Ваше сиятельство, — отступая в сторону, предложил мужчина. — Я ключник Любима, Прохор, сейчас ему будет доложено о вашем прибытии. Прошу, присаживайтесь на диван, и обождите.
Константин уселся на предложенный жестковатый диванчик, хотел закурить, но передумал. Ключник же извлек из кармана небольшую пластинку и приложил к виску. Странно, Воронцов привык к круглым мыслегласам, а тут нечто, по форме напоминающее игральную карту.
Переговоры заняли примерно минуту.
— Просили обождать, — поклонившись, произнес он и исчез за одной из дверей.
Но долго ждать не пришлось, на втором этаже хлопнула дверь, по правой галерее процокали каблучки, и через пару секунд на лестнице появилась очаровательная девчушка с фиолетовыми волосами, с кукольным лицом. Крупные кудри спадали по плечам и груди, алые губы, темные, скорее даже черные, глаза, рост чуть больше метра шестидесяти, и это она в туфельках на высоком каблучке. Одета в довольно фривольное платье с корсетом, открытым лифом, сзади подол был длинным, а спереди едва прикрывал трусики, выставляя на показ стройные ножки.
— Вот же бесстыдница! — возмутилась Юлия.
— Боярышня, не ревнуй, — весело ответил Константин, поднимаясь навстречу спускающейся девушке. — Кроме того, вспомни, в каком ты наряде щеголяешь? Ее наряд, по сравнению с твоим, глухой кафтан. Но ты в нем великолепна.
— Вы, боярин, грубиян, — наигранно возмутилась Юлия, — я все расскажу батюшке.
— О, помилуй, жестокая и беспощадная боярыня, я больше так не буду.
— Вот так-то лучше, ты прощен, а теперь обрати внимание на эту куклу, хлопающую глазами.
И точно, девушка, которой едва стукнуло семнадцать, уже спустилась по лестнице и, преодолев приемную залу, подошла к Воронцову. Причем разглядывала она его крайне заинтересовано. Оно и понятно, боярин, словно только что из боя, рука на перевязи, сюртук прострелен, рукав в крови. Да и штаны забрызганы, как и сапоги.
— Прошу за мной, Ваше сиятельство, — наконец, справившись собой, произнесла она, — ведущий Любим ждет вас в своем кабинете.
Константин кивнул и пристроился за девчушкой. Широкая лестница, скудно освещенная галерея. Сопровождающая распахнула последнюю дверь, пропуская Воронцова внутрь, и прикрыла за ним, оставшись снаружи.
Из-за массивного стола поднялся человек в домашней одежде — белая блуза, штаны, седые длинные волосы, прижатые расшитым очельем. Человек явно пожилой, наверное, даже больше сотни лет, но глаза для старика очень живые, такие же черные, как и у девушки.
— Рад приветствовать вас, Ваше сиятельство, в своем скромном доме. Прошу вас, проходите.
Он указал на столик в углу кабинета рядом с камином, здесь, на севере, было прохладно, и сейчас в нем горел несильный огонь.
Бывший детектив прошел к креслу и уселся боком к огню.
— Прошу простить, — произнес ведун, заняв кресло напротив, — я не ждал гостей, тем более таких. Так что, угощение подадут с небольшим запозданием, изволите вина?
— Благодарю, ведущий, вы крайне любезны, но сегодня был очень плохой день, и я хотел бы перейти к делу, по которому прибыл к вам.
Старик кивнул, быстрым взглядом окинул одежду Воронцова, заметил свежую кровь на блузе, левую руку в люльке.
— Я так понимаю… — Он сделал паузу, прося гостя назваться.
— Боярин, глава рода, Константин Андреевич Воронцов, — представился бывший детектив.
— Так вот, я так пронимаю, Константин Андреевич, в дороге с вами приключилась неприятность. И именно она как-то связана с посещением моего дома.
— Все верно, Любим…
— Любим Еремеевич, — гладко продолжил ведун.
— Так вот, Любим Еремеевич, вы совершенно правы. Несколько караванов и я с сопровождением попали под тьму, устроенную черным ведуном. Отбились с трудом. С огромным трудом. Из моего сопровождения уцелел всего лишь один человек. Я продолжил путешествие, так как тороплюсь, но прихватил с поля боя несколько трупов тварей. И надеюсь, вы их приобретете. Не хотелось бы тащить их в Славгород, куда я направляюсь.
— Печальные новости, — покачал головой ведун. — Нападения происходят все чаще, и вам повезло отбиться, сами боги за вами приглядывали, обычно выживших не бывает, только трупы, обычно тварей, поскольку людские они утаскивают в свои переходы. Но я счастлив, что вы смогли выжить и добраться сюда. И что вы хотите мне предложить?
— Шесть трупов проклятых, и… — Константин сделал паузу, — жнеца.
Старик дернулся.
— У вас есть жнец? — примерно через минуту с придыханием спросил он.
— Есть, и довольно целый, всего две лишние дырки от моего ножа.
— Вы убили жнеца ножом? — воскликнул Любим. — Это невозможно.
— Можете сами взглянуть. Хотите, богами поклянусь? — развеселился Воронцов. Его нисколько не задело неверие Любима, официально подтвержденных трупов жнецов, вернее, того, что от них осталось, всего семь или восемь. И все они были не в лучшем виде.
— Я дам за него десять тысяч, — выпалил ведун, — и по тысяче за каждого проклятого.
— Побойтесь богов, я привез вам целого жнеца, правда, немного мертвого. Много ли вы слышали о подобном?
— Хорошо, — вдруг улыбнулся ведун, — вы правы, ваш товар уникален, я проверял вас. Пятьдесят тысяч — вот моя цена. За проклятых, извините за шутку, по две тысячи за каждого. Кстати, как они упакованы? Надеюсь, не просто свалены в кузов?
— Свалены в кузов, — слегка улыбнувшись и видя печаль на лице Любима, продолжил Константин, — но свалены в зачарованных холодом мешках. С момента гибели прошло чуть больше семи часов.
— Это лучшая новость после той, что у меня теперь будет жнец для исследований. Сейчас я распоряжусь, чтобы слуги открыли ворота на задний двор, не таскать же трупы с парадного. — Он вскочил и вытащил из кармана мыслеглас, и тут затормозил. — Простите старого человека, я ведь не уточнил, вы принимаете мою цену?
— Она меня устраивает, — вставая, произнес Воронцов, — и рассчитываю, что ваши слуги справятся с разгрузкой, как можно быстрее, мне еще нужно найти приличный гостиный двор.
— И слушать не хочу, — замахал руками Любим, — вы — мой гость, для вас гостевая спальня на втором этаже, а ваши спутники расположатся на первом. Там есть пустующие комнаты. Ужин подадут через час, и хочу предупредить, отказ меня очень расстроит. Кроме того, я хочу услышать историю этого невероятного боя.
— Я принимаю ваше приглашение, расстроенный сильный ведун не то, что мне нужно, в моем состоянии. Хотя я думал, вы меня выставите за порог, чтобы начать препарировать жнеца и потрошить проклятых.
— Вы плохо обо мне думаете. Проклятыми займутся два моих ученика, а я займусь жнецом, когда мы поужинаем и я услышу вашу историю, ночь на севере длинная. — Он приложил карту мыслегласа к виску и, быстро переговорив с невидимым абонентом, направился к двери. — Пройдемте, Ваше сиятельство, примем вашу добычу. Деньги переведу тут же, как посмотрю груз.
Константин кивнул и направился вслед
