один, вы не можете оказаться везде, прикрыть все колонны, веси, городки.
— Верно, — согласился Воронцов. — Противник наносит удары по разным направлениям и территориям. Да, они не фатальные, но очень болезненные. И если мы не придумаем, как это остановить, мы все умрем, и мир погрузится во тьму. А теперь подъем, Дрозд, нужно быстро здесь заканчивать и двигаться дальше. Вон и обещанные старшим приказчиком помощники пожаловали.
Два крепких мужика в забрызганной кровью одежде подошли и, с почтением отвесив поклон, уставились на Константина. Воронцов поднялся.
— Дрозд, на чем дальше поедем? Нам ведь с собой трупы везти, здесь я их потрошить не буду, а наш «Тур» хорошо пулями побило, горе-пулеметчик из охотников дважды в него длинную очередь всадил.
— Ваш сиятельство, — произнес один из мужиков, — мы можем посмотреть, много времени не займет. Если черный только батарею осушил, то заменить ее — дело пары минут. Есть у нас несколько запасных.
— Смотрите, — согласился Константин и, нагнувшись, вытащил из-под машины закинутую туда во время боя «Кару Сварога». — А я пока пойду, трупы тварей гляну, что с собой, что здесь бросить.
Он призвал тень, и та на этот раз откликнулась, даруя защиту. Во всяком случае, если кто решит ему в спину выстрелить, пока он будет сферы поднимать, так просто не завалят.
— Беляш, давай за мной.
Прислужник вскочил и, прихрамывая, пристроился рядом с хозяином. Дрозд, с трудом поднявшись, пошел следом. Да уж, видок у наемника был тот еще, волосы слиплись от крови, да он и сам был в ней с ног до головы. К счастью, вся она была чужой. Кроме сломанной руки, других травм у него не имелось.
Константин закинул «Кару Сварога» на заднее сидение, туда же отправился его карабин, из которого он не сделал в этот раз ни единого выстрела. А ведь еще за ножом, который так и торчал в грудь черного ведуна, на крышу фуры лезть. С этого он и решил начать. По дороге поднял все сферы от убитых им и прислужников, и тварей. Хороший результат — два проклятых, горбун, три чертика и целых четыре упыря, причем не свежак, а серьезные, быстрые, сильные твари.
— Надо глянуть, что есть в фургоне у охотников, — заметил слегка приободрившийся Дрозд, — уж набор для потрошения и хранилища для трофеев у них точно должны быть. Тут не одна тысяча золотых лежит.
— Вот только, когда нам их потрошить? Тут с полсотни тварей и сорок из них явно наши. Если звери нам без надобности, а их и немного, чуть больше десятка, то остальные… Представляешь, сколько времени уйдет? — поинтересовался Константин, ставя ногу на бампер грузовика, на котором его ждал покойный ведун. — Заберем самое ценное, остальное придется бросить. — Он с трудом вскарабкался на капот, потом запрыгнул на крышу кабины, и уже с нее перебрался на фуру.
Черный никуда не делся, так валялся со слегка подогнутыми ногами, в груди торчал нож из Беловодья, рукоять которого тускло светилась красными рунами. Сфера тоже никуда не делась, она лежала рядом с головой покойника, крупная и наверняка с огромной концентрацией тьмы.
Обыск не занял много времени. Нож с изогнутым лезвием, похожий на садовый для обрезания веток, черный, как ночь, с совершенно незнакомыми рунными надписями. Посох, небольшой мешочек, в котором обнаружилось аж два десятка маленьких светящихся пирамидок, два непонятных амулета или оберега, черт его знает как правильно. Все это отправилось в сумку, кроме посоха. Но бросать деревяшку в рост человека было жалко, двадцать золотых только энергетический кристалл стоил. Да уж, знатная добыча. Пинком сбросив труп вниз, чтоб больше никому лезть сюда не пришлось, Воронцов спустился прежним маршрутом и обнаружил рядом с ожидающим его Дроздом Талу.
— Ваше сиятельство, — она протянулся ему небольшой пузырек, — вот, нашла в вещах приказчика, который вел каравана, за которым вы ехали. Ему уже не надо, а вам пригодится. Выпейте половину, думаю, хватит, чтобы срастить кости и залечить рану.
Константин с подозрение посмотрел на склянку, полную синеватой, слегка светящейся жидкости. Его уже пытались отравить, едва не вышло.
— Капни на перстень, — напомнила о себе Юлия.
Воронцов забрал из руки ведуньи пузырек и, вскрыв, выполнил просьбу боярышни. Крохотной капельки оказалось вполне достаточно.
— Можешь смело употреблять, — заявила она через секунду. — Это то, что едуны называют живой водой, вытяжка из крови проклятых. Такая бутылочка стоит около сотни золотом. Правда, эта сильно разведенная, но рану твою залечит за пару часов. Вот с перебитой костью все будет сложнее.
Константин кивнул и выпил половину, скривился, поскольку она вязала язык, не хуже недозревшей хурмы, затем протянул остатки наемнику.
— Давай, Дрозд, добивай, ты мне нужен в строю здоровым, как можно быстрее.
— Спасибо, Ваше сиятельство, — поблагодарил тот и без каких-либо сомнений опрокинул синюю светящуюся жидкость в рот. Его передернуло, рот слегка искривился. — Ну и дрянь, — прокомментировал наемник. — Первый раз пробую, для меня подобное зелье слишком дорого. Да и мало его, где только приказчик его нашел?
— Спасибо, Тала, — поблагодарил Воронцов ведунью. — Я могу что-то для тебя сделать?
— Да, Ваше сиятельство. Я самолично убила ведами двух искаженных волков, вон они, за грузовиком лежат, поднимите сферы с них, а то трофейщики из Озерного могут и зажилить.
Константин улыбнулся и, заглянув за фуру, обнаружил на обочине пару обугленных костяков, сферы лежали рядом, даже в траве их тусклый свет был отлично виден. Воронцов поднял их и отдал сияющей от счастья Тале.
— Благодарю, Ваше сиятельство, уже вечером я смогу увеличить свой резерв, мне как раз пары сфер не хватало до четвертого улучшения.
Сбор трофеев занял почти два часа. Направленные ему в помощь мужики воскресили «Тур» и теперь стаскивали к машине тела, в которые Воронцов тыкал пальцем, затем паковали их в мешки, которые нашлись в фургоне охотников для сохранности тел и споро закидывали их в кузов. Вот только он был не в состоянии вместить то огромное количество убитых Константином и прислужником тварей. Поэтому было решено взять только самое ценное. Шесть трупов проклятых, жнец. Хотелось бы прибрать горбунов, коих на счету прислужника было целых четыре. Но что с них брать, Воронцов не знал, а целиком они в кузов не влезали. Еще час пришлось убить на то, чтобы вырвать у чертиков зубы и когти, ну и глаза у серьезных упырей. Остальное оставили караванщикам, чему несказанно был рад старший приказчик Агап Лодов. Чужого Воронцов не тронул, поднял сферы, чтобы те не исчезли, и отдал их приказчику, чем изрядно удивил того. Не рассчитывал он,
