Читаем без скачивания Демонтаж - Олег Кубякин

Вот это место и «подмял под себя» Рюрик. Здесь он построил фортификационные укрепления и остался насовсем. Теперь ему не было необходимости гоняться за купцами по всему «белу свету». Теперь добыча сама плыла (именно плыла) к нему в руки. Никто не мог миновать данного места, а если кто и пытался, используя обходные волоки, Рюрик такие попытки резко пресекал.

Историки, кстати, также утверждают, что Рюрик «срубил в Новгороде крепость», но тычут при этом в нынешний Новгород на Волхве. А на кой черт строить в городе крепость, если город сам по себе крепость? Еще глупее строить крепость рядом с городом, то есть рядом с крепостью.

Но у историков есть для таких случаев универсальное объяснение. Рюрик, мол, тоже тупым оказался, и крепость построил, естественно, в припадке идиотизма. Что с него, с пирата, взять? Ему лишь бы крепость построить. Это у них, у пиратов — любимое занятие. Строят и радуются, как малые дети. А где и зачем, тут у них ума разобраться не хватает. При этом историки зачастую указывают на старинное укрепление, стоящее недалеко от нынешнего Новгорода, и даже называют его «Рюриково городище», хотя археологи давно доказали, что данное укрепление существовало задолго до появления там Рюрика.

История земной цивилизации ни малейшим образом не подтверждает, что пираты любили заниматься зодчеством. И если уж Рюрик взялся за строительство крепости, значит, тому были весьма важные причины. А «застолбить» место, где стыкуется вся евроазиатская торговля, — причина важная. Только по этой причине Рюрик временно мог переквалифицироваться в «заслуженного строителя России».

Эта самая крепость и получила название Новгорода. После того как она обросла инфраструктурой и туда съехались представители половины торгового мира, она превратилась в великий город, который так и называли «Господин Великий Новгород».

Иногда проскакивают данные, что в Новгороде в начале второго тысячелетия проживало 400 000 человек, но историки при этом опять указывают на нынешний Новгород. Археологи же, рассуждая на тему площади интенсивного проживания на территории нынешнего Новгорода, пришли к другому выводу: «Определяя особо ценный объем древней территории, можно условно говорить примерно о 100 гектарах» (Памятники Отечества. Альманах Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. 1/1982, с. 62).

Вы представляете себе проживание четырехсот тысяч человек на ста гектарах? Для такого количества народу даже туалеты на ста гектарах не разместишь. Сто гектаров — это малюсенький городишко, хоть по древним понятиям, хоть по нынешним. С чего бы его вдруг величать Великим, да еще Господином?

В военном отношении Новгород на Волге занимал уникальное положение. Любой противник, решивший совершить на него нападение, двигался исключительно «против течения», то есть медленно, прилагая для этого немалые усилия. Новгородская же дружина в любую сторону двигалась только «по течению», то есть молниеносно могла оказаться в любой точке Руси, имея полный сил, отдохнувший личный состав.

Новгород на Волге занимал неимоверную по тем временам протяженность. Расстояние между районами (концами), обеспечивающими деятельность инфраструктур на Волге, Вазузе, Днепре, Обще достигало 20 километров. Собрать общенародное вече в таких условиях не представлялось возможным. Поэтому в Новгороде пришлось ввести такой орган, как «совещание представителей». Депутаты представлялись от жилых районов (концов), купеческих гильдий и ремесленных артелей. Именно из-за этого политическое устройство Новгорода на Волге получило название республики.

На остальной территории Руси княжеская власть осуществлялась через бояр. Практически вся пахотная земля, угодья, рыбные запруды и т. п. принадлежали им. Крестьяне хоть и могли выбирать себе хозяина, но полностью зависели от него. В Новгороде (на Волге) боярская власть развернуться в полной мере не могла по причине отсутствия достаточного количества крестьян. Всевозможные артели и гильдии, по сути, являлись самостоятельными органами власти.

Подчинить жителей Новгорода при помощи военной силы также не представлялось возможным. Во-первых, для этого потребовалась бы огромная армия — не менее чем сто тысяч человек. А во-вторых, любое неосторожное действие властей сразу бы вызвало неудовольствие десятков стран Европы и Азии. Хотя, очевидно, это все-таки случилось.

В Новгороде проживало большое количество торговых представителей различных стран. Это вынуждало новгородскую власть решать сложные вопросы исключительно дипломатическим путем.

В нашем понимании, главной причиной происхождения Великого Новгорода являлось наличие пересечения водных торговых путей. Историки говорят абсолютно то же самое, но при этом тычут в место на карте, где в весеннюю и осеннюю распутицу человек вообще не имел возможности передвигаться. Захолустье в дремучих лесах ильменского озера, по мнению историков, и является главным центром пересечения купеческих караванов.

Многие уже задавались вопросом, как ильменский Новгород может олицетворять мировую торговлю, если с южной стороны он вообще не имеет соединения с водными артериями, а весной и осенью в этих местах пеший человек испытывает неимоверные трудности при передвижении. На это историки, не моргнув глазом, отвечают, что человек просто привязывал к себе морскую ладью с товаром (именно морскую, которая в несколько раз крупнее речной), и в этом случае шагать становилось гораздо легче. Прицепивши к себе ладью, он с легкостью преодолевал три сотни километров, которые отделяли судоходную часть реки Ловать от Смоленска. Вся эта дурость, вместе взятая, получила название «Великий торговый путь из варяг в греки».

Вынуждены сообщить историкам, что их излюбленный трюк в данном случае не катит. Объяснения исторических событий у них основываются на том, что все и всегда были идиотами: цари, народы, полководцы, разбойники и т. д., но в данном случае на это списать не удастся. Купцы не были идиотами и никогда не могли ими быть. В противном случае у них бы просто не оказалось денег. Глупых купцов в природе не бывает. Тот, кто занялся бы «тяганием» посуху морских кораблей, прогорел бы после первого «тягания». Ведь остальные купцы в это время перевозили бы товары по рекам, которых на Руси с избытком. Железный закон экономической целесообразности защищает купцов от обвинения в слабоумии.

Не хочется уже намекать на то, насколько лакомый кусок для грабителей представляла собой ладья с заморскими товарами посреди болотистых лесов Белоруссии. Бытовавшее в 70-х годах выражение «подводная лодка в степях Украины» уже признано шуткой, а «ладье по лесам Белоруссии» видно еще плыть и плыть…

Так что не было никакого таскания ладей из Ловати в Смоленск, что, кстати, подтверждают практические эксперименты, проделанные Лебедевым и Митляевым.

В данном случае берестяные грамоты вполне могут сыграть роль лакмусовой бумажки. Их тексты как раз раскрывают перед нами историю того места, которое ныне принято называть Великим Новгородом. Хотя человек достаточно знакомый с последними достижениями истории, как мы упоминали, сразу скажет: «Научно-популярные издания утверждают, что берестяные грамоты полностью подтверждают академическую версию!» Согласны с тем, что академическая версия трактует все именно так, но, может, давайте сами заглянем в тексты древних грамот. Так сказать, без посторонних интерпретаторов. Не настолько мы глупее этих самых историков, чтобы не разобраться.

Для начала обратимся к материалам раскопок, проведенных в Новгороде археологами А. В. Арциховским, М. Н. Тихомировым, В. Л. Яниным, В. И. Борковским, в обработке текстов Д. А. Дрбоглавом и А. А. Зализняком.

Прежде чем приступить к детальному обсуждению берестяных грамот, предлагаем ознакомиться с текстами наиболее характерных из них. Получив из первых рук представление о самих грамотах, гораздо легче станет обсуждать интересующие нас вопросы. Да и просто у человека не могут не вызывать интерес мысли, чаяния, суждения, просьбы наших далеких предков. Даже к соседу по лестничной клетке приятно заглянуть в замочную скважину, а тут такое дело!

Какие же темы из века в век интересовали простых, обычных людей? Если следовать академической версии, представленной в учебниках, то тексты берестяных грамот, очевидно, должны быть следующего содержания:

1. Ранний, так сказать, домонгольский период, очевидно, должен изобиловать всякими торговыми новостями, обсуждаться цена на хлеб в Неаполе, мед в Самарканде, янтарь в Эфиопии. Очевидно, больше половины из них должно содержать переписку иностранных торговцев на иностранном языке. Не могли же грамотные иностранные купцы не переписываться, когда обычные русские крестьяне занимались этим почти каждый день. Ну и русские купцы, соответственно, должны раздавать указания родственникам, кладовщикам, ключникам и т. д. Наверное, подобные тексты должны выглядеть как-то так: «Черевики в Париже купил, а трусы из Амстердаму», «Передай Андрополосу и Папандопулусу, пойду на их корабле», «Вильгельму 3 куны, Гансу гривна, Леонарду конь…», «Споможи Индиборгу ладьи до Смоленска дотащить, в греки не езжай, в Витебске не пьянствуй», «Криштофер еще пива просит», «…aber shuer… I liben…», «Как Себастьян из Царьграда пребудет, бархатом отдам», «Мазовецкому отмеряй, сколько попросит, не жадничай», «Robert atlas of the London, Christian too…», «Мойше не продавай, совести не имет», «Видел, как бегала ты до хазарина, еще раз сведаю, убью досмерти» и т. п.