повела его подальше от многолюдных улиц. По ее словам, Компания часто занималась делами подальше от главного рынка и ближе к портам. Экон был рад возможности осмотреть город.
– Туристы всегда идут за рыбой на рынок, – пояснила Сафия, – но лучших рыбаков можно найти у восточных доков. Если у нас будет время, я тебя туда свожу.
Экон улыбнулся, но ничего не сказал. Сафию редко можно было увидеть в таком приподнятом настроении. Она была родом не из Бандари, но было отчетливо заметно, что этот город ей по душе. Экон всматривался в ее лицо – говоря о приятном запахе, она закрывала глаза, а заметив что-то странное, морщила лоб. Он невольно вспомнил ту ночь и то, что произошло.
Он поцеловал ее.
Это было быстро, мимолетно, но… приятно. Экон проснулся, думая об этом, но не знал, что сказать Сафии. Сама она ничего ему не сказала, и это повергло его в еще большую растерянность. Следует ли им это обсудить? Или нет? А потом он вспомнил кое-что еще и тут же ощутил укол вины.
Коффи.
Не так давно, в Великих джунглях, он поцеловал Коффи, и ему это понравилось. Он нахмурился, не сбавляя шага. Не так давно он не целовал никого и вот уже поцеловал двоих за такой короткий промежуток времени. Допустимо ли это? Он вспомнил, как в таверне Сафия спросила у него, в каких отношениях он с Коффи. Они не были парой, но… то, через что они прошли вместе, что-то значило. По крайней мере, она была его подругой, он переживал за нее… но и Сафия тоже стала его подругой. Он не хотел причинять боль ни одной из них, но у него возникло неприятное предчувствие, что он неостановимо движется навстречу чему-то – навстречу решению.
Тебе в конце концов придется выбрать, – произнес голос в голове. – Ты не можешь выбрать обеих.
Экон с отчаянием отогнал эту мысль, продолжая идти.
Сафия провела их по узкой улице, под навесами из разноцветной ткани. В лучах солнца они отбрасывали на землю цветные тени в виде квадратов и треугольников, так что улица казалась волшебной, словно из другого мира. Они проходили мимо торговцев, сидевших в лавках, и других, победнее, которые просто расположились на земле. Они прошли мимо молодой женщины, которая разложила на потрепанном одеяле бусы; на колене у нее лежало что-то вроде колоды карт. Экон попытался пройти мимо не останавливаясь, но женщина поймала его взгляд и улыбнулась.
– Гадание на Таро! – выкрикнула она. – Бесплатное гадание на Таро! Выберите три карты и загляните в будущее!
Экон посмотрел на Сафию, ожидая увидеть в ее глазах насмешку, но, к его удивлению – и ужасу, – та выглядела заинтересованной.
– Что думаешь? – сказала она, подняв бровь. – Может быть весело.
– Уф… – Экон перевел взгляд с Сафии на женщину, чувствуя себя неуютно. – Пожалуй, откажусь.
– Ну же, давай, – подначила она, и Экон ощутил, как его тело пронизывает волна жара, когда она взяла его за руку и потянула вперед, ближе к этой женщине. Они оба уселись на ее одеяло, и гадалка улыбнулась.
– Для кого из вас погадать первым? – доброжелательно спросила она.
– Давайте мне, – ответила Сафия. – Мой друг немного стесняется.
Женщина согласно кивнула и принялась перемешивать карты отработанными движениями. Перемещаясь в ее руках, карты приятно шуршали, и Экон поймал себя на том, что пытается сосчитать, сколько их в колоде. Наконец женщина закончила, разложила карты на одеяле и кивнула.
– Выбери три, дорогая.
Немного подумав, Сафия выбрала одну карту в центре и две по бокам. Она передала их женщине, и та некоторое время разглядывала их.
– Ммм, – задумчиво произнесла она. – Твоя первая карта – бегущий шакал, а значит, ты отправишься в опасное путешествие.
Экон и Сафия многозначительно переглянулись.
– Твоя вторая карта, – продолжала женщина, – золотой махаон, что может означать процветание или богатство.
– Мне оба варианта подойдут, – радостно сказала Сафия.
– А твоя последняя карта… – Ее лицо смягчилось. – Слоновый прыгунчик.
– И что это означает? – спросила Сафия.
– Любовь, – ответила гадалка. – Слоновые прыгунчики из тех редких существ, которые находят себе партнера на всю жизнь. Они символизируют долгую неугасающую любовь. Если мы соединим все твои карты… – Она пододвинула их к Сафии. – Они говорят нам, что ты отправишься в опасное, но сулящее процветание приключение, в конце которого найдешь свою любовь на всю жизнь.
Экон поерзал на одеяле, внезапно ощутив себя очень неуютно. Сафия улыбнулась ему.
– А что насчет вас, юноша? – Экону стало неприятно от того, что теперь гадалка обратила все свое внимание на него. – Хотите, прочту карты и для вас?
Экон ответил, запинаясь:
– Ну… это же не обязательно…
– Попробуй, – сказала Сафия, подтолкнув его локтем. Она поднялась на ноги и отряхнула одежду. – Я пойду наберу воды в каком-нибудь колодце. Скоро вернусь. – Она исчезла, прежде чем он успел возразить, и, повернувшись, Экон обнаружил, что теперь женщина выжидательно смотрит на него. Он вздохнул.
– Ладно, – смирившись, сказал он. – Давайте.
Женщина улыбнулась еще шире, собрала колоду и тут же принялась тасовать ее снова. И снова Экон обнаружил, что смотрит на ее руки, пытаясь запомнить ритм, в котором карты перемещаются в пальцах. Это почти гипнотизировало. Через несколько секунд она остановилась и так же, как в прошлый раз, выложила карты на одеяло между ними картинками вниз.
– Выбери три.
Экон помедлил. Сафия подошла к выбору очень продуманно: она выбрала по одной карте по бокам и одну в середине. Он решил попробовать ту же стратегию. Одну за другой он выбрал карты и подтолкнул их к женщине. Она подняла их, весело глядя на него, но как только перевернула, улыбка исчезла с ее лица, и теперь Экон не мог распознать ее эмоции. Женщина держала три карты, глядя на них с неприкрытой растерянностью. Секунда тянулась за секундой, и Экона окатила волна тревоги.
– Что-то… что-то не так?
Женщина медленно подняла взгляд и посмотрела в глаза Экону с настороженностью, которой раньше не было. Ее взгляд казался пустым, отстраненным, и когда она заговорила, зазвучал еле слышный шепот:
– Восток и запад.
– Что? – Экон наклонился ближе, не в силах подавить пронзившую его панику. – Что вы сказали?
– Одно солнце встает на востоке. Одно солнце встает на западе, – ровным голосом сказала она. – Восток и запад.
Экона пробрала холодная дрожь. Восток и запад. Одно солнце встает на востоке. Одно солнце встает на западе. Эти слова он знал. Сигиди сказал их ему в переулке, а потом Амакойя дословно повторила то же самое на болотах.
Одно солнце встает на востоке. Одно солнце встает на западе.
Почему он снова и снова слышит эти слова? Что они означают? Он встал, встревоженный, и отошел от женщины, как раз когда вернулась Сафия. Когда она увидела выражение его лица, ее улыбка тут же пропала.
– Что-то не так?
– Ничего, – сказал Экон более
