— Спасибо, — чуть улыбнулся я. — Это всегда приятно. С чем поздравляете, ваше сиятельство?
— «Артефактный дом Воронцовых», в лице дочерней компании «Сибирский Умелец», готов разместить на территории рода Разумовских совместное производство по разработке инновационных технологий в сфере артефакторики, — казённым тоном ответил граф и весело рассмеялся. Судя по названию «дочерней компании», относилась она к артефактному дому очень отдалённо. Даже не приёмная дочка, а внучка троюродной бабки сводного брата. Но меня этот момент не волновал. Главное, что договорённость с князем Воронцовым была достигнута.
— Это замечательная новость, ваше сиятельство, — искренне ответил я. — Тогда примите ответные поздравления с началом долгого и взаимовыгодного сотрудничества. А теперь хотелось бы услышать более подробно о наших дальнейших действиях. Когда ждать специалистов из вашей дочерней компании? Судя по названию, путь им предстоит не близкий…
— Завтра к полудню группа будет в Себыкино, Ярослав Константинович, — тут же довольным голосом ответил Калинин. — Двенадцать специалистов разного профиля. По сути, в вашем распоряжении будет находится полноценная команда артефакторов с огромным опытом. Вам останется только выдать им задание и контролировать ход исследований. Базовый набор необходимых инструментов они привезут с собой. Группе нужно только место для работы и проживания.
— Всё будет готово к моменту их приезда, Александр Викторович, — уверенно ответил я. Пескарёв и так планировал расширять и восстанавливать жилой фонд Себыкино. Возможно, даже дополнительные усилия для размещения новых жителей не понадобятся.
— Ещё с группой прибудет отряд охраны, Ярослав Константинович, — добавил граф. — Как гарант совместного предприятия и по запросу от «Сибирского Умельца», артефактный дом выделит особое охранное подразделение для обеспечения безопасности объекта. На тех условиях, которые вы озвучивали ранее. Эти же люди будут осуществлять помощь при транспортировке конечного продукта и могут помочь в сборе сырья.
— Состав группы? — тут же уточнил я. Если охранники Воронцовых могли помочь с добычей аномальных зверей и ресурсов, то среди них могли оказаться маги. И это нужно было учитывать.
— Пятнадцать человек. Воины, ваша светлость, — немедленно ответил Калинин. — Ранги от Воителя до Мастера. Все данные по членам группы исследователей и их охране будут у официального представителя компании «Сибирский Умелец». Если у вас будет такая возможность, то он передаст все документы при встрече в Себыкино.
— Подходит, — ответил я. — Завтра буду там с самого утра, Александр Викторович. Тогда ещё раз спасибо за хорошие новости и всего вам наилучшего.
— И вам хорошего дня, ваша светлость, — бодро ответил граф. — Правление артефактного дома очень заинтересовано в этом проекте и будет внимательно следить за его продвижением.
Граф отключился, а я некоторое время задумчиво смотрел на погасший экран телефона. Предупреждение? Или простая формальность? Воронцовы сильно рисковали, начиная сотрудничество с моим родом. Если тот же Старковский всегда мог сослаться на обычные соседские отношения, то артефактный дом был из совсем другой лиги. Любая ошибка для правления этой организации могла обернуться колоссальными убытками. Но перспектива оказалась слишком заманчивой. Осталось выполнить взятые на себя обязательства и не выдать слишком много информации, которая у меня есть по Эфиру. А то это может плохо закончиться для всего моего рода в целом и меня самого в частности.
Удивительно, но ждать долго не пришлось. Насте, в общей сложности, хватило всего четыре часа, чтобы найти для себя наряд и ещё массу всего. Когда в отдалении показались довольно смеющиеся княжна и графиня, я даже сначала подумал, что у них ничего не получилось. Но потом из-за поворота появились серьёзно нагруженные разноцветными пакетами дружинники, и я выдохнул с облегчением.
— А вот и князь! — весело воскликнула Настя. — Вам повезло, Инга Аскольдовна. Вам выпал редкий случай увидеть моего брата не занятого горой дел и всевозможных переговоров.
— Добрый день, Инга Аскольдовна, — поднявшись с лавки и светски поклонившись, произнёс я. — Позвольте мне выразить своё восхищение. Вы, как всегда, блистаете. Благодарю, что сегодня составили компанию моей сестре.
— Здравствуйте, ваша светлость, — улыбнулась в ответ княгиня. — Подобное не стоит благодарности. Мы замечательно провели время и я рада буду повторить подобный променад в будущем. Разумеется, если у Анастасии Константиновны найдутся для этого время и желание.
— Инга Аскольдовна! — с притворным возмущением воскликнула Настя. — Как вы можете такое говорить⁈
Женщины весело рассмеялись. Я тоже улыбнулся и жестом приказал дружинникам грузить все покупки в вездеход. С княгиней прощались минут десять и под конец она взяла с меня обещание, что я непременно появлюсь на пятничном приёме. Потому что вся Тверь ждёт этого момента. К этому времени рядом с нашей машиной остановилось ещё три. В них сидели командиры отрядов новобранцев. Вскоре наша увеличившаяся колонна тронулась с места в направлении выезда из города. Настя смотрела на меня и в зелёных глазах сестры скакали весёлые искорки.
— В чём дело, Насть? — подозрительно спросил я.
— Да ни в чём, ваша светлость, — весело ответила девушка. — Смотрю вот на вас и думаю — насколько же, наверное, тяжело быть местной знаменитостью и похитителем девичьих сердец.
— Что вы имеете в виду, Анастасия Константиновна? — предчувствуя неладное, нахмурился я.
Глава 26
Рассказ Насти оказался коротким и удивительно… странным. Слухи всегда распространялись быстро. А если они получали хотя бы малейшее подкрепление фактами, то остановить их становилось вообще невозможно. Когда мы только приехали в родовое имение, об этом стало известно практически всем местным аристократам. Сначала они обсуждали перспективы нашей семьи, вероятно — плачевные, но конкретных данных ни у кого не было. Из мелких фактов люди умудрились сложить довольно странную картину.
По словам Инги Аскольдовны, которая в красках делилась с Настей своими знаниями, огромное количество людей пытались хоть что-то узнать обо мне и моей сестре. Разумеется, делалось это не в открытую, потому что подобное не принято в высшем обществе. Однако, каждый раз, когда речь заходила о Разумовских, общее внимание было обеспечено. Так и сложился образ дикого князя, который постоянно сражается с чудовищами и нарушает рамки дозволенного.
—
