там работают… Как называется заправка?
Даша добросовестно прочитала название, описала свой путь через лес.
– Я знаю, где это, – с облегчением сказала Ника. – Даша, слушай внимательно: будь на этом месте, оставайся там, где стоишь, хорошо? Я приеду буквально через пятнадцать минут.
– Я около туалетов постою, – пообещала Даша. – Только здесь иногда шарахаются какие-то типы…
– Ни с кем не разговаривай! Просто отходи от них в сторону – и все. Не бойся, тебя там никто не найдет, ты вышла в довольно неочевидное место. – Даше показалось, что она расслышала нервный смешок. – Будем с тобой на связи. Ты никому, кроме меня, не звонила?
– Нет, что ты! Кому мне звонить… У меня нет никого, кроме тебя. – Она снова подпустила слезу в голосе.
– Девочка моя бедная, – с жалостью сказала Ника. – Ничего, скоро все закончится. Я выезжаю.
Даша нажала отбой, опустила руку с телефоном и постояла молча.
Из-под ног у нее протянулась тень – сзади неслышно приблизился Бабкин.
– Ты молодец, – негромко сказал он.
– Серега, как думаешь, сколько у нас времени? – подал голос Макар.
– Ника сказала, что приедет через пятнадцать минут…
– Значит, максимум десять, – решил Сергей. – Он где-то рядом. Может быть, в коттедже или заехал пожрать. За десять минут успеет, так что давайте-ка по местам. Даша, капюшон и очки!
Илюшин сунул ей огромные солнцезащитные очки. Даша нацепила их, и мир вокруг пожелтел.
Да, это должно сбить Ревякина с толку. У Даши Белоусовой не было очков. Аксессуар не из ее гардероба. Не в лесу же она их раздобыла…
Два шага влево, три шага вправо. Четыре влево, два вправо. Даша топталась по площадке, не отходя далеко от кабинок. Очки на носу, капюшон надвинут на лоб. Изредка по шоссе проносились машины, поднимая пыль на обочине. Из заросшего поля вверх под облака то и дело вырывалась какая-то мелкая птаха, затем ныряла обратно и затихала на пару минут.
Первый раз Даша напряглась, когда на заправку подъехал грязный черный джип. Она искоса наблюдала за ним, делая вид, что грызет ногти. Но из джипа выкатился жирный мужик, и Даша перевела дух. Не Ревякин. Даже если Ника отправит за ней кого-то другого, вряд ли это будет такой жиробас.
Стоило показаться вдалеке черной машине, сердце кувыркалось в груди, словно мелкая пичужка под облаками. Даше казалось, она торчит на площадке уже очень долго. Где же он?
С парковки уехал, трясясь и подпрыгивая, грузовичок с рекламой мороженого по борту. Даша проводила взглядом нарисованный Эверест пломбира. «Сейчас бы вафельный стаканчик погрызть…» Наступила тишина, которую нарушал только дружный стрекот кузнечиков. Он волной выплескивался из травы, затихал и вновь раскатывался по полю.
Она пыталась вспомнить, как Илюшин обосновывал, что Ревякин не станет стрелять из машины, но в голове было пусто и безмолвно. Только стрекочущий прибой все накатывал и накатывал на нее. В конце концов Дашу начало подташнивать от этого звука.
Это от страха, сказала она себе. Бояться – нормально. Не боятся только дураки. К тому же с ней сыщики, это чего-нибудь да стоит…
Она осторожно обернулась, надеясь увидеть кого-нибудь из них или хотя бы услышать голоса. Но было тихо. Так тихо, словно они незаметно ушли, бросив ее одну, и Даша неожиданно поняла, что так оно и есть. Их что-то отвлекло, позвонил важный клиент, и они уехали.
Как ни абсурдна была эта мысль, на некоторое время она полностью завладела ее сознанием. Даша похолодела.
Она здесь одна. Ей никто не поможет. Надо бежать.
Черный седан сбросил скорость, но съехал не на заправку, а чуть дальше. Шины прошуршали по гравию. Как лягушата, запрыгали камешки. Машина остановилась, и некоторое время кто-то рассматривал ее изнутри – краем глаза она видела мужской силуэт.
Даша едва не рванула прочь. В последнюю секунду уцепилась за мысль, что Сергей не бросил бы ее одну, ни за что не бросил бы… Она повторяла это про себя, и постепенно дыхание выровнялось.
Как они и договаривались, Даша принялась ходить перед кабинками, словно дожидаясь кого-то.
Водитель вышел из машины и направился к ней. Теперь она не сомневалась, что это Ревякин. Даша
