— Да, это верно, — проговорила Психея.
Чувствуя, как кровь прилила к щекам, Джемма не поднимала головы, уставившись на свои сложенные на коленях руки. Неужели она внебрачный ребенок? Признает ли ее в таком случае лорд Гейбриел своей сестрой? Ее мать умерла, отец неизвестен. Признание ее лордом Гейбриелом для нее единственный шанс обрести семью. Ее охватило давно знакомое чувство одиночества и отчуждения. Джемма едва сдержала слезы.
— Не расстраивайтесь, мисс Смит, — обратилась к ней леди Сили. — Я понимаю, как вам тяжело. Леди Гиллингем, если она действительно ваша мать, была нежной и любящей и, уж конечно, позаботилась бы о вас, будь у нее такая возможность. Не забывайте, что ваше счастье в ваших руках, какое кому дело до вашего происхождения.
Увы, мало кто из светского общества согласился бы с такой точкой зрения! Да и Арнольд тоже, мелькнула мысль у Джеммы. Психея говорила, что графиня — женщина без предрассудков. Это была чистая правда.
— Те, кто вас хорошо знает, будут относиться к вам как к равной. А вы никому не позволяйте относиться к вам по-другому. С такими семейными тайнами вас ожидают трудные времена, но эти испытания помогут вам закалить ваш дух и обрести стойкость, которой не хватало вашей матери, но не позволяйте себе ожесточиться. Берегите в себе ту нежную любящую натуру, которой обладала ваша мать.
Сдержав слезы, Джемма тихо произнесла:
— Благодарю вас.
— Я буду счастлива принять вас, дорогая, в моей гостиной в любое время, — произнесла леди Сили. — И если вы решите выйти в свет, то обязательно найдете там друзей.
— Благодарю вас, — повторила Джемма.
Ради приличия хозяйка и гостьи поговорили о менее важных делах. Затем Психея встала, ее примеру последовали остальные, обмениваясь на прощание любезностями. Когда все сели в карету, Психея сжала руку Джеммы:
— Я поговорю с Гейбриелом, расскажу ему все, что мы узнали.
Разумеется, она не знала, какое решение примет муж, и не могла ничего обещать, подумала Джемма и ответила:
— Я ценю вашу поддержку.
Психея довезла своих друзей до дома Луизы и уехала.
— Какая нам выпала честь — повстречаться с леди Сили! — с восторгом проговорила мисс Поумшак. — Вам Не на что роптать, дорогая мисс Смит. Леди Сили готова покровительствовать вам, не говоря уже о благосклонном отношении самой леди Гейбриел. Пусть даже лорд Гейбриел откажется формально признать вас. Его тоже можно понять. Против вас он ничего не имеет, для него главное — репутация его матери. Какая жалость, что грехи отцов ложатся на их детей, как говорится в Священном Писании.
— Да, — прервала ее Джемма. — Я знаю это изречение. Всегда хорошо поразмышлять над Священным Писанием. Но сейчас у меня просто раскалывается голова.
Джемма явно была не в настроении выслушивать избитые истины, какими бы мудрыми они ни были, на душе у нее кошки скребли.
— Бедное дитя, — проговорила мисс Поумшак. — Вы не позволите мне приготовить для вас отвар?
— Это так великодушно с вашей стороны, — ответила Джемма, про себя решив, что всегда может вылить вредный для здоровья напиток в ночной горшок. — Передайте его Лили, пусть отнесет ко мне в спальню. Я выпью его и немного отдохну.
— Сейчас это просто необходимо после столь насыщенного событиями дня, — сочувствующим тоном произнесла мисс Поумшак.
Джемма поднялась к себе в комнату и легла на кровать. Какой добросердечной оказалась леди Сили! Джемма все еще никак не могла прийти в себя от волнения. Она всегда возвращалась к одним и тем же вопросам. Кто она такая? Кто такая Джемма Смит? Ей казалось, что она никогда не получит ответ на эти вопросы.
Она все же выпила травяной настой, приготовленный мисс Поумшак, который принесла служанка, и попыталась уснуть. Последние несколько ночей она почти не спала. Столько произошло событий. Она вспомнила слова графини: «Тот, кто по-настоящему любит вас, не придаст значения вашему происхождению». Согласится ли с этим Арнольд?
Затем ее мысли обратились к капитану Фаллону: он все еще на западе, разыскивает свою сестру. Такая преданность вызывала восхищение. Девушка от всей души желала, чтобы Фаллон нашел сестру.
Семья. Джемма всегда возвращалась к мысли о семье. Она даже немного всплакнула из-за расстроенных нервов и такого знакомого чувства печали. Затем она встала, вымыла лицо, решив быть спокойной и непоколебимой. Нет, она не сдастся. С такими мыслями в голове она переоделась к обеду и решила показаться перед мисс Поумшак с безмятежным выражением на лице.
Мисс Поумшак была рада такой перемене в настроении Джеммы, так как приписала эту заслугу целиком себе, вернее, своей настойке, поэтому обед прошел в обоюдном довольном молчании. Джемма немного тревожилась о Луизе. Но успокоила себя тем, что, вероятно, ее подруга вскоре пошлет ей весточку или сама приедет в Лондон. Джемма рада была бы услышать, что у Луизы все хорошо. Но Луиза не маленькая, знает, что делает, а лейтенант Макгрегор вряд ли способен ее обидеть. Однако, представив себе на миг, чем могли заниматься в этот вечер молодожены, Джемма покраснела. Гоня прочь эти мысли, Джемма спросила мисс Поумшак, какую книгу она недавно прочла.
После чего ей пришлось вежливо выслушать рассуждения старой девы о высоких богословских материях, этого было более чем достаточно, чтобы отвлечь чье угодно сознание от воображаемых картин необузданной любовной страсти.
На следующий день к ним явилась неожиданная посетительница.
— Миссис Эндрю Форсайт, — доложил Смелтерс.
Джемма с удивлением посмотрела на него. Мисс Поумшак отложила книгу, и обе встали, чтобы поприветствовать гостью. Ею оказалась изысканно одетая женщина с каштановыми волосами и веселыми карими глазами, ростом она была ниже Психеи и немного полнее, от нее так и веяло добродушием.
— Я сочла своим долгом нанести вам визит и познакомиться с вами перед завтрашним балом, чтобы мы обе чувствовали себя на балу более легко и непринужденно, — объяснила она.
— Я тоже очень рада познакомиться с вами. С вашей стороны было весьма великодушно послать нам приглашения, — отозвалась Джемма. — То же самое я говорю и от имени моей подруги. Но Луизы сейчас нет в городе, она будет очень огорчена, что не познакомилась с вами.
«Успеет ли Луиза вернуться до бала? — забеспокоилась Джемма. — А если успеет, как отреагирует на строгие суждения света по поводу, возможно, уже распространившихся слухов о некой леди в вуали, побывавшей в борделе?»
Снаружи донесся стук колес подъехавшей кареты, и мисс Поумшак поспешила к окну.
— О, какое счастье! Мисс Крукшенк, то есть миссис Макгрегор, кажется, уже вернулась.
