class="p1">Набрав номер мобильного телефона депутата, я ждал ответа. Наконец трубку взяли. Голос был приятным, бархатным. Я назвался. Потом сказал, от кого звоню.
– У меня для вас сообщение, – сказал я.
– Да, да, хорошо, – сказал депутат. – Когда вы можете ко мне подъехать?
– Я тут недалеко нахожусь. И если у вас сейчас есть время…
– Есть время. Я закажу для вас пропуск, – сказал депутат. – Только вот что. Вы бывали в Госдуме?
– Нет, не был.
– Вы знаете, где находится наше бюро пропусков? В новом здании, с противоположной стороны. Паспорт у вас с собой?
– Да, с собой.
– Предъявите его в окошко, вам выпишут пропуск. Подниметесь на девятый этаж, – депутат назвал номер комнаты. – Я буду вас ждать. Думаю, минут через двадцать вы будете на месте.
– До встречи, – я положил трубку.
«Стоп, минутку! – подумал я. – Как же он закажет мне пропуск, если не записал моих данных? Неужели у него такая феноменальная память? Ведь я назвал фамилию в самом начале разговора да еще, по-моему, не очень внятно. Имени не назвал точно. А может, он действительно знает обо мне заранее? Ладно, в конце концов, если пропуск будет выписан неправильно, сразу перезвоню ему».
Я вошел в бюро пропусков, протянул паспорт в окошко. Практически тут же я получил листок, где было написано «Депутат Сергей Иванович Удальцов, 9 этаж, кабинет 935». Мои фамилия, имя и отчество были написаны правильно.
Взяв листок, я подошел к службе охраны. Там стоял парень лет тридцати в гражданской одежде. Было видно, что это служба безопасности, бывший или действующий гэбэшник. Он аккуратно взял пропуск, посмотрел мой паспорт, посмотрел вторую фотографию, которая вклеивается после двадцати пяти лет, и сравнил ее с оригиналом, потом молча протянул мне документы.
– Пожалуйста, проходите.
Я уже направился дальше, как он остановил меня:
– Одну минуточку! Пожалуйста, пройдите вот тут.
Недалеко стояла специальная рамка-металлоискатель, такая же, как в аэропортах. Я прошел через нее. Раздался резкий звонок.
– У вас есть что-то металлическое? – спросил охранник.
– Только ключи.
– Вы можете их выложить?
Я выложил ключи от квартиры, от машины, от номера пансионата на столик, стоящий рядом, снова прошел. Опять раздался сигнал.
– Что-то у вас еще есть, – сказал охранник.
Я пожал плечами, полез в карман, нащупал мобильный телефон.
– Вот еще мобильник.
– Он включен?
– Да.
– Выложите его, пожалуйста.
Выключив мобильный телефон, я выложил и его на столик. Я снова прошел под рамку. На сей раз никакого сигнала не прозвучало.
Ну вот, подумал я, надо же – мобильник, хотя он и пластмассовый, дает радиосигналы.
Собрав все выложенные предметы, я прошел к лифту. Поднявшись на девятый этаж, без труда нашел нужный мне кабинет. На двери висела табличка «Удальцов С. И., депутат от фракции…». О, самая скандальная фракция, которая сумела еще в период митинговой демократии пролезть во власть! Все понятно.
Я постучался и вошел. В приемной сидела секретарша-блондинка. В стенах я заметил две двери. Вероятно, помимо кабинета Сергея Ивановича, тут находился кабинет еще какого-нибудь депутата, но никакой таблички не было.
Я назвал себя.
– Пожалуйста, – произнесла секретарша, – вас ждут.
Я приоткрыл дверь, постучав. Войдя в кабинет, увидел, что был он небольшим, прямоугольной формы. У окна стоял полированный стол итальянского производства, достаточно дорогой, рядом кожаное кресло. К столу был приставлен еще один столик, поменьше, с двумя креслами. Слева – стеклянный шкаф, на котором лежали какие-то папки, стояли книги. Над шкафом висел портрет президента, в углу за креслом – большой флаг Российской Федерации.
Мужчина, сидевший в кресле, встал. Он был небольшого роста, с темными волосами, крепкого телосложения, немного полноватый. На вид ему было примерно столько же, сколько и моему клиенту, – лет тридцать пять. Он протянул мне руку для приветствия.
Я еще раз назвал свое имя-отчество.
– Садитесь, – Сергей Иванович указал мне на кресло, а сам сел напротив меня. – Может быть, хотите кофе или чаю?
Я пожал плечами.
– Спасибо, не хочу.
– Вы принесли? – спросил Сергей Иванович.
– Да, – и я протянул ему записку от Валентина.
Пока депутат читал, я осматривал его кабинет. Мое внимание сразу привлекли фотографии, которые стояли на шкафу и на небольшой тумбе, примыкающей к столу. На фотографиях был изображен владелец кабинета в обществе вице-мэра, заместителя главы Администрации Президента, каких-то генералов, исполняющего обязанности прокурора.
Закончив читать, депутат слегка улыбнулся и, перехватив мой взгляд, сказал:
– А вы разве не знаете, что я зампредседателя Комитета по борьбе с коррупцией? Вот и приходится общаться с силовиками.
Затем он взял записку, разорвал ее на мелкие клочки и сложил их в пепельницу.
– А что на словах передал Валентин? – спросил Удальцов.
– На словах особо ничего. Просил, чтобы вы помогли ему.
– Это само собой, – сказал депутат и добавил: – Мы же с ним знакомы давно, еще с детства. Выросли, можно сказать, в одном дворе. Конечно, старым друзьям надо помогать. Наши пути сейчас разошлись, мы вращаемся на разных орбитах. Кстати, как у него дела в банке?
– Я не в курсе.
– А кто ведет его банковские дела? Его жена, Жанна?
– Наверное, – неопределенно пожал плечами я.
– Очень хорошо. А что касается перевода его в Москву, то, думаю, мне это удастся. Только вам необходимо обратиться ко мне официально.
– Нам – это кому? – уточнил я.
– Пусть его жена придет, запишется ко мне на прием, я принимаю… – и Удальцов протянул мне листок бумаги, где были записаны его приемные часы и адрес. – По этому адресу находится моя приемная. Придет, официально запишется, напишет заявление. Тогда по этому заявлению я могу обратиться к Ивану Дмитриевичу напрямую.
«Кто такой Иван Дмитриевич? – подумал я. – Ладно, в конце концов, это неважно».
– Так вот, – продолжал депутат, – если я обращусь к нему напрямую, думаю, он мне поможет перевести Валентина в московский изолятор. Кроме того, в этом случае у меня будет возможность самому навестить его, передайте ему это. Не зря же я работаю в этом комитете! Да, и еще, – депутат встал, давая понять, что разговор заканчивается, – самое главное. Что он думает?
– Насчет чего? – не понял я.
– Насчет той вещички, которая у него находится, которую он обещал мне вернуть. Пусть не затягивает с этим вопросом! Ведь все наши добрые отношения строятся только на взаимном доверии. А злоупотребление доверием порождает недоверие другой стороны. Так ему и передайте.
– Хорошо, я постараюсь все дословно передать Валентину, – сказал я.
– А как с вами связаться, – спросил Удальцов, – если у меня возникнет необходимость в этом, если будут какие-то новые обстоятельства?
– Пожалуйста, – и я вытащил визитную карточку. – Только у меня
