И, наконец, кузен Бискайский. Как подло он обманул его! Провел, как мальчишку. Как несмышленыша! Вознамерился отобрать у него корону. Его корону! Хотел заполучить себе кастильский престол! Себе и Бланке - этой стерве в женском обличии, этому чудовищу с хорошеньким личиком... А как она глядела на него во время последней их встречи! Небось, перед этим настойчиво уговаривала Альфонсо казнить его - отрубить голову, вздернуть на виселице, либо просто удушить, либо велеть кому-нибудь из слуг перерезать ему горло...
Но все это лишь следствия, вдруг понял Фернандо. В первую очередь виноват во всем случившемся он сам и только он один. Если бы он не похвастался Александру... Нет, если бы он вообще не ввязывался в эту затею, если бы он не спутался с Инморте, если бы жил с братом в мире и согласии, если бы... если бы... если бы...
Фернандо постепенно прозревал. Но было уже поздно - снаружи доносились какие-то странные, подозрительные, невесть почему леденящие душу звуки...
Утром, когда Фернандо наконец удалось забыться в тревожном, исполненном кошмарных видений сне, его разбудил лейтенант гвардии, г-н де Сальседо. Он явился в спальню принца в сопровождении четырех гвардейцев и предложил ему одеться.
Фернандо молча выполнил эту просьбу, выраженную тоном приказа. Ничего, думал он, скрежеща зубами. Ему бы только вырваться на свободу, а тогда уж он найдет способ как можно скорее отправить этого дерзкого лейтенантишку на тот свет. И кузена Бискайского нужно непременно разыскать, где бы он ни скрывался. Ах, как будет приятно помучить его перед смертью!.. Но самый первый кандидат в мертвецы - это, безусловно, Эрнан де Шатофьер. И граф Альбре с ним за компанию. И кузен Красавчик. И Симон де Бигор - этот дурачок, что имел наглость надуть его. И, конечно же, милейшая сестрица Бланка. И... И... И...
Фернандо не смотрел, куда его ведут. Он увлекся составлением перечня лиц, которые нанесли ему обиду и должны поплатиться за это своей жизнью. К действительности он вернулся лишь тогда, когда его вывели во внутренний двор замка и в лицо ему повеяло холодом поздней осени.
Фернандо очутился лицом к лицу с Эрнаном.
Невдалеке от них под навесом стояли Клавдий Иверо, графиня Диана Юлия, княжна Елена, несколько придворных графа, капеллан замка в священнической ризе, а также Гастон Альбре и Этьен де Монтини. Небольшая площадь была окружена кастильскими гвардейцами и графовыми стражниками, причем последних было гораздо больше. А посреди площади возвышался... Сооружение посреди площади Фернандо не видел - его полностью заслоняли широкие плечи Шатофьера.
- Господин де Сальседо, - важно произнес Эрнан, - ознакомьте его высочество с королевским указом.
Лейтенант развернул свиток, который держал в руках, и ровным голосом зачитал:
"Во имя Отца, Сына и Святого Духа. Аминь.
Мы, Альфонсо, милостью Божьей король Кастилии и Леона, заботясь о благе государства нашего, стремясь сохранить мир и спокойствие в королевстве нашем, вверенном нам Богом, отправляя высшее правосудие и полагаясь на благословение Господне:
за организацию покушения на жизнь нашу и достоинство наше с целью свержения законной королевской власти и узурпацию престола нашего, чтобы другим неповадно было, приговариваем брата нашего Фернандо Кастильского, графа Уэльву, к смертной казни и повелеваем казнить его тотчас и незамедлительно, по решению г-на Эрнана де Шатофьера, графа Капсирского, который является выразителем воли нашей и действует в соответствии с нашими распоряжениями.
Место, время и способ приведения приговора в исполнение оставляем на полное усмотрение вышеупомянутого г-на графа Капсирского, каковой в своем выборе ничем не ограничен и волен действовать так, как сочтет это необходимым, и принимать решения лишь в зависимости от сложившихся обстоятельств, невзирая на возможные несоблюдения некоторых формальностей.
Сие есть наша королевская воля, что не должна быть оспорена никем из владык и судей земных.
Альфонсо, король."
Эрнан отступил в сторону, и лишь тогда Фернандо увидел, ЧТО находилось за его спиной - эшафот! На деревянном, обтянутом красной тканью помосте была установлена плаха, на которой лежал двуручный с широким лезвием меч палача. Сам мастер заплечных дел стоял у подножия ступеней, ведущих на эшафот, и, сложив на груди руки, с олимпийским спокойствием взирал на своего августейшего клиента.
ТАК ВОТ ЧТО ЗА ЗВУКИ РАЗДАВАЛИСЬ В НОЧИ! - рявкнул кто-то в голове у Фернандо. Это же сколачивали помост! Для него!..
Фернандо словно окаменел, не в состоянии пошевелить хотя бы пальцем. На лице его застыло выражение искреннего изумления, вперемежку с недоверием. Он уставился помутневшим взглядом на плаху с мечом; зрачки его глаз расширились от невыразимого ужаса почти на всю радужную оболочку.
К Эрнану подошел Гастон.
- Боюсь, ты переиграл, дружище. Сейчас его хватит удар.
- Монсеньор, - обратился Шатофьер к кастильскому принцу. - В указе короля, брата вашего, дозволено казнить ваше высочество каким угодно способом на мое усмотрение, а значит, и путем отделения головы от туловища. Я полагаю, что это больше всего соответствует вашему высокому сану, но если вы придерживаетесь иного мнения и предпочитаете...
Он не договорил, так как в это самое мгновение Фернандо наконец преодолел оцепенение и с неожиданной прытью набросился на него. Однако Эрнан не терял бдительности и молниеносным ударом в грудь оттолкнул принца от себя - тот споткнулся и упал. Вспомнив о своих обязанностях, кастильские гвардейцы подхватили его и поставили на ноги.
- Это неправда! - заорал Фернандо таким неприятным визгливым голосом, что Гастон не смог удержаться и с отвращением сплюнул. - Неправда! Это не я, это Инморте! Он отравил брата... Это он сделал, это не я! Он, он виноват! Я тут ни при чем... Не трожьте меня, отвезите меня к брату, я ему все расскажу... Вы не имеет права! Не надо...
- Что он такое несет? - пробормотал Гастон, бледнея. - Короля УЖЕ отравили?!
- Стало быть, так, - невозмутимо ответил Эрнан и вновь обратился к Фернандо, который, брыкаясь и извиваясь, скулил: "Отвезите меня к брату! Я ему все расскажу!": - Когда это случилось? Когда дону Альфонсо дали яд?
- В начале августа... Не делал я этого...
- А кто?
- Трухильо, помощник главного кравчего. Инморте его подготовил... Это он, он! Я не подговаривал...
- Медленнодействующий яд, - прошептала графиня и быстро подошла к ним. - Что это бы за яд? - спросила она у Фернандо.
- Я... Я ничего не знаю... Это все Инморте! Это он, он!..
- Когда должна начаться болезнь? - отозвался Эрнан.
- Я не... - Вдруг в глазах Фернандо зажглись слабые огоньки надежды. - Я знаю, как помочь брату! Везите меня к нему! Я знаю противоядие, я спасу его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
