мире и для демократических держав. Было бы неразумным и неуместным оскорблять это правительство по довольно пустяковому поводу. Посол Великобритании заверил меня, что разделяет такую точку зрения и что ничего не получится, если не будет полного единодушия со стороны дипломатического корпуса.
Через несколько дней на ужине в британском посольстве двое гостей – послы_____________и___________— отвели меня в сторону и рекомендовали настоятельно попросить британского посла не предпринимать таких действий, поскольку, по их сведениям, советский МИД знает о его письме, весьма возмущен этим и, конечно, не допустит никаких подобных действий. Я спросил их, почему они сами не обратились к послу. Они возразили, что являются представителями малых стран и т. д., и не мог бы я взять это на себя. В ответ я сказал им, что сделаю, – и сделал. Лорд Чилстон понял, в чем дело, и вновь заверил меня, что не предпримет никаких действий, если не будет достигнуто единодушного согласия.
Позже посол Великобритании с сожалением сообщил мне, что, по его мнению, отступать не следует и что они должны довести дело до конца, и он весьма рассчитывает на мое сотрудничество. Я заявил откровенно, что сожалею, что в сложившихся обстоятельствах буду вынужден отказаться от участия в демарше и что Департамент оставил это решение полностью на мое собственное усмотрение.
С точки зрения обычного дипломата, ситуация выглядела серьезной. Это было, возможно, посягательство на дипломатический иммунитет, установленный Венским конгрессом, и, кроме того, считалось важным, чтобы посягательства на дипломатические права не оставались незамеченными или без оперативного противодействия.
Сам по себе инцидент был пустяковым, но он иллюстрировал обстановку, которая здесь сложилась. Он показал, что нервы отдельных людей уже на пределе, и, опять же, он дал представление о мировоззрении обычного дипломата. Истинное значение этого инцидента заключается в том, что он в целом отразил нетерпимость и скрытую враждебность в определенных кругах дипломатического корпуса. У некоторых было модно негласно «подтрунивать над Советами». Справедливости ради следует заметить, что британский посол не занимал такой позиции, а инициатива в этом вопросе исходила от него по той лишь причине, что он выступал в качестве главы дипломатического корпуса. Уверен, что он с пониманием отнесся к моей точке зрения.
Насколько понимаю, дело было прекращено и больше ничего не предпринималось[63].
_________________________________
Журнал Москва, 10 мая 1938 года
Из весьма надежного источника мне стало известно о том, в какой степени это правительство «вычищает» всех неграждан. Вероятно, это объясняется рвением в деле обороны страны.
Мой информатор заявил следующее.
Что касается отношений его правительства с Советским Союзом, то дела и в самом деле плохи; что он испытывает очень большие трудности. Эти трудности обусловлены двумя причинами:
а) действиями советского правительства по отношению к гражданам в связи с их ликвидацией, тюремным заключением и высылкой из СССР;
б) неспособностью правительства содействовать возвращению своих граждан в свою страну из-за неспособности страны принять их на своей территории.
По его словам, в Советском Союзе насчитывается около 80 000 таких граждан, что по меньшей мере 20 000 были арестованы. Целые деревни во внутренних районах страны лишились мужского населения в результате арестов и депортации в отдаленные районы страны мужчин из тех или иных поселений. Нищета и отчаяние оставшихся женщин и детей доведены до крайности, и эти несчастные в большом количестве стекаются в Москву к соответствующим посольствам, умоляя о помощи. Если бы речь шла о депортации 1000 или 1200 таких граждан, то их правительство, вероятно, смогло бы справиться. Однако советское правительство отказывается разрешить частичную депортацию, за исключением случаев, когда было принято решение выслать всех. Подобные вещи делают положение совершенно невозможным и ужасным. В случае ареста этих граждан и заключения в тюрьму их дипломатическим представителям не разрешается ни общаться, ни видеться с ними. Картина, которую он нарисовал, показалась весьма мрачной. То же самое рассказывают и несколько послов. Очевидно, это правительство не только закрывает консульства в принудительном порядке, но и массово выдворяет «иностранцев».
Как мне сообщили, одновременно с упомянутой деятельностью правительство создает «ничейную территорию» шириной в несколько миль по всей советской границе, чтобы предотвратить любое возможное проникновение в страну. Правительство, похоже, осознает высочайшую опасность войны. Доказательства тому вполне очевидны: процессы о шпионах по всей стране, «чистки», массовые депортации, закрытие консульств, перевод промышленности на производство танков, реорганизация армии и так далее.
Кулондр, посол Франции, говорит мне, что производство самолетов в СССР было увеличено до 400 в месяц – 4800 в год.
Я спросил, считает ли он эту информацию достоверной, и он, похоже, был в этом совершенно уверен.
_________________________________
Дневник Москва, 10 мая 1938 года
Сегодня утром пришла телеграмма от старого друга Джо Тумалти с известием о том, что моя кандидатура на посла в Бельгии передана на утверждение в Сенат.
Это будет означать большие перемены по сравнению со здешней атмосферой. Наверное, сама судьба благоволит нам, раз уберегла от отправки в Германию в нынешней обстановке.
_________________________________
Дневник Москва, 13 мая 1938 года
Нанес визит новому послу________, весьма умному и образованному человеку.
Он заявил, что, согласно его наблюдениям, многие представители местного дипломатического корпуса настолько враждебно относятся к СССР, что, по его мнению, они приехали с целью найти малейший повод для критики. Сами его слова не удивили меня, но то, что он должен был их сказать, удивило.
_________________________________
Дневник Москва, 14 мая 1938 года
Работал над своим «Кратким изложением фактов», конспективным обзором СССР. Сейчас он практически завершен и представляет собой скрупулезный анализ. Он может представлять определенную ценность для Госдепартамента. Думаю, в любом случае в нем содержится честный отчет об обстановке в СССР в этот период развития советской революции и в тот критический период времени, когда мир в Европе держится на волоске. Когда я покину этот пост, то хочу, чтобы в том, что касается моих личных наблюдений, отчет получился как можно более полным.
_________________________________
Журнал Москва, 15 мая 1938 года
Кулондр, посол Франции, – исключительно способный человек. Это ветеран дипломатической службы. Он также обладает интеллектуальной предприимчивостью и весьма энергичен в своих суждениях. Мы много виделись, и со мной он был весьма откровенен.
Его беспокойство вызывают положение в Чехии и безудержный поток немецкой пропаганды. По его мнению, это указывает на вполне определенную, и притом агрессивную, цель Германии по отношению к Чехословакии. Для него «маневры» немецкой армии на чешской границе носят явно угрожающий характер и «могут означать все, что угодно». Он сказал, что его правительство без промедления направило в Берлин энергичное уведомление о том, что в
