Совсем не прост.
Тогда, во время ограбления, я был так занят рассматриванием инфернях, что как-то совсем позабыл взглянуть астральным зрением на жреца. А потом ещё этот ошейник, который подавил его магию…
Короче говоря, здесь, в Арапахо, я ещё не встречал столь сильных одарённых. До сих пор мой рейтинг возглавлял Евгений Евгеньевич, теперь вот фрау Гретта выбилась в лидеры. Но до жреца им обоим было очень далеко.
Нет, душеловом Чипахуа не был. Но он оказался высшим магом, вплотную подойдя к следующей ступеньке, магу вне категорий. Да к тому же владел стихией огня.
Не то чтобы я был против какой-то конкретной стихии… Просто именно эта — довольно неприятная, когда речь идёт о допросе с пристрастием. А, боюсь, мне в таком придётся поучаствовать. Потому что убить жреца я смогу, мне на это сил хватит. Но вот пленить его, удерживать и заставить говорить… Я ещё не в той кондиции.
Впрочем, маг земли тоже может доставить неприятностей пленнику. Одни только камни в почках чего стоят. А зубы? Да и кости, если подумать — наполовину камень.
Жрец меня не разочаровал. Стоило мне переступить порог алтарной комнаты, как дверь за моей спиной захлопнулась, а руки и ноги обвили огненные жгуты. Причём они не только лишали подвижности, но ещё и гасили магию. Частично, но пусть жрец думает, что полностью меня контролирует.
Я говорил, что огненная магия — вещь неприятная? Вот и сейчас в воздухе ощутимо пахнуло палёной кожей. Моей, между прочим. Боль я приглушил, но даже так огненные путы заставили меня поморщиться.
— Итак, Артём Чернов… юноша, который выстоял против могучего Чёрного ягуара, — жрец зловеще улыбнулся и подошёл ко мне, — пришёл исправить недоразумение и принести себя в жертву богу-Солнцу.
Мановение руки — и огненные жгуты потащили меня волоком через весь зал и уложили на алтарь, растянув в форме буквы «Х».
Что ж, хотя бы стоять не придётся. Камень твёрдый, фонит огромной силой, но лежать вполне комфортно.
— Эй, я подданный Российской Империи! — возмутился я. — Вы не имеете права! Я буду жаловаться на телевидение! И в спортлото!
— Шутить изволишь? — нахмурился жрец, и огненные кандалы сжали руки и ноги сильнее. — Я вижу, ты не простой разведчик, а кто-то важный в команде Жихарева. Расскажешь мне всё добровольно — и я, возможно, даже отпущу тебя. Или можешь доставить мне удовольствие и сперва посопротивляться.
— Простите! Простите! — я старательно изобразил на лице, как мне больно, хотя на самом деле печать регенерации неплохо справлялась, мгновенно восстанавливая обожжённую кожу. — Я всё скажу!
Жрец подошёл поближе и встал так, чтобы мне было его видно.
— Для чего Жихареву понадобилось инсценировать ограбление храма?
— Да вы что такое говорите⁉ — очень натурально возмутился я. — Евгений Евгеньевич не такой!
— А какой? — сразу заинтересовался Чипахуа.
— Он честный и порядочный, и никогда не стал бы заниматься подобными вещами!
— Разве? — усмехнулся жрец. — Он несколько лет подряд был правой рукой Лагранжа. Думаешь, после такого я поверю в его порядочность?
— Так ведь месье Жан-Жак его ни до чего не допускал! — горячо возразил я. — Какое там управление базой, Евгеныч всё свободное время рыбалке посвящает! Знаете, какую мы с ним рыбу ловили⁉
— Ага, сдружились на почве общих интересов… Так и запишем. Значит, ему нужен был сильный подручный, которому он смог бы доверить помощь в смещении Лагранжа. Он же вовлёк тебя в преступную деятельность, мальчик, а ты его ещё и выгораживаешь.
Я аж заслушался. Во как вывернул! Коварный Жихарев и бедный несчастный я… Прямо таки элегантно! Мне теперь остаётся только сказать «да-да, это всё он…»
— Но ты не обязан, Артём. Расскажи всё как есть, облегчи душу. Жихарев, напав на храм, всё равно подписал себе смертный приговор. Но пока что об этом знаю только я, и от меня зависит, как представить твоё участие в отчёте по инциденту.
Вот, отлично, уже пошли ценные сведения. Кажется, если продолжать в том же духе, я могу узнать многое.
— А как же те, кто напал на мой дом⁉ — удивился я. — Амбал, негр, блондинка эта, люди Лагранжа⁉
— Кстати, что с ними? И как тебе удалось оттуда выбраться?
— Они все мертвы, — равнодушно пожал я плечами.
— Вот как… — жрец пожевал губами. — Что ж, я всегда отбирал лучших. И кто же их убил?
— Я и убил, — также спокойно ответил я. — Они вторглись в мой дом, так что я был в своём праве.
— Значит, на сегодняшний день лучший — ты, — Чипахуа склонил голову набок. — И если перестанешь строить из себя дурака, то мы, возможно, договоримся.
— И что я должен делать?
— Для начала рассказать мне всё про Жихарева, конечно, — терпеливо, как младенцу, объяснил жрец.
— Да при чём здесь Жихарев⁉ — хмыкнул я. — Он вообще не в курсе. Это мне Лагранж не понравился. Слишком хитрожопый, хотел меня в команду завербовать, да только мне с того какая выгода? Чтобы я жизнью рисковал, а он весь хабар себе забирал?
— Серьёзно? — жрец расхохотался в голос, запрокинув голову. — Всё это только потому, что Лагранж хотел на тебе нажиться? И всё?
— Разве это недостаточная причина? — искренне удивился я. — Он обещал заблокировать мне все возможности, если я не пойду в его отряд. Он сам не оставил мне выбора, кроме как избавиться от него. Но он всё-таки начальник базы… был, так что пришлось проявить выдумку.
— Слушай, Артём, — жрец похлопал меня по плечу, и даже огненные путы перестали жечься, хотя и не ослабли, — ты мне определённо нравишься. Знаешь, хрен на него на Лагранжа, мерзкий и скользкий тип, думал только о наживе. И раз ты говоришь Жихарев не при чём, так и быть, пусть
